Грета Раш – Нефилим. Том 4. Отрешение (страница 3)

– У мистера Рохаса были враги?

– Я даже своих врагов не всех знаю, – проворчала, опуская глаза. – А вы хотите, чтобы я за чужими следила? Мне некогда вести всемирную перепись злодеев.

– Хорошо, тогда давайте поговорим о ваших врагах! – радостно предложил комиссар.

Питбуль гневно клацнул челюстями, сел и принюхался.

– Я преувеличила, у меня нет врагов, – быстро сообщила с предельно пустым лицом, напустив этой же пустоты в глаза.

– И всё же, – не желал отступать комиссар. – У каждого есть кто-то, кто с удовольствием подставит подножку.

– Мой персональный устраиватель подножек давно покинул Исправу, – нехотя призналась я, имея в виду Криса Делано. – И мог оказаться здесь только в одном случае: если охрана облажалась. Но даже если так, я не вижу причин, по которым бывший моей сестры, пытавшийся утащить её на дно во всех смыслах, стал бы убивать Джея. Они вообще не общались. Думаю, они даже не знали имён друг друга.

– А вы не думали, что целью могли быть вы? – спросил комиссар.

И я застыла.

Накатило дежавю.

– Кто-то мог войти в вашу комнату, затаиться и поджидать вас. В этом случае мистер Рохас – просто случайная жертва. Как говорится, не в том месте, не в то время.

Нужно было срочно взять себя в руки, выровнять дыхание и скрыть всё, что в душе.

Но я не успела.

– У мистера Рохаса была девушка? – неожиданно спросил старый вампир.

– Не знаю, – небрежно скривилась я. – Мы не откровенничали. Но… ходили слухи, что он встречался с кем-то раньше, в Маниле. Вроде как, она тоже погибла.

Но, конечно, комиссару было прекрасно об этом известно, поэтому он почти сразу задал новый вопрос.

– Недавно погибший рассказал своему соседу, что ему кое-кто нравится. В романтическом смысле. Как вы думаете, кто мог запасть в сердце мистеру Рохасу?

Я вспомнила, что сосед Джея – Эрик.

И почувствовала, что хочу прилечь.

Но ответила совсем другое.

– Вроде вампирши им активно интересовались. Наверное, он имел в виду одну из них. Вы же сами знаете, – я храбро взглянула комиссару в глаза, – если эти крошки кого-то захотят, то идут до конца. Вампирскую жадность и одержимость никому не победить. Даже самим вампирам.

Питбуль рыкнул, но остался сидеть на месте.

– Мисс Кьеллини, – с поддельным сочувствием вздохнул мистер Сноуи. – Вы утверждаете, что у вас нет врагов. И у мистера Рохаса их тоже не было. Но кто-то его убил. И по вашему утверждению, после убийства этот кто-то подложил мёртвое тело в вашу комнату. В школе сотни студентов, но именно вы проснулись рядом с погибшим парнишкой. И я хочу разобраться, почему так произошло.

– Я тоже этого хочу, – искренне заверила его я.

– Тогда расскажите всё, что знаете! – потребовал комиссар.

– Я уже рассказала! – опять сорвалась. Почти мгновенно это поняла, мельком заметив рваное движение директорской брови, и покорно затихла, опустив глаза долу. Но занималась прилюдным самобичеванием недолго. Потому что мозг подкинул умную мысль. – Вы говорили с комендантом?

– Да, – подтвердил комиссар, который, кажется, обладал изумительной памятью. За всё время нашей беседы ему лишь раз потребовалось заглянуть в пометки помощников. Несмотря на возраст, вампир помнил буквально каждую мелочь. – Он заявил, что вы вернулись в общежитие после обеда и не покидали его до тех пор, пока не появился мистер Блейк и не вывел вас. Мистер Рохас вернулся примерно часом позже вас и также не покидал здание.

– Я бы на вашем месте особенно не полагалась на показания мистера Мойзека, – ехидно улыбнулась. – Если вы не в курсе, ему больше ста лет. И ещё во времена моей средней школы он обзавёлся проблемами с желудком. А вчера на завтрак давали булочки с кремом, которые он обожает. Вот только крем очень жирный. Скорее всего, старик большую часть своей смены занимался тем, что стерёг унитаз.

– Его показания не вызывают сомнений, а вот ваши – да. Мисс Кьеллини, подумайте и попытайтесь вспомнить, присутствовал ли мистер Джей Рохас на вечеринке?

Я мысленно вернулась в пьяную толпу. И стала пересчитывать всех тех, кого знала поимённо и кого видела прошлой ночью.

– Если он и приходил, то мы с ним разминулись, – ответила в итоге.

– Вы не разминулись, – уверенно отметил комиссар. – Потому что его там не было.

Я равнодушно кивнула.

– Пусть так.

– За несколько часов до случившейся трагедии мистер Мойзек видел парня в коридоре. Джей бродил по первому этажу, словно поджидал кого-то. Походив туда-сюда мимо дверей, он исчез, а потом вновь ненадолго появился. Вид у него при этом был, по словам коменданта, озадаченный и озабоченный.

– Думаете, он караулил меня? – догадалась я. Не сразу, но догадалась.

– Да, – не стал ходить вокруг да около старый вампир. – Вы убеждены и пытаетесь убедить нас, что мистер Рохас попал в вашу комнату с улицы и попал вопреки собственному желанию. Но это сложно себе представить, ведь парень не покидал стен общежития. Как он оказался на улице, если не выходил?

– Есть много разных способов, – уклончиво ответила я.

– Или есть такой вариант. Вы явились на вечеринку, в этом нет сомнений, вас там многие видели. Потом покинули её, возвратились в свою комнату, встретились с мистером Рохасом. Он начал к вам приставать, вы отреагировали и ударили его тем, что подвернулось под руку, в данном случае колом. Это ведь уже не первый раз, верно?

И он склонился ко мне с доверительной снисходительностью в глазах, показывая, что всё понимает.

– Что не первый раз? – невольно отпрянула я.

– Не первый раз вы подвергаетесь некоторым претензиям со стороны парня, – комиссар старался показать, что тщательно подбирает слова, но на самом деле ему было плевать на то, как всё это звучит.

– Вы серьёзно думаете, что я отбиваюсь от поклонников кольями? – не стала поддаваться я, хотя напоминание о поступке Майки больно кольнуло в сердце. Но вот что важнее: кто ему рассказал? – Вы обыскали мою комнату? Вы нашли там хоть что-то, столь же архаичное, что и колья?

– Хорошо, допустим, вы его не убивали, – легко сменил траекторию допроса вампир. – Но почему так уверены, что Джей не вошёл в вашу комнату сам? Возможно, вместе с убийцей, который потом покинул место преступления? – мистер Сноуи поднялся, обошёл стол и встал надо мной. – Что вы знаете такого, чего не знаем мы?

Он пытался заставить меня во всех деталях прочувствовать собственную уязвимость.

Наивный. Будь он знаком с директором так же, как я, то не стал бы тратить время и усилия на подобную ерунду. Блейк последние месяцы только тем и занимался, что вынуждал меня ощущать себя беззащитной, оголённой, словно косточка, с которой содрали всю мякотку. Так что, приёмы комиссара меня не очень впечатлили. Но я знала, что это – просто разминка для дошкольников. Королевские комиссары – отличные дознаватели. Если нужно было вытрясти какую-то информацию, они применяли все доступные методы, а их было великое многообразие, включая такие, что подразумевали повреждение некоторых частей тела. И то, что происходило в кабинете директора сейчас, было практически светской беседой. А вот если меня решат доставить в королевскую тюрьму, то там всё будет совсем по-другому.

– Мистер Рохас был нефилимом, – вещая над моей головой, продолжил комиссар. – И жил этажом выше в том же общежитии, что и вы. Для него не составило бы труда попасть в вашу комнату. И лезть через окно в данном случае совсем необязательно.

– Обязательно, – буркнула я. – Если дверь закрыта.

– То есть, двери вы закрываете, а окна – нет? – кажется, в этот момент он усомнился, а есть ли смысл вообще со мной беседовать.

– Двери тоже не всегда закрываю, – призналась я. – Зачем? Воровать у меня нечего, насильники в школе не водятся…

– Зато водятся убийцы, – жёстко прервал меня комиссар.

– Дверь была заперта! Я закрыла её, когда уходила. Снаружи не открыть! А сама, как вы уже догадались, выбралась через окно. И вернулась так же.

– Нет, не так, – вдруг прервал меня Блейк. Я с изумлением повернулась к нему. – Дверь была открыта, когда я вошёл. И если вы, мисс Кьеллини, не отперли её после того, как вернулись, то спали вы с открытой дверью.

– Мисс Кьеллини, в котором часу вы возвратились в свою комнату? – выслушав старшего нефилима, спросил Сноуи.

Покосилась на директора и нехотя ответила:

– Я не знаю. Я была… немного не в себе.

– Говорите как есть, мисс Кьеллини, – процедил сквозь зубы Блейк, глядя в стену. Я услышала в его словах отголоски каторги, на которую меня вот-вот сошлют. – Вы были пьяны.

– Это так? – ухватился за новую информацию комиссар.

– Да, – пришлось каяться мне.

– Вы были одна?

Я замялась.

– Нет, со мной был Филипп. Он проводил меня с вечеринки.

– Филипп Бенуа? Он входил в вашу комнату?

– Нет. Пытался зайти, но я не разрешила.

– Он видел труп?