Хелена Хейл – Умри за меня (страница 3)

Лили прервала Дерека взмахом руки.

— Ты не против прогуляться до деревни?

— С тобой? Куда угодно, Мерфи, — Дерек улыбнулся своей коронной лукавой улыбкой, на что Лили хмуро сощурилась, — я сам хотел предложить опросить их сегодня, дожидался твоего приезда.

— Тогда… вперед?

— Нет, потеряем пол дня, если пойдем пешком. Сначала захватим снегокат.

— Ты сказал «снегокат»? Не «снегокаты»?

— Мерфи, их тут всего два — один для вожатых на случай экстренной помощи, второй выделили нам. Что ты так смотришь? Боже, Мерфи, ты столько лет ловишь преступников, но боишься снегокатов?

— Я не боюсь снегокатов, черт подери, Дуайт. — Лили хотела продолжить, но решила, что хватит с нее яростных возмущений. Главное поскорее добраться до семьи Кинаяко. — Все, идем.

***

Лили периодически узнавала местность, по которой они осторожно продвигались с Дуайтом. Но только первые несколько миль, дальше никто из лагеря не рисковал идти — в случае опасности на быструю помощь можно было не надеяться. Кинаяко жила в поселении Талкитна, по меркам других приезжих подростков, максимально близко к лагерю, не такая уж глушь — до крупных городов можно добраться в течение нескольких часов. И деревня была далека от представления Лили о настоящем лагере индейцев. Не мудрено, с климатом Аляски прожить в типи просто нереально.

Гора Денали и ее снежная верхушка возвышались по левую руку от Лилиан, огромная, величественная, совсем как ее любимая Робертс. Однако проезжая у самых низов каменных скал, Лили ощутила себя жалким термитом, незначительной крошкой мироздания в сравнении с горой, чья вершина устремлялась в свинцовые облака и создавала ощущение, будто на пике прячутся боги Олимпа, или другие божественные создания.

Лили отвернулась от резкого порыва ветра вперемешку со снегом, и уткнулась носом в спину Дерека. Когда они сели на снегокат, Лили нерешительно сцепила руки на его талии, и плечи Дуайта заметно расслабились, как только он ощутил близость ее тела. Это было… странно. В последний раз мужчина, которого она обнимала по-настоящему, прострелил ей плечо. И Лили никак не могла отбросить эти видения.

— Оставлю его здесь, дальше дороги размыло недавним дождем, — бросил Дерек, тормозя.

Лили разжала руки и встала, облегченно вздохнув.

— Я ожидала увидеть палатки из бизоньих шкур. Здесь очень даже уютно.

— Место труднодоступное, сюда раз в пару дней прилетает легкомоторный самолет с провизией, потому что на все поселение всего один магазин и поставки земного транспорта часто задерживаются.

Оставив снегокат, детективы двинулись по грязевому месиву, которое сложно было назвать дорогой. Дома выглядели прилично, хотя некоторым и не помешал бы ремонт. Дерек сообщил, что дом под номером «4» принадлежит семье Кинаяко. Лили старалась рассмотреть каждый, и в ответ жители других домов пялились из окон на нее, незнакомку, явившуюся на их территорию. Кто-то глядел на детективов твердо и открыто, стоя у ворот. В паре домов Лили заметила резко дрогнувшие занавески, и поняла, что и оттуда за ними наблюдали. Чужаки.

— Нам сюда, — Дерек кивнул в сторону одноэтажного дома, чьи некогда светлые бетонные стены потемнели от времени и погоды, крыша нуждалась в ремонте, участок был аккуратно прибран, самодельный парник занимал его большую часть.

Никакой калитки не было, так что детективы прошлись до трехступенчатой лестницы, ведущей на маленькое крыльцо. Дерек поднес руку к двери, но она распахнулась и без должного сигнала. На пороге стоял мужчина индейских кровей, длинные черные волосы с проблесками седины спускались ниже плеч. Определить его возраст Лили бы не смогла, но предположила, что мужчине от сорока до пятидесяти.

— Что вам нужно? — низкий, как гул ветра, бас.

— Детективы Дуайт и Мерфи, сэр. — Они синхронно продемонстрировали значки. — Со мной вы уже знакомы.

— Я же сказал, что не собираюсь с вами ничего обсуждать. — Не дрогнув в лице, ответил мужчина. Он перевел взгляд с Дерека на Лили и прищурился.

— Мистер Большое Сердце, мы знаем, что вам тяжело…

— Вы ничего не знаете, детектив.

— Простите, сэр, — подала голос Лилиан. — Мы очень сожалеем о том, что случилось с Кинаяко. Вы же понимаете, нам…

— Для вас то, что происходит сейчас — рабочая рутина. Закрыть дело, чтобы получить деньги. Очередная жертва, очередная папка, ушедшая в архив. — Парировал мистер Большое Сердце.

— Да, это наша работа. И, на мой взгляд, если бы мы выбирали работу по зову денег, то полицейский участок — последнее место, в которое бы мы заглянули, мистер Большое Сердце. Знаете, как я поняла, что мое призвание — наказывать плохих людей и восстанавливать справедливость? Возможно, вы слышали о том, что случилось в «Бирхантере» десять лет назад. Моя подруга Руна…

Мистер Большое Сердце широко распахнул дверь и грузным шагом приблизился к детективам. Он осмотрел Лили с ног до головы, перевел недовольный взгляд на Дуайта, а затем его глаза снова сконцентрировались на Лилиан.

— Вы Лилиан? — Тем же ровным тоном спросил он.

— Да, Лилиан Мерфи, ранее Оклоуд. — Кивнула Лили. Когда ее имя сорвалось с губ индейца, по спине пробежал холодок.

— Проходите. — После протяжного вздоха, пригласил Большое Сердце.

Лили обошла шкуру бизона на полу у камина, на котором лежала трубка с вырезанными по дереву рисунками, и присела на низкий диван с обгрызанными боками — в доме была собака. Где она сейчас? И тут же Лилиан заметила над камином фото старенького пса и сложила в голове два плюс два.

Дерек расположился рядом, он, как и Лили, одними глазами обследовал гостиную, пытаясь восстановить действия Кинаяко при жизни.

— Мистер…

— Большое Сердце. Этого достаточно. — Грубо оборвал Дерека отец Кинаяко. — Давайте сразу перейдем к сути. Вы, белые, любите факты.

— Расскажите, с кем общалась Кинаяко, жаловалась ли она вам на кого-то, не приходили ли ей угрозы? Возможно, она с кем-то поссорилась? Все, что вы сможете вспомнить и рассказать нам, очень важно. Даже самая незначительная по вашему мнению деталь. — Вступила Лили. — Где ее мама?

Индеец стоял напротив них, задумчиво поглядывая то на камин, то в окно за спинами детективов.

— Кинаяко очень трудолюбивая девочка. Она обожает истории о своих предках, не помню и дня, когда бы она не просила меня рассказать или пересказать «еще хоть что-нибудь!». Несмотря на то, что сейчас оставшиеся члены сиу, да и все люди живут иначе, не изменилось одно — мы все так же выживаем благодаря дарам земли и охоте. И Кинаяко это понимала, она — главная помощница матери в саду, мой лучший компаньон на рыбалке. — От того, что Большое Сердце употреблял настоящее время, у Лили сдавило грудь. — Прекрасная девочка, которую обожают соседи. Школа у нас маленькая, в классе Кины всего шесть человек от пятнадцати до семнадцати лет. Все свои, каждого я знаю лично. Никаких угроз и нападок на Кинаяко не было, иначе я бы уже разобрался.

— А почему она рвалась в лагерь, Большое Сердце? Наверняка Кинаяко знала, что ее помощь для вас очень важна.

— Она подросток, Лилиан. Что заставило десять лет назад поехать в лагерь вас? — парировал индеец.

— Это не имеет отношения к делу, Большое Сердце, а нам бы очень хотелось как можно скорее найти убийцу вашей дочери, — невозмутимо бросила Лили, сохраняя спокойный вид. Похоже, Большое Сердце еще ни раз уколет ее прошлым.

— Она… иногда мы ездим в Фэрбанкс. Там Кина познакомилась с девочкой, забыл ее имя, но в прошлом году они вместе были в лагере.

— У вас есть машина?

— Да, подержанный пикап, — кивнул Большое Сердце, нахмурившись.

— Вы когда-нибудь навещали дочь в лагере? — Дерек всецело отдал Лили роль главного копа, так как ясно как день — Большое Сердце его невзлюбил, черт знает почему.

— Зачем?

— Проверить, все ли в порядке, раз уж вы неподалеку, в отличие от других родителей.

Большое Сердце усмехнулся, губы его слегка дрогнули и тут же превратились в ровную нить.

— Нет, не навещал. Она взрослая девочка, и лучше любого из этих справится с проживанием в лесу.

— Хорошо, Большое Сердце, я одного не понимаю, почему вы… так спокойны? Почему враждебно настроены против нас?

— Вам принести учебник истории, Лилиан? Или показать трубку моего деда, который запечатлел последнее сражении на дереве? Вам нет до нас никакого дела. В убийстве наших, вы обвиняете наших. Разве не так произошло с Руной? То же ждет и Кинаяко, верно? А потом еще одну девочку из нашего вымирающего племени?! — Большое Сердце повысил голос, и теперь звучал как гром, эхом раздавшийся от стен гостиной.

Лили задержала дыхание, чтобы удержать эмоции внутри. Нельзя было показывать своих чувств на работе, никто не смел ковырять ее едва зажившую рану.

— Вот что, Большое Сердце, с той минуты, как мы перешагнули порог вашего дома, только и делали, что пытались выудить из вас хоть какую-то информацию о вашей дочери. Считаете, если бы мы хотели повесить это дело на первого встречного индейца, то терпели бы такое пренебрежение? — Дерек встал с дивана и перекрыл Сердцу обзор Лили. — Вам плевать на то, что убийца дочери на свободе? Ваше дело. Но нам не плевать на то, что он может убить и другую ни в чем неповинную девочку. И терять время здесь, вымаливая у вас снисхождение, мы не будем.

Дерек кивнул Лили в сторону двери и направился к выходу. Лилиан подчинилась, сознавая правильность хода Дуайта, и все же что-то удерживало ее в этом доме. Возможно, тот факт, что Сердце знал Руну? Ведь если бы не знал, то и не стал бы акцентировать внимание на старом деле?