Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 92)

Варвару Ивановну оставили.

— Прасковью Дмитриевну дальше повезли... Там, наверно,

еще хуже...

— Скучно ей там без вас... И вам, чай, не весело...

— Я не одна, Аня... Ты у меня есть, Рита. Молчит она,

тоскует. Давай поговорим, Риточка. Хочешь, я тебе о геночках и

хромосомочках расскажу. Не нравится, ну и Бог с ними. Ты

сказку «Снежная королева» читала? — улыбнулась Елена Ар­

темьевна.

— Большая она, для сказок-то. Семнадцать скоро стукнет.

Не вгоняйте ее в краску, — вступилась за Риту Аня.

— Y тебя когда, Рита, день рождения?

— Завтра, — смущенно ответила Рита.

170

— Что ж ты молчала, — всполошилась Аня. — Я бы что

ни на есть придумала. Шить я мастерица. Пироги пекла —

хвалили меня... Не сошьешь туг... И не подарим тебе ниче­

гошеньки.

— Жаль, что в пятницу день рождения твой.

— Завтра пятница, Елена Артемьевна? — испуганно спро­

сила Рита.

— Чего забоялась? Аж с лица побелела, — встревожилась

Аня.

— Тетя Маша говорила, что в пятницу рождаются не к

добру. Я родилась в пятницу. Завтра, семнадцатого августа,

мне будет семнадцать лет. И... пятница.

— Что тебе сказать, Рита? — Лицо Елены Артемьевны

морщинистое, изможденное, а глаза ласковые и добрые. Как

у тети Маши, подумала Рита.

— А ведь лучше и вовсе не говорить...

— Молчать, молчать... До каких пор, Аня? Сказать тебе,

девочка, что числа и дни недели — это просто совпадение?

Что ж, права буду я, только перед кем? Наша жизнь — кош­

марный сон, и совпадений в ней, самых вздорных и ужасных,

непочатый край... Не верь, Рита, что в жизни одно плохое.

Дождешься и ты, когда, не знаю, что забудешь о лагере и

обо мне. Полюбит тебя сказочный принц. Скорее всего просто

хороший парень. А что еще человеку нужно? Толстой гово­

рил: три аршина земли. Не всем. Герда любила маленького

Кая, она пошла за ним в страну вечного холода и мрака к

Снежной королеве. На ее пути встали разбойники и тундра,

слезы ее растопили застывшее сердце Кая, она вывела его

из ледяного плена. Где же наша Герда? Кто уведет нас?

— То в сказке бывает. Никто нас не вызволит, — поникла

Аня.

— Мы здесь умрем, как Ася...

— Бог с гобой, Рита. Не вечно же все это будет. Придет

утро, пасмурное, дождливое, но утро.

— Глядишь, и солнышко выглянет... А вот Ася... — Аня

отвернулась и смущенно вытерла глаза.

— Какую девушку искалечили... Сколько бы она людям

добра сделала. В долгу мы перед ней. Жизни мало такой долг

отдать. Убили бы меня старуху, кому я нужна?

171

— Вы еще людей учить станете.

— Чему учить? Кого? Лучше б была я простой неграмот­

ной бабой, жила б в деревне, внучат нянчила. Y меня Борень­

ка, от младшего сына. Такой забавный мальчишка. Увидит

меня — бежит, ласкается, целует, смеется. Докторскую одно­

му папенькиному сынку написала для Бореньки. Все книги

продала, любит он сладкое. Разве б стала душу пачкать подлой

диссертацией? Плевалась, когда писала... Великий Мичурин,

великий Лысенко... стыдно вспоминать... Хорошо хоть имени

моего не будет под этой пачкотней. Бореньке пальтишко купи­

ла теплое.