Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 91)

болота. В глубинах удушливой ночи нехотя рождалось утро,

дождливое и безрадостное.

165

Г лава 3.

В Г Л У Б И Н К Е

ПРИЕЗД

Шестьсот семнадцатый женский лагпункт затерялся в дре­

мучей сибирской тайге. От глаз посторонних, если бы таковые

здесь оказались, лагерную зону скрывал высокий забор, сби­

тый из толстых неотесанных досок. Над забором, переплетен­

ным сверху двумя рядами колючей проволоки, виднелись выш­

ки. Днем и ночыо на них стояли охранники. Днем — молча,

ночыо — перекликались каждый час. Внутри зоны, за пять

метров от забора, натянута безобидная мягкая проволока. Че­

рез нее легко можно переступить. Но заключенные хорошо

знали, что за проволокой начинается запретная зона и вся­

кого, кто сделает шаг туда, ждет меткая пуля стрелка. На

трех гектарах земли, отвоеванных у тайги руками заключен­

ных, стояли семь жилых бараков. Поодаль от них, рядом с

воротами, возвышалась кухня и хлеборезка. На шестьсот сем­

надцатый лагпункт Риту привезли под вечер. Ее тщательно

обыскали и вместе с другими повели в бревенчатый барак.

Рита тоскливо глядела в сторону запретной зоны. Прозрач­

ная слезинка, сверкнув в лучах заходящего солнца, нежно и

робко скользнула по лицу и подарила себя, соленую и теп­

лую, пересохшим от жажды губам.

...Асю убили за запретной зоной... Вот такой же, как эта.

Она знала и побежала туда. А я? Я бы смогла так сделать...

Сколько людей хороших, лучших, чем я, умерло... Зачем мы

живем? Что такое жизнь? Наказание? А за что? Мама родила

меня и умерла... Когда что-нибудь дарят — радуются... Разве

жизнь — подарок? Если б не было Кима, его отца, прокурора,

судьи, надзирателей, Падлы, Авроры... А куда они денутся?

Жили и будут жить. Почему они такие? Кто их научил? Су­

дят, убивают. Асю — тоже. Тетю Машу, папу. Павлика. Хоть

бы еще раз увидеть Асю... А вдруг ее не застрелили?.. Поло­

жат в больницу и вылечат... Кто? Они? Засудят и Падлу от­

дадут.

169

— Чего на забор засмотрелась? — окликнул Риту над­

зиратель, по-своему истолковав пристальный взгляд девушки.

Рита покорно отвернулась и низко опустила голову.

В бараке, куда их привели, не было ни души.

— Размещайтесь на нижних нарах. Куда смотришь, сле­

пая карга. Не здесь, с левой стороны, подальше, в уголочке,

там не занято. Чтоб ни единого слова, пока зеки с работы

не придут. Зашебутится кто — тут разговор короткий. Это

вам не пересылка. Завтра на работу. Не залеживайтесь, —

напутствовала надзирательница, перед тем как покинуть барак.

— Куда же нас на работу погонят? — печально вздохнула

Аня.

— Вечером узнаем, — думая о чем-то другом, машиналь­

но ответила Елена Артемьевна. — Интересно, сколько кило­

метров отсюда до пересылки?

— Двести пятнадцать.

— А ты откуда знаешь, Аня? — удивилась Рита.

— Когда нас высаживали из вагона, столбик приметила

с цифрами.

— А где высадили Варвару Ивановну, ты можешь ска­

зать?

— Не упомню, Елена Артемьевна. Ее ведь ночыо забрали

из вагона. Кто его знает, сколько мы за ночь проехали. Дорога

шибко плохая. Три дня сюда тащились. Помните небось, ва­

гон-то наш с рельсов сходил столько, что я и счет потеряла.

Это я к тому говорю, что не подсчитаешь теперь, далеко ли