Ханна Сэнс – Собери меня из осколков (страница 11)

– Никогда не знаешь, что именно тебе пригодится. А такую мелочь можно хранить в кошельке, много места не занимает, – она неловко поджала губы, но продолжала улыбаться, ожидая ответа.

– Звучит как девиз барахольщика.

Я протянул руку и все же взял визитку. Викину после.

– Ха-ха, – подыграла мне незнакомка.

– А вы там были? У вас целая рекламная компания по продвижению этого кружка или в сговоре с Татьяной?

Она прыснула и отошла в сторону, потому что мы вдруг стали мешать всем проходящим мимо людям.

– Да, была и… Нет, я рекламирую только то, что попробовала сама.

– Рекомендуете, значит?

Улыбка постепенно сходила с ее лица, осталось лишь легкое послевкусие в виде чуть вздернутых уголков губ. Она кивнула.

– Я – Алина.

– Макс. Но лучше – Фокс.

Алина удивленно приподняла бровь, а я поспешил оправдаться:

– Сестра дала прозвище, оно прилипло как банный лист.

– Знакомо, – хихикнула Алина.

Я вдруг осознал, что я стою посреди улицы и болтаю с девушкой.

– Вас Татьяна подослала? Спрошу на всякий случай.

Алина посерьезнела:

– У вас точно какие-то непростые отношения с Татьяной. Но вообще нет. Я ей передавала подарок от семьи, зашла ненадолго.

– Ясно… Просто она мне только пару минут назад говорила, что мне нужно с кем-то познакомиться, а тут…

– Я.

– Да.

Неловкое молчание, и Алина уже ищет глазами что-то на улице.

– Но, я не хочу, чтобы вы думали, что я вас преследую или что-то вроде того. Пойду по своим важным делам, – она попыталась оптимистично подмигнуть мне, но я видел, что она смутилась.

– Простите. Правда, – она замерла, сжимая в руках эту ядреную оранжевую сумку. – У меня непростые отношения со всеми сейчас. Я не хотел вас обидеть.

Она молчала и только понимающе закивала. Господи, надеюсь, она действительно понимает, что людям, посещающим психолога, действительно непросто.

– Выпьем кофе? – вырвалось у меня само.

Я захлопнул рот, но слово ведь не воробей.

– Реабилитируюсь в ваших глазах… – стал разъяснять я. – Или сделаю только хуже. Но в любом случае есть смысл попробовать.

– А вы с юмором. Но я не пью кофе. Буду какао с зефирками, – воспрянула духом она.

– С зефирками? – переспросил я.

– Обязательно, – она демонстративно вздернула подбородок. – А как же еще.

И я не мог не улыбнуться. Ну что за ребенок! Ей же есть восемнадцать?..

Что ж… Кажется, знакомства находят меня сами.

Глава 8. Пробуждение чувств (Фокс)

Алина выбрала какое-то уютное кафе недалеко от психолога. Когда мы разместились за небольшим столиком прямо у окна и принялись изучать меню, я наконец выдохнул. Я уже и забыл, каково это «быть с девушкой», знакомиться с кем-то, разговаривать нормально, а не препираться, как это делаем мы с Роксаной. Тут я чувствовал себя еще больше не в своей тарелке, хотя весь прошлый год прошел под этим лозунгом.

– Значит, вы любите зефирки?

Ну что я за придурок. Или глухой.

Алина посмотрела на меня поверх меню и прищурилась:

– Нет, определенно, не верю в то, что вы никогда не пробовали какао с зефирками. Это божественно.

– И, видимо, очень сладко.

– А вы имеете что-то против?

Не то, чтобы я сильно любил или не любил сладкое, отношений как таковых у меня с ним не было. Если на столе что-то было, я закидывал в рот, не задумываясь. Мог съесть вагон и маленькую тележку простого печенья или каких-то очень дорогих конфет с марципановой начинкой. Но, если на столе было пусто, я особо не горевал, даже не вспоминал о сладком.

– Я бы сказал, что мы со сладким в статусе «любовники без обязательств».

Девушка удивленно подняла бровь и отвела взгляд, но небольшой румянец точно проступил на щеках.

Черт, надо быть поскромнее в выражениях.

– Но я возьму это какао, если вы так его нахваливаете, – я попытался исправить ситуацию.

– Не пожалеете, ваши отношения со сладким выйдут на новый уровень.

Алина дерзко подмигнула мне. А она умеет держать удар!

В меню красовались мои любимые вафли. Вот уж что-то, а к вафлям у меня была слабость. Мама раз в неделю пекла вафли специально для меня, обычно это было после особенно паршивого дня, и невероятно поднимало настроение. Я выбрал вафли со сгущенкой и мороженым.

– Возможно, у меня случится гликемическая кома, – начал я, когда официант принял заказ, – но вы же знаете, что делать, да?

– В коме вы будете мне не так интересны, – деланно небрежно пожала плечами собеседница и взглянула мне прямо в глаза. – Но я тоже взяла те же вафли, что и вы. Так что придется спасать нас обоих.

Этого я, конечно, не услышал. Но точно услышал, что я ей интересен. Никогда девушки со мной не знакомились первыми. Обычно это делал я.

– Может, на «ты»? – предложила она после секундной паузы.

Я согласился.

– Значит, ты тоже ходила к Татьяне? – начал я в лоб, прервав игру в гляделки.

Алина задумалась, как ответить. Она сидела, положив ногу на ногу, вся аккуратная, интеллигентная, а еще невероятно заметная не только своей яркой одеждой, но и огненными волосами. Вся она словно была словно не с этой планеты – такая воздушная и легкая. Словно у нее нет никаких проблем, но я точно знал, они были. Иначе она не пришла бы к Татьяне.

На миг я подумал, что, если продолжу ходить к Татьяне, то тоже смогу «исцелиться». Смогу быть таким беззаботным и счастливым. Хотя бы на вид.

– Ходила, пару месяцев назад мы закончили сеансы, – Алина мягко заправила волосы за ухо, и маленькая сережка в виде солнца заиграла в лучах света. – Она мне очень помогла.

Я подумал, что не стоит уточнять, что именно случилось. По крайней мере – пока.

– И вы сразу нашли общий язык?

Алина поморщилась и скривилась. Ее такие сильные эмоции напоминали мне Роксану. И я невольно улыбнулся этой искренности.

– Нет, конечно, но она была…

– Единственным доступным психологом от государства, – понимающе закончил я.

Алина засмеялась.

– Да. Но я в конечном счете не пожалела. Вот, как видишь, даже пришла ее отблагодарить. Она задает правильные вопросы, иногда даже ты сам не понимаешь, зачем она это спрашивает. Думаешь, что она не в себе! А еще этот донельзя скрипучий диван, господи боже! Я думала, я не вынесу. Мне кажется, его скрип – отдельный вид пытки.