Григорий Александров – Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная (страница 94)

— Что Игорь? Он без начальника больницы ни шагу. Тут

скоро вторая пересылка открывается. Придурки со всего ла­

геря кантоваться будут. Малину нарядчиком назначили. Лепил

близко к себе не подпустим. На этап уйдем и там тебя при­

дурком сделаем.

— Ты обещаешь?

— Дурко ты. Нам, сукам, людишки нужны. Мусора уви­

дят, что перелицевался ты, мазу за них держишь, пересуд

устроют, лет десять скостят тебе. А там амнистия.

— О ней только говорят.

— В этом году была амнистия за победу? Была! В сорок

седьмом за тридцатилетие сделают... Выскочишь ты!

Будет не будет — увидим. Напьюсь... забудусь. А что мне

суки сделают? Я им нужен... не тронут...

ЗАСТОЛЬНАЯ БЕСЕДА

Седугин и Волк вошли в небольшую чистенькую комнату.

Три топчана, стол, накрытый цветной скатертью с бахромой,

фанерные тумбочки и пять табуреток. На одном из топчанов

лежал Женька каптер, два других, застланных серыми одея­

лами, были свободны. Женька, увидев их, поднялся.

— Давно не заходили ко мне, — любезно приветствовал

Женька Волка. Он дружелюбно пожал потную ладонь Волка и

сделал вид, что не заметил протянутой руки Степана.

— Поздоровайся с человеком! — приказал Волк. Женька

засуетился.

— Садись, милый друг. Как звать-величать-то тебя?

— Степан.

— Люблю я хороших людей, — разливался соловьем кап­

тер, подвигая табуретку к столу. — Душой болею о прият­

ном обществе.

— Притопает и общество, — пообещал Волк, извлекая из-за пазухи грелку.

174

— Самогонка? — оживленно осведомился Женька.

— Где спирту возьмешь? Игорь ни грамма не пуляет. Са­

могонку бесконвойники таранят и то хорош.

— А вот и Чума пожаловал. И Малина, — обрадовался

каптер. Чума обеими руками держал большую алюминиевую

миску, накрытую сверху тарелкой.

— Жгется, — проворчал Чума, ставя миску на стол. —

Мясцо. Горячее. — Малина развернул небольшой сверток и

молча положил на стол истекающую жиром нежнорозовую

горбушу, пять соленых огурцов, ядреных и крепких, и круп­

ную головку чеснока. Помедлив немного, он порылся в карма­

нах и не торопясь достал поллитровую бутылку. Узкое гор­

лышко заветной посуды, запечатанное белым сургучом, оча­

ровало всю компанию.

— Вот это Малина! — восхищенно ахнул Чума. — Спирт!

С белой головкой! Где взял?

— Уметь надо, — Малина снисходительно похлопал по

плечу Чуму, покровительственно усмехнулся и небрежно раз­

валился на топчане.

— Прошу к столу! — угодливо пригласил Женька, ловко

раскупоривая бутылку.

— Дай Бог, не последний! — провозгласил Малина, под­

нимая стакан.

— Не разбавлен? — с опаской спросил Седугин.

— Чистый! Девяносто шесть градусов! — гордо ответил

Малина.

— Чем загрызть?

— Водичкой, Степа, запьешь, а потом зажрешь. Не ды­

ши, пока пьешь. И сразу, как кончишь, выдохнешь. Вот так!

Хо! — громко выдохнул Волк.

Вдохнув в себя воздух, Волк залпом опрокинул спирт в

широко открытую белозубую пасть. Чума почти не притраги­

вался к закуске. Он торопливо обнюхивал корочку и, трясущи­