Гюнтер Грасс – Весь свет 1981 (страница 9)

О конспирации, На этот раз Перестарались И своим вторженьем Не только распугали всех мышей — Но дали повод крысам полицейским Вынюхивать крамолу. Зашептались О русских бунтарях. Пришлось всем съездом Переплывать в туманный Альбион. Апрельский Лондон. Шум и гам столицы В тумане, продырявленном дождем. Ты любишь забираться высоко На крышу омнибуса, всю столицу Успел исколесить. На Пиккадилли И Уайтчеппель — роскошнейшие виллы С зеркальными окошками Утопли В озерах зелени. А мимо проплывают Сверкающих фиакров купола. Бриллианты. Бешеные туалеты. Духи. А рядом улочки, где грязь. С развешанным под окнами бельишком, С голодными прозрачными детьми. «Two nations»[1] — ты хмуришься. Как всюду, Где властвует разнузданно барыш. В пивных легко насытиться мечтою. Чадящие лучины освещают И лица продавцов, и люд галдящий, — Пей, пролетарий, и возвеселись… Но в следующую уличную сцену Вгрызается грохочущий автобус. О чем ты призадумался, Ильич? ИСТОРИЧЕСКИЕ ВЫКЛАДКИ ТАКОЙ ДАЮТ ОТВЕТ: ИСТЕРИЧЕСКИЕ ВЫХОДКИ ПРИНОСЯТ ТОЛЬКО ВРЕД. МЫ НАЗЛО ВРАГАМ ПОСТРОИМ НОВЫЙ МИР ЗА ГОДОМ ГОД. ПО ЗЕМЛЕ ЖЕЛЕЗНЫМ СТРОЕМ РАТЬ НАРОДНАЯ ПРОЙДЕТ! Ты навсегда запомнишь воскресенье Кровавое. Покойное течение Народа к Зимнему дворцу. Иконы. Царя портреты. Залпы из винтовок, И горы трупов. Всюду льется кровь. В столовке эмигрантов Лепешинских Поют о павших жертвою в борьбе. Волнения. Переживанья. Речи О Первой революции… Чиновник «Société de Lecture»[2] — свидетель Того, как ежедневно утром рано Приходит русский революционер В дешевых брюках, на манер швейцарцев Подвернутых, чтоб грязью не заляпать (Ты вечно забывал их отвернуть), И, в руки книжку взяв о баррикадных Боях, ту, что штудировал вчера, Садится у окошка, упоенный Работой над неведомым трудом.