Григорий Грошев – Сложно, как дважды два (страница 4)

– А я – Сергей Николаевич, – сказал второй.

– Я вас точно перепутаю, – честно признался Фёдор. – Откуда вы такие похожие?

– Разумеется, это секрет… – начал Николай. – Но вам определённо можно доверять. В Академии Силы – очень высокие требования к уму, сноровке и внешности. И, как говорит наш дорогой шеф, граф Орлов, элита – это всегда братья.

– Будь вы братьями, ваши отчества бы не отличались, – вставил Иванов.

– Истинно так, – кивнул Сергей. – У нас разные отцы, но это не мешает нам быть братьями по вере, оружию и посвящению.

– Что же стряслось? – спросил Иванов. – Отчего такой всесильной организации потребовалась подпись обычного, как вы выразились – гражданского следователя.

– Скажите, Фёдор Михайлович… – вместо ответа сказал Николай. – Любите ли вы научную фантастику?

– Терпеть не могу, – признался следователь. – К тому же, со времён моей юности многие фантастические технологии обрели плоть. Взять хотя бы те же дистанционные телефоны…

– Верно говорить – мобильные, – поправил Николай. – У вас что, нет собственного аппарата? С вашим благосостоянием? Вы невероятно скромны.

Фёдор вздохнул. Он терпеть не мог разговоры о своём происхождении и капиталах. Тем паче, ассигнации были заработаны задолго до его рождения. Деньги были всего лишь свободой, универсальным ключом, который мог открыть пред Ивановым любую дверь. Но сами по себе не дарили ему наслаждения. Другое дело – тайны.

– Я настаиваю, что первым задал вопрос, – произнёс Фёдор. – Что за происшествие в Осколково?

– Восстание машин, – сказал Сергей. – Убийство.

– И отчего же Секретная полиция не может разобраться в таком простецком деле? – спросил Иванов, зевая.

Сергей и Николай переглянулись. Должно быть, они не ожидали от своего визави подобного поведения.

– Господин Муравьёв настаивал на привлечении стороннего специалиста, – произнёс Сергей. – Он позвонил вашему шефу, Генриху Цискаридзе, и потребовал вашей явки. А вы – как сквозь землю провалились.

– Я был на медицинских процедурах, – объяснил Иванов. – А после, поглядев на часы, подумал, что возвращение в отделение лишено всякого смысла.

– Мы ни в коем случае не отчитываем вас, – сказал Николай.

– Ещё бы! – буркнул следователь.

– С помощью своей аппаратуры мы отследили телефон, установленный в служебном автомобиле, – продолжал Николай. – Подключились к вашему звонку. И точно знали, где вас ждать.

Фёдора словно ледяной водой окатили. Да что они себе позволяют? Эти тайники слушали его разговор? Заметив замешательство следователя, Николай и Сергей улыбнулись – и лица их стали похожими ещё больше. Вылитые братья!

– Мы уже давно не ведём чувствительных бесед по телефон, – сказал Николай. – Ибо все разговоры можно не только прослушать, но и записать.

– Вернёмся к вашему делу, – произнёс Фёдор, сделав акцент на слове «вашему». – Что за восстание машин? Известно ли вам, что я специализируюсь на расследовании преступлений?

– Более чем, – кивнул Николай, возвращая лицу серьёзное выражение. – Машина не только восстала, но и убила своего создателя. А вам, господин Иванов, предстоит выяснить, кто её запрограммировал.

Фёдор вздохнул. Секретная полиция, прослушивание разговоров, заумные словечки – что могло быть пошлее? Тем более, он так и не позвонил своей красавице. Делать это в присутствии двух молодцов не хотелось. Что если они запишут разговор, а потом – будут слушать его долгими зимними вечерами?

Глава 4. Осколково

Читателю, должно быть, интересно, куда он попал и что за абсурдная история разворачивается на его глазах. В этом целиком моя вина: бросился с места в карьер, ничего не объяснив. Сделаем же шаг назад.

Итак, дорогие друзья, мы с вами находимся в Российской Империи, а на календаре – февраль 1989-го года. Зима по большей части выдалась тёплой, пусть и несколько снежной. Велика Россия, и границы её простирались от Владивостока до Одессы, от Дальнего до Новой Земли… Зажатая между Османской империей, Соединёнными Штатами Европы, Японией, держава упрямо двигалась вперёд. Благодаря мягкой силе – науке.

Осколково – грандиозная идея, призванная сосредоточить передовые компании в одной точке пространства. Территорию называли заумным словосочетанием – кластер науки и техники (КНИТ). Надо заметить, далеко не все чиновники вдавались в смысл мудрёной аббревиатуры. Ну, КНИТ и КНИТ, раз хорошо – то и прекрасно. За несколько лет существования сразу несколько технологических гигантов пустили корни в болотистые почвы Осколково.

Но, по счастью, вы читаете не скучную брошюру о величии Империи, а самый настоящий детектив. А потому мы лишь пронесёмся над островом КНИТ, особо не концентрируясь на деталях. Здесь выпускали продукцию самого широкого спектра, будь то полупроводники или модные электроигрушки для детей, детали спутников, переносные телефоны (позже их назовут мобильными).

Но предмет особой гордости – это завод «Горбачёвские моторы», где, по странному стечению обстоятельств, производили… только кузова. А если быть совсем точным, то силовые каркасы. Название решили не менять, поскольку в сокращённом виде («ГМ») оно было созвучно с американским брендом (General Motors). Какие тут делали каркасы! Прочные, облегчённые, геометрически безупречные.

Именно на этом заводе трудился Пётр Гагарин. Хотя Фёдор Иванов посетил десятки стран, он был впечатлён увиденным. Аккуратные корпуса – словно сошли из фантастических книг. Футуристический вид завода создавал впечатление, что пред ним был космический корабль, успешно приземлившийся на землю. И выпускать тут должны были не автомобильные кузова, а звездолёты. Происшествие случилось в главном цеху, где робот сваривал те самые легендарные силовые каркасы.

На удивление, в цеху не было шумно. С умным видом ходили инженеры в белых халатах, а рабочие носили безупречные комбинезоны. Всем присутствующим выдали каски, и только сотрудники Секретной полиции проигнорировали меры безопасности. Головной убор тут же принялся съезжать с макушки Фёдора.

– Обстановка сохранена, – произнёс Николай, указывая рукой на отдалённую часть цеха. – Смерть наступила от точного удара в сердце. По мнению судебного хирурга, гибель была мгновенной. Покойный инженер лежит там же, где его обнаружили в шесть часов утра.

Приблизились к месту происшествия. Там действительно находился труп. Фёдор взглянул на часы: половина шестнадцатого! Выходит, покойник пролежал тут едва ли не девять часов? Он за этот период успел сделать много важных дел. Проснуться, позавтракать и прибыть на работу – к десяти часам. Там Фёдора сразу же озадачили неотложным делом… В одиннадцать утра Иванов лично осмотрел место смерти господина Евстафьева – последнего представителя легендарной фамилии.

Криминальную гибель они исключили вместе с судебным хирургом: граф просто подавился косточкой от вишни… Дальше была поездка к диетологу Блиновскому, причём при Фёдоре оказалась папка со всем необходимым для следственной работы. Попытка бегства от обязанностей – и вот он здесь. И все эти часы тело несчастного лежит в цеху. В непосредственной близости от убийцы – бездушного механизма.

– Работал ли криминалист? – уточнил Иванов, извлекая бланк протокола осмотра.

– Безусловно, – кивнул Николай. – Лучшая группа во всей Империи. Все следы изъяты, включая пробы воздуха и запаховый след. Круг лиц, которые входили в цех на протяжении суток, установлен. У всех затребованы объяснительные записки.

– Тогда у меня только два вопроса… – протянул следователь. – Отчего труп не убрали?

– Чтобы вы могли осмотреть его лично, господин Иванов.

– Хорошо, – согласился Фёдор. – А почему же конвейер не остановил работу?

– Императорский заказ, – вставил Сергей. – Мы убедились, что робот-манипулятор не задевает тело – и не стали отключать его.

Всё это время бездушный аппарат продолжал производство. Детали занимали необходимое положение и фиксировались, после чего – механическая рука делала точечную сварку. Процесс этот действительно завораживал. Фёдор с трудом заставил себя переключиться на покойника. Убрал простыню и внимательно осмотрел труп. Мужчина имел тщедушную фигуру: узкие плечи, короткие стопы, небольшие ладони. В глазах застыло удивление: он будто не ожидал, что найдёт свой конец именно в таких условиях.

– Хм, – произнёс Иванов. – Сей случай – обычная производственная гибель. Полюбуйтесь на одну из лап этого вашего манипуляторного чудовища. Она же в крови! Пусть та и запеклась десять часов тому назад.

Николай и Сергей синхронно перевели взгляд на Робота. Если бы они носили каски, то в этот момент должны были снять их – синхронно. Действительно, одна из рук механизма имела капельку вещества бурого цвета. Она становилась видна, когда лапа застывала, выполняя сварку. Удивительно, что никто этого не заметил! Ни один хвалёный криминалист.

– Вероятно, господин Гагарин нарушил какие-то требования технологического процесса, – продолжал Иванов. – Как вы, господа полицейские, пренебрегли касками. Несчастный подошёл слишком близко. И чудовище пронзило его своим щупальцем, а после – продолжило работу. Сие не предмет императорского следствия… С такой задачкой справится любой дознаватель. И, уж не сочтите за оскорбление, мне такие тайны скучны.

– Не господин, – произнёс Николай Сергеевич.