Хелен Шойерер – Сердце тумана (страница 14)

– Нам показалось, что она спасла тебя, – сказала Тилли, подцепляя лиану к ближайшему дереву.

– Заставив меня прыгнуть со скалы?

– Мелочи, – сказала Тилли, прежде чем побежать за Генри и остальными.

Блик повернулась к Афине.

– Больше никаких утесов?

– Больше никаких утесов.

Как только сердцебиение Блик выровнялось и она смогла подавить рвотные позывы, она поняла, что та магия, которую она ощутила, когда вошла в горы с королевской гвардией, была здесь по меньшей мере в десять раз сильнее. Легкий ветерок щекотал ее кожу, и тысячи успокаивающих шепотков танцевали вокруг нее. Тревога, которая нарастала в ней, утихла.

– Даже люди, не обладающие магией, могут это почувствовать, – сказала Марвел, наблюдая, как Блик осматривает деревья.

– Почувствовать что?

– Нашу историю, магию, заключенную в этих мостах. Она источается деревьями и проникает в воздух.

– Неужели все это тоже слышат?

– Что слышат?

– Э-э… – Блик замолчала. – Ничего.

– В Валиа никогда не было заклинателей мыслей, – сказала Генри, посмотрев в глаза Блик. – Я думаю, ты можешь слышать наших предков. Их сущность продолжает жить в этой части Валиа. Они пугают тебя?

Блик покачала головой.

– Они обращаются непосредственно к тебе?

– Нет. Они просто… шепчут. Возможно, это остатки того, что было здесь раньше.

– Сомневаюсь, что они стали бы разговаривать с не-валианкой.

Блик пожала плечами.

– Они успокаивают, вселяют в меня уверенность. Может быть, это уловка, я не знаю. Но я им доверяю.

Казалось, магия свободно струится вокруг Блик, заставляя ее чувствовать себя легче, успокаивая все ее существо. Это говорило о том, какая магия скрывается под ее кожей. Генри нахмурила брови, а затем развернулась, чтобы продолжить путь.

– Вперед, – сказала Афина, кивая Марвел, чтобы та прибавила шагу.

– Так было всегда? – спросила Блик.

– С тех пор, как появился валианский род.

– Они настолько могущественны?

– Насколько известно.

– А Генри настолько же могущественна?

Афина пожала плечами.

– Она последний потомок рода Валиа. Она невероятно могущественна.

На третью ночь небо потемнело и по нему раскинулось звездное покрывало. Оно было похоже на роскошный черный бархат, усеянный тысячами и тысячами мерцающих огоньков. В этот момент мир, казалось, перевернулся с ног на голову, а небо было таким же огромным и внушающим благоговейный трепет, как океан. Его необъятность ошеломляла, заставляя Блик осознать, насколько маленькой фигурой она была в этой гигантской игре.

Несмотря на предложения и протесты соплеменниц, Генри первой заступила на вахту и скрылась под навесом. Соплеменницы не стали разводить костер. Мост из веток и листвы был слишком влажным, и Блик понимала, что это еще и проявление уважения к принимающим их деревьям. Тилли протянула ей большой ломоть фруктового хлеба и фляжку с водой. Блик с жадностью набросилась на еду. Вкус мягкого сдобного теста был незнаком. Она решила, что может привыкнуть к блюдам валианцев. Она полоскала во рту пресную воду. Хотя вода из водопада была холодной и свежей, лучшей во всем Эллесте, по словам Афины, она не могла утолить ее настоящую жажду. Блик приткнулась в укромном уголке на мосту, где они устраивались на ночлег, и стала фантазировать о вине, о его теплом древесном аромате, о его аппетитном вкусе. И о медовухе, об этом бодрящем шипучем первом глотке…

– Тебе достаточно тепло? – прервала ее размышления Афина.

Черный плащ, который дала ей Афина, великолепно удерживал тепло тела. Даже в одной тонкой тунике она не мерзла. Она кивнула, свернувшись калачиком на боку и подобрав под себя ноги. Афина сидела, прислонившись к дереву, подставив длинные руки ледяному ночному воздуху.

– Разве тебе не холодно? – спросила Блик.

Афина улыбнулась.

– Нас учили выдерживать гораздо более холодный климат, чем этот.

– Что ж, спасибо тебе за него. – Блик подергала плащ.

– Он сшит из пальмового меха, – сказала Афина. – Даже в метель в нем тебе будет тепло, как летом. Тебе нужно поспать. Генри очень хочет вернуться завтра к вечеру.

Блик закрыла глаза и отчаянно попыталась успокоить свои мысли. Но тревога, хотя и несколько приглушенная, не давала ей покоя. Она понятия не имела, с чем столкнется завтра. Чего хочет от меня Генри? Почему она потрудилась спасти меня от Леннокса и королевской гвардии? Мысли кружились у нее в голове, вызывая головокружение. Они вернули ее к Брену и к тому сну, который приснился ей в заливе Фелдер. Что он сейчас делает?

Блик плотнее закуталась в плащ. Возможно, она и не знала, куда направляется, но это не могло быть хуже тех мест, куда ее планировала отвести королевская стража, или хуже тех, где она уже побывала.

Глава 7

Десятилетнему Дэшу казалось, что он летит по замку – гобелены и масляные полотна королевских семей сливались в размытое пятно. Держа в потеющей руке теплые печенья, украденные на кухне, он пробирался по серым каменным залам, ныряя между стражниками и придворными, не обращая внимания на крики поварихи, которую оставил далеко позади. Он был быстрым. Самым быстрым мальчиком, которого когда-либо знали в Хиттоне. А когда он вырастет, то станет самым быстрым рыцарем во всем Эллесте. Может быть, даже на всех четырех континентах. Король Арден подарит ему собственное поместье и войска, и… он мечтал об этом. Теперь он достаточно хорошо знал замковую повариху, чтобы не растеряться во время побега.

Он подумывал о том, чтобы проскользнуть в музыкальную комнату, но мелодичные звуки арфы, доносившиеся изнутри, означали, что там будет многолюдно – шло закрытое представление. Он больше не совершит этой ошибки. Он помчался по галерее восточной башни, уклоняясь всем своим маленьким телом и едва не врезаясь в скульптурные бюсты знаменитых королей и рыцарей, чьи мраморные головы покачивались у него за спиной. Он резко повернул за угол, отбрасывая темные волосы с глаз, и чуть не врезался прямо в принца Джексона.

– Простите, ваше высочество! – крикнул Дэш и побежал дальше, почти не запыхавшись.

Юный принц покачал головой и крикнул ему вслед:

– Знаешь, Дэш, если захочешь поесть, нужно только попросить!

Дэш помахал рукой, в которой не было печенья, в знак признательности, а затем слетел по ступенькам в большой вестибюль. Он чуть не затормозил – там было очень людно, все было забито слоями пышных разноцветных юбок и мечами в ножнах, торчащими из-за поясов аристократов во все стороны. Дэш ухмыльнулся – вызов! Он метался между придворными, не обращая внимания на их удивленные и раздраженные возгласы. Смеясь, он выбежал во внутренний двор. Оглянувшись на величественный замок, он нигде не увидел повариху; он снова одержал над ней верх. Дэш откусил кусочек. Нет ничего вкуснее украденного овсяного печенья с сахаром. Второе печенье он прикарманил для Олены.

– Тебе лучше больше не беспокоить поваров. – Его отец, конюх, выводил одну из лошадей вельможи на булыжную мостовую, под лучи утреннего солнца.

Дэш смахнул крошки с подбородка.

Его отец покачал головой.

– В один прекрасный день у тебя будут большие неприятности, Дэш.

– Ты видел Олену? – спросил Дэш.

– Принцесса Олена, Дэш. Сколько раз я должен тебе повторять?

– Ей не нравится, когда ее так называют.

– Что ж, это ее титул, и ты должен называть ее так. По крайней мере, при других, чтобы выразить свое уважение.

Дэш вздохнул.

– Ты видел принцессу Олену?

Его отец повернулся к лошади, поправляя стремена.

– В садах.

Не сказав больше ни слова, Дэш снова пустился в путь. Звук ветра, ревущего в ушах, и ощущение, что он действительно оторвался бы от земли, если бы побежал чуть быстрее, были самыми веселыми в мире. Он промчался через внутренний двор и прямиком через открытые украшенные железные ворота направился в королевские сады.

Его встретило море цветов, тюльпанов и роз, чьи гладкие лепестки блестели, как шелк, в лучах яркого утреннего солнца. Их аромат был легким и сладким и щекотал ему нос, когда он перешел на бег трусцой по узким садовым дорожкам, посыпанным рыхлым хрустящим гравием. Он изо всех сил старался не сломать ни одного из нависающих цветов, но это была не его вина, что садовники не справлялись с уходом за ними. Дэш не любил цветы; в конце концов, он не был девочкой. Но ему нравились сады. И лабиринт. Лабиринт манил к себе, как ничто другое. Его высокие ярко-зеленые стены и извилистые тропинки завораживали исследователя. Королевские оруженосцы по очереди пытались проникнуть в сердце лабиринта. Ходили слухи, что это удалось только одному мальчику. Он вернулся, сжимая в руке красные цветы с черной серединкой, которые больше нигде не росли. Именно эти цветы были доказательством того, что оруженосец покорил лабиринт. Мальчик уже давно закончил свое обучение, и легенда передавалась следующему поколению благородных воинов. Дэш был уверен, что в скором времени он найдет дорогу внутрь – если, конечно, стражники перестанут отчитывать его каждый раз при его приближении.

Живые изгороди отбрасывали длинные тени на роскошные цветочные клумбы, дамские столики и стулья, а когда дул ветер, листья на стене колыхались, как будто сам лабиринт дрожал. Дэш знал, что там его ждут приключения. Он часто представлял себя рыцарем, путешествующим по лесу Валиа, убивающим опасных зверей и защищающим принца и принцессу. Иногда он рассказывал эти истории Олене, и она смеялась. Ему нравилось смешить ее, хотя он и не считал рыцарство чем-то особенно забавным.