Hakob Makachian – Шепот воспоминаний (страница 3)
Так продолжалось довольно долго, примерно до десяти лет. Мы получили возможность делать больше покупок и потеряли возможность быть счастливыми. Недопонимание между некогда любящими друг друга людьми выросло до запредельного уровня. Я не желал понимать, по какой причине моя мать стала другой, нервной и беспокойной. Что рано или поздно всё же должно было привести к определённому печальному исходу.
Впоследствии, будучи уже взрослым человеком, я всегда испытывал некий внутренний дискомфорт и огорчение, когда становился свидетелем детского страдания. Даже когда я видел, как плачет ребёнок, это значило, что в душе мог прослезиться и я. По этой причине по отношению к моим собственным детям я был всегда лоялен и оставлял выбор за ними. Взамен пытаясь с самых малых лет проводить больше времени с ними, приводя им в пример разные жизненные ситуации. Благодаря которым я до них пытался донести жизненные приоритеты и смыслы, дабы им было легче пройти отрезок взросления. Но и здесь не всё гладко получалось. Порой, как бывает, они принимали мою лояльность за слабость. Тогда приходилось напоминать роль каждого в семье, прибегая к более жёстким формам пояснения. Хотя я должен быть благодарен судьбе, что к такому методу я обращался очень и очень редко по причине того, что мои дети оказались намного сообразительнее своих родителей.
К примеру, интересно будет разобрать патовую ситуацию с родителями, которые полагаются на матрицу системы общественного образования и воспитания. Достаточно каждому родителю просто повнимательнее понаблюдать за времяпрепровождением со своими детьми, чтобы осознать своё безвыходное состояние, в котором оказывается большинство. Как много каждый родитель проводит время с ребёнком, когда тот начинает ходить в детсад или в школу? Утром минут сорок и вечером максимум два часа? А то и ещё меньше. Порой и двадцати минут хватает, чтобы обсудить самые важные вопросы со своим ребёнком, касающиеся в основном его обязанностей. И чем старше становится ребёнок, тем меньше времени остаётся для него.
И в этой ситуации родителю остаётся полностью положиться на систему, которая предлагает всякого рода привлекательные услуги, дабы облегчить ношу работающего родителя. Родителю кажется, что общество обеспокоено тем, чтобы он имел больше свободного времени. Но на самом деле система делает всё, чтобы у родителя было как можно больше времени на работу. И вот сонный родитель каждое утро спешит на свою работу, чтобы обеспечить своё потомство всеми необходимыми благами, которые сам социум и навязывает. А вечером у этого измотанного родителя нет никаких сил, чтобы дать своему ребёнку самое главное – свою нежность, понимание и любовь. Грустно, на самом деле, больше становиться от того, что ни один родитель в итоге не понимает причину недопонимания со стороны своего ребёнка. Ради которого, как ему кажется, он жертвует всей своей жизнью и всем своим временем.
Но чем же он в действительности жертвует и кому? Во-первых, стоит перестать питать себя иллюзией, что общественное образование, которое на самом деле и делает нас такими, какие мы есть, нацелено на то, чтобы давать правильные знания. Это есть неправда. Знания, которыми оно делится, не способны сделать кого-нибудь счастливым. Чтобы это понять, необходимо вспомнить, по какой причине появились общественные школы.
Всё началось в эпоху экономической индустриализации. Прослойке неприкасаемых вдруг стало необходимо, чтобы на их нововозведённых предприятиях работали квалифицированные рабочие. И дабы не искать по миру таких специалистов и не платить втридорога, им пришла гениальная идея обучать детей рабочих и крестьян, которые фактически были их подневольными, без роду и племени. Это не означало, что тем самым эти дети получали статус свободного гражданина, и это не значило, что им в будущем дозволялось принимать решения государственной важности.
Понятие «свобода, равенство, братство», на почве которого были переформатированы принципы и ценности во многих развитых странах, появилось чуть позже. Благодаря чему стало возможно гражданам с более низкого социального уровня, используя свои способности и полученные знания, подняться на более высокие ступени общественного строя. Но и в этом случае общественные школы не изменили своим главным правилам. Они и сейчас остались такими же, давая лишь системные знания, направленные на развитие механического труда.
Вместе с тем самое главное, что воспитывает общественная школа в детях, – это подчинение и послушание. Подчинение любому, кто имеет больший социальный статус, она воспитывает с помощью унизительного метода – оценивая полученные детьми знания публично. Тем самым ломая недоформированную психику ребёнка и уничтожая на корню любую уверенность в своих силах. С послушанием дело обстоит лучше. В течение долгих десяти или одиннадцати лет ребёнок приучается следовать определённым шаблонам – жить по расписанию, но не по собственной воле. Где важно знать, что преподаватели всегда правы, у них есть возможность тебя наказывать путём оценивания твоих способностей.
В общественных школах, в отличие от частных, не учат общению, взаимопониманию, уважению чужого мнения, финансовой грамотности, жизненной философии и поиску истин путём примеров успешных людей. И самое главное, они не могут научить любить себя и своё окружение. И вот через эту школу проходят родители, для которых вполне приемлемы условия, в которых оказываются их дети. И этим детям в итоге приходится проходить такой же путь, дабы в будущем повторить то же самое со своим потомством. Нам демонстрируют технократическую эволюцию человечества, убеждая, что тем самым мы стали более свободными. Когда на самом деле поменялась и стала ярче обёртка, начинка осталась та же.
Эта система, где раб добровольно соглашается больше работать во благо своего господина, была придумана в Древнем Египте одним жрецом. Он посоветовал фараону, чтобы не иметь проблем с периодическими восстаниями рабов, среди которых то и дело появлялись разного рода революционеры, платить им за работу. Результат поразил всех до такой степени, что прошли тысячелетия, но система по-прежнему продолжает своё безупречное существование. Мы готовы работать день и ночь, чтобы обеспечить своих любимых всем тем, что предлагает стремительно развивающаяся экономика мира. При этом задвигая на самый последний план свои искренние чувства по отношению к своим же любимым.
В итоге боль становится тем единственным пожизненным провожатым, что заставляет нас слепо повиноваться, лишь бы не тревожить скрытые раны. Она же заставляет нас носить маски. Быть неискренне весёлыми в компаниях, демонстрируя образ счастливого человека. Показывать свою строгость и значимость, скрывая за этим духовно слабую личность. И всегда делать больно окружающим, дабы насладиться страданиями других. Так легче переживать свои собственные муки. Так легче просто существовать там, где практически все играют такую же роль.
Как можно выйти из этой, казалось бы, безвыходной ситуации? Элементарно. В приоритете у родителя во всех случаях жизни должен быть ребёнок. Нет, не чтобы для него успеть всё сделать. А чтобы во времени, которое является решающим фактором в достижении намеченных целей, мы располагали на первом месте наших детей. Вот и всё. Мы всегда успеем заработать столько, сколько необходимо, для утоления голода и подражания. Мы всегда успеем сделать все необходимые дела для того, чтобы жить в достатке и гармонии с окружающим нас миром. И потому первым делом необходимо успеть дать своему потомству, кроме генетики, свою любовь и внимание. Это самая главная мотивация, которую может получить каждый ребёнок. Откуда ему, как не у своих самых близких, это получить?
Возвращаясь к истокам моего детства, невозможно не обмолвиться про страну, где мне суждено было появиться на свет. Про гордую Армению. Её на вид небольшое и в то же время безграничное в сердцах каждого армянина величие имеет абсолютное право на своё существование, как бы это ни смотрелось надменным. По крайне мере, тысячелетний возраст этого народа, на зависть всем соседям, требует определённого уважения к себе. Каждый, кто когда-либо побывал на этой пропитанной древней историей земле, остаётся её поклонником на всю оставшуюся жизнь. И дело не в том, что народ гостеприимный или что природа неотразимая и еда превосходная. А потому, что место это источает необыкновенную энергию, которая пронизывает душу каждого человека некой величественной тайной, раскрываясь каждому особенно по-своему.
Те, кто приезжают в гости, находят ответы на многие вопросы, которые не давали им покоя на протяжении многих лет. Потому что душа их начинает резонировать с божественным источником жизни в окружении величественных гор. Ну а местные просто привыкают к этому чуду с самого рождения. И от переизбытка этого самого внимания, хотят они того или нет, зарастают простой гордыней.
Когда в 1816 году Джордж Байрон посетил Армению, он написал про эту страну следующее: «Я выучил язык армянский, чтобы понимать, как и на каком языке говорили боги. Ибо армянский язык есть язык богов, и Армения есть родина богов, и боги родом из долины Араратской». Впечатляет, не правда ли, на каком уровне прочувствовал Байрон эту божественную энергию? Именно из-за таких примеров народ Армении возгордился и, вместо того чтобы наслаждаться этим даром, предпочёл удовлетворяться лишь блестящей его обёрткой.