Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 90)
— Две старухи, товарищ начальник. По пять суток у
каждой, — доложил один из надзирателей.
— В зону их отведите. Контрики есть?
— Три штуки, гражданин начальник, не считая Вериковой.
— Сходите в барак за их вещами, и всех трех — к воро
там, они пойдут па этап. Исполните, доложите мне, я буду
на вахте.
...Почему я сижу?.. Ася наговорила на себя... Падло мол
чит. Боится, что я правду скажу. Ушел начальник... Какой
страшный сон мне снился. Живи, Рита... Ася! Асенька! Под
лая я. Нельзя молчать... Асю убыот... Изнасилуют... А меня?
Падло целовать будет... Обслюнявит. Разденет. Гнилоносый!
Крикнуть? ему отдадут. — Рита закрыла глаза и до жути
отчетливо увидела лицо Падлы. Она на мгновение ощутила,
163
что руки, густо поросшие рыжими волосами, шарят по ее
телу. Грязные пальцы жадно жмут ее, срывают одежду. Чер
ные искривленные зубы впиваются в обнаженную шею, ку
сают губы, лицо, подбородок... Не могу... не встану. Не за
кричу.
— Заходи, Верикова, в карцер! — услышала Рита голос
надзирателя.
Ася незаметно пожала Рите руку.
— Прощай! — чуть слышно прошептала она.
— Неправда! Ася не виновата! Я слышала. Я... — голос
Риты сорвался и замер. Ася схватила Риту за руку и крепко
зажала ей рот ладонью.
— Не слушай ее, начальник! Врет она все! Молчи, дура!
Удавлю! Зачем ты?! Зачем?! — захлебываясь от слез, спраши
вала Аська.
— Ничего Воробей не слышала! Я пять раз кнокал в их
камеру. Спала она! — подтвердил Мухомор.
— За Аську-кобла мазу держит! Ковырялись они с ней,
начальник. Сам видал! — уверял Падло.
— Молчи, Падло! Еще слово — и заложу! Не поганьте
Риту, души прогнившие! Не верьте Падловым словам! — вы
крикивала Ася, повернув лицо к Елене Артемьевне. — Пусти
руки, начальник! Сама пойду... Слово даю! Ты, Падло, мяса
моего попробовать захотел? Не попробуешь! Прощайте! —
Ася сделала два шага в сторону карцера и вдруг, согнувшись,
нырнула под рукой надзирателя. Секунда — и она, толкнув
незапертую дверь карцерной ограды, очутилась в зоне.
— Лови ее! — закричали надзиратели. Двое из них устре
мились вслед за Аськой.
— Куда бежишь? Там вышка! Пристрелят! — кричал
надзиратель.
Выстрел... Второй... Третий... И все смолкло. Прошла ми
нута. Две... Пять. Елена Артемьевна застонала. Судорожно
плакала Аня, закрыв лицо руками. Рита безмолвно лежала
на земле, обнимая ее, прохладную и сырую.
— Вставай! — приказал надзиратель. Рита не шелохну
лась. — Поднимайся! На этап пойдешь! — раздраженно повто
рил надзиратель, хватая Риту за плечи.
— К Асе пустите... — невнятно попросила Рита.
164
— Эка дура какая... — удивился надзиратель. — Убили
твою Асю.
— Никуда я не пойду. Убейте и меня! Ася! — тоскливо
закричала Рита.
Надзиратели молча заломили ей руки, заткнули кляпом
рот и волоком потащили к воротам.
Сквозь узкий просвет мохнатых облаков на миг выгля
нула бледная звезда. Громады темных туч сомкнулись и
погасили ее сиротливый свет. Так гаснет одинокая искра зо
лотого светлого огня, брошенная в мутные воды стоячего