Хайдарали Усманов – Две стороны равновесия. Новые проблемы (страница 1)
Хайдарали Усманов
Две стороны равновесия. Новые проблемы
Наступить на свою честь
Предрассветная тьма ещё не успела уступить место первому серебристому свету, когда тонкая и гибкая фигура в дорогом шёлковом платье осторожно скользнула между густыми кустами цветущего жасмина.
Линь Сюэ — внучка Главного старейшины Академии Небесного Свода, признанная первая красавица Академии, любимица старших учеников и предмет бесконечных вздохов молодых наставников — сейчас выглядела совсем не так величественно, как обычно. Её роскошное многослойное платье цвета утреннего неба, расшитое серебряными нитями и крошечными жемчужинами, то и дело цеплялось за колючие ветви кустов, через которые ей приходилось пробираться. Тонкие золотые подвески в волосах едва слышно позвякивали в такт её осторожным шагам. Нефритовые браслеты на запястьях стукались друг о друга. А длинные серьги, украшенные каплями лунного камня, качались при каждом движении. И каждый этот едва различимый звук в окружающей тишине сейчас казался девушке очень громким. И даже оглушительным.
После очередного перезвона украшений, которые она ранее вообще не замечала, Линь Сюэ сердито нахмурилась.
— Проклятье…
Она аккуратно придержала рукой серьгу, чтобы та перестала качаться, и вновь осторожно раздвинула ветви, преградившие ей путь. Подол платья зацепился за сухую колючку. И девушка раздражённо замерла. Её тонкие ухоженные пальцы быстро освободили дорогую ткань. После чего она едва слышно выдохнула.
— Почему именно сегодня я решила надеть это платье?..
Ответ она, разумеется, знала. Потому что, как всегда, хотела выглядеть безупречно. Даже если никто её не увидит. Даже если она собиралась всего лишь тайком наблюдать. Она просто не умела выглядеть иначе. Слишком давно красота, роскошь и безупречность стали частью её природы. С самого детства все вокруг твердили ей, что она прекрасна. Что она особенная. Что она достойна самого лучшего. И Линь Сюэ привыкла получать всё, чего только пожелает. Но сейчас это самое “всё” ускользало от неё. И это раздражало девушку куда сильнее, чем колючки, цеплявшиеся за её платье.
Последние несколько дней она почти намеренно появлялась на общих тренировочных площадках. Задерживалась в местах, где могли находиться новые ученики Академии. Даже пару раз прогуливалась возле библиотечного павильона. Однако того самого юноши с ледяными глазами нигде не было видно. Словно он растворился. И только потом до неё дошло, что личный ученик наставника вовсе не обязан заниматься вместе с остальными. У таких учеников были собственные территории. Собственные тренировочные площадки. Собственные расписания занятий. И именно это осознание заставило девушку подняться задолго до рассвета. Настолько рано, что две её служанки, обычно начинавшие день первыми, растерянно переглянулись, когда госпожа сама распахнула двери спальни.
— Госпожа, вам нездоровится?
— Нет.
— Тогда… почему вы…
— Не задавайте лишних вопросов.
И вот теперь Линь Сюэ, забыв о привычном достоинстве, пробиралась через кусты, словно какая-нибудь ревнивая школьница, пытающаяся поймать своего парня на измене. И только от одной этой мысли её щёки слегка порозовели. Но отступать она не собиралась. Потому что её тревожила не только собственная гордость. И даже не любопытство. Нет. Сейчас главной причиной её беспокойства была та самая молодая наставница Ли Юньсюэ. Красивая. Талантливая. Уже достаточно сильная, чтобы официально принимать личных учеников. И, что особенно раздражало Линь Сюэ — она обладала той самой зрелой женственностью, которой сама девушка пока лишь начинала овладевать. Линь Сюэ до боли ясно помнила, как Ли Юньсюэ спокойно заявила перед всеми, что Мин-сок — её личный ученик. И как затем ушла, гордо подняв голову. Словно говорила всему миру:
“Это моя собственность.”
И одна только эта мысль до сих пор неприятно жгла сердце девушки.
Вспомнив это чувство, Линь Сюэ закусила нижнюю губу. Что, если Ли Юньсюэ действительно заинтересовалась им не только как наставница? Что, если всё время, пока она сама пыталась разобраться в происходящем, эта женщина проводила с ним дни наедине? Обучала его… Разговаривала с ним… Смеялась рядом с ним… Возможно, касалась его рук, поправляя стойку во время занятий… Подходила слишком близко… От одной этой мысли внутри девушки поднялась горячая волна раздражения…
Она резко отодвинула ветку… Та больно царапнула запястье. И Линь Сюэ тихо зашипела. Но тут же застыла. Так как заметила то, что впереди кусты начали редеть. Сквозь листву показалась просторная тренировочная площадка… Ровные каменные плиты… Аккуратный домик молодой наставницы… Небольшая терраса… Сад камней… Низкий туман, стелющийся над землёй… Предрассветный воздух был прохладным и неподвижным… Всё вокруг казалось удивительно тихим.
Добравшись до нужного места, Линь Сюэ осторожно присела, скрываясь в тени цветущих кустов. Её обычно спокойное сердце сейчас билось чуть быстрее обычного. Она сама не до конца понимала, чего именно ждёт. Что увидит… И почему её так волнует происходящее… Что это было? Любопытство? Желание разобраться? Или что-то гораздо более личное?
Она задумчиво опустила взгляд на свои тонкие пальцы. Те едва заметно дрожали. Линь Сюэ раздражённо сжала ладони.
— Это всего лишь ученик… — едва слышно прошептала она сама себе.
Но сердце почему-то отказывалось верить этим словам. Потому что этот юноша был совсем не “всего лишь”. В нём было что-то такое, чего она не могла объяснить. Ледяное спокойствие. Скрытая сила. Равнодушие к её красоте. Отсутствие привычного восхищения в глазах. Он смотрел на неё так, словно видел не первую красавицу Академии, а просто очередного человека, встретившегося ему на пути. И именно это задело её сильнее всего. Линь Сюэ медленно подняла взгляд на пустую пока тренировочную площадку.
Рассвет только начинался, и небо на востоке едва заметно светлело. Даже птицы ещё не проснулись. Вся Академия продолжала спать. А она, внучка Великого старейшины, скрывалась в кустах, чтобы увидеть утреннюю тренировку одного странного юноши.
Осознав это, девушка невольно улыбнулась. Если бы кто-нибудь рассказал ей неделю назад, что она будет делать подобное, Линь Сюэ лишь рассмеялась бы. Но сейчас ей было не до смеха. Слишком многое поставлено на кон. Её гордость. Её любопытство. Её неожиданно вспыхнувший интерес. И, возможно, нечто гораздо более опасное для сердца молодой девушки, чем она пока была готова признать. Осторожно раздвинув последние ветви цветущего кустарника, Линь Сюэ наконец добралась до того места, ради которого поднялась в такую немыслимую для себя рань. Перед ней, в предрассветном сумраке, раскинулся небольшой уединённый двор. Слева стоял изящный домик наставницы Ли Юньсюэ — двухэтажное строение из белого камня и тёмного дерева, с изогнутой черепичной крышей и тонкими резными колоннами. На террасе ещё не горели фонари, и окна оставались тёмными, что говорило о том, что сама наставница, по всей видимости, ещё не выходила наружу.
Справа находилась тренировочная площадка. Каменные плиты, ровно уложенные и испещрённые тончайшими защитными рунами, едва заметно поблёскивали в тусклом свете уходящей ночи. Над землёй стелился тонкий слой прохладного тумана. Воздух был неподвижен. Тишина казалась почти полной. И именно поэтому Линь Сюэ далеко не сразу осознала, что на площадке уже кто-то есть. Сначала она уловила лишь смазанное движение. Потом ещё одно. Тень. Вспышка. Едва различимый свист рассечённого воздуха. И только когда её глаза окончательно привыкли к полумраку, девушка поняла, что перед ней находится тот самый юноша. Мин-сок. Он уже тренировался. Совершенно один. Без наставницы. Без зрителей. Без малейшего желания произвести на кого-то впечатление. И именно это поразило Линь Сюэ едва ли не сильнее всего.
Он был раздет до пояса. Словно та самая предрассветная прохлада, от которой она сама невольно плотнее запахнула шёлковую накидку, его вовсе никак не касалась. Светлеющая полоска горизонта мягко скользила по его телу, выхватывая из сумрака напряжённые линии плеч, груди и спины. Каждое движение подчёркивало силу его мускулов. Не тяжёлую и грубую, как у многих культиваторов, увлекающихся исключительно внешней мощью. А плотную, гибкую, идеально выверенную. Это было тело не просто бойца. Это было тело хищника. Опасного. Быстрого. Смертельно точного. Сейчас в его руках находился тот самый странный посох. Длинный, тёмный, почти чёрный. Даже издалека он казался необычным. Матовая поверхность не отражала света. Само дерево выглядело так, будто впитало в себя холод ночи. Но больше всего завораживало не оружие. А то, как он им владел.
Линь Сюэ видела множество техник. С детства её окружали лучшие мастера Академии. Так что она довольно часто наблюдала за поединками старших учеников. За показательными выступлениями наставников. И даже за тренировками старейшин. Но стиль Мин-сока не походил ни на что, что ей доводилось видеть раньше. Он не двигался по прямым и понятным траекториям. Не демонстрировал привычной плавности движений. Не следовал канонам известных школ. Каждое его движение было резким и непредсказуемым. Ломаным. Текучим. И в то же время пугающе естественным. Словно он не выполнял заученные формы. А… Охотился… Его посох то стелился почти вдоль земли, как тело гигантской сколопендры, готовящейся к броску… То внезапно взмывал вверх, нанося молниеносный укол… То описывал широкую дугу, заставляя воздух гудеть… То исчезал в смазанном вихре, из которого в следующий миг следовал удар, способный раздробить кость… Его шаги были бесшумны. Плавны. Но каждая постановка стопы содержала скрытую угрозу. Он то резко сокращал дистанцию, то отступал на полшага, чтобы тут же атаковать под совершенно невозможным углом. Это был танец. Но танец смертельно опасного существа. Холодного. Безжалостного. Непредсказуемого.