Грета Раш – Четыре подруги и все-все-все (страница 1)

Четыре подруги и все-все-все

Глава 1

– Ну, что? Как тебе? – трогательно сложив ручки на груди, с придыханием спросила Руся.

Я скептично обозрела помещение, нервно потеребила серёжку в ухе, сомневаясь, стоит ли говорить правду, но, в конце концов, не выдержала.

– Как будто снеговик взорвался! Почему всё такое… белое?

– А каким оно должно ещё быть? – пытаясь не растерять улыбчивость и приподнятое настроение, процедила Руся сквозь чуть приоткрытые губы, метнув в меня пару молний. Некритично, но неприятно. Хорошо, что музы не умеют разжигать костры силой мысли. – Это ведь свадьба, а не похороны!

– Да помню, что свадьба, – пробормотала я, потирая висок.

– Так… тебе нравится зал или нет?! – не выдержав, возмущённо воскликнула подруга, поставив руки-тростинки на тонкую талию и встав прямо передо мной, наивно надеясь, что может кого-то запугать. За последние несколько месяцев она скинула килограмм пять и достигла такого пугающего состояния, что Ниса начала подсовывать ей еду в карманы. – Лучший декоратор потратил почти неделю на украшение зала! И я хочу знать, что ты думаешь!

– А почему ты именно меня спрашиваешь? – начала ныть я. – С каких пор я ношу гордый титул главного городского эксперта по брачеванию?

Задумалась.

– А такое слово вообще есть?

Муза ответить не успела. В кармане моего пиджака завибрировал телефон.

– Подожди, надо ответить.

Руся закатила глаза и приложила ладонь ко лбу, оскорблённая в своих лучших чувствах.

– Да, – проговорила я в трубку.

На другом конце обнаружилась вторая подруга, не менее нервная, чем первая.

– Я уже задолбалась шляться по этим Елисейским полям! – проигнорировав приветствие, проорала Ниса, перекрикивая звук чего-то очень шумного: либо трактора, либо ветряной мельницы.

– Елисейские поля в Париже, – сдержанно отметила я. – А ты – нет.

– Ну, я тоже в каких-то полях! – надрывалась подруга, из-за чего пришлось чуть отодвинуть телефон от уха. Примерно на расстояние вытянутой руки.

– Тогда это просто поля! – взорвалась в ответ я.

– Что мы вообще здесь делаем? – полетел из динамика вопрос.

Я с тревогой огляделась по сторонам, порадовавшись тому, что в помещении ресторана, где хоть шестёрку коней запрягай, настолько он был огромным, никого, кроме меня и надутой Руси, не присутствовало.

– Во-первых, ты там, чтобы не отсвечивать своей физиономией здесь. Забыла уже, что ты, вообще-то, в мертвецах у нас с недавних пор числишься? – напомнила я. – А во-вторых, перед тобой одна из самых ответственных задач – найти хитрого жулика, считающего, что достаточно смыться из одной страны в другую и о нём все забудут.

– Вот и зачем тебе этот гадёныш нужен? – устало вздохнула Ниса.

Та штука, которая трещала, грохотала и дребезжала на заднем фоне, затихла, и подруга получила возможность отдохнуть от тренировки голосовых связок. А то ещё чуть-чуть, и она сможет работать горном.

– Он считает себя умнее меня. Это раздражает, – сообщила я, проследив взглядом за удалившейся Русей, которая решила оставить меня в гордом одиночестве посреди украшенного к приближающейся свадьбе ресторана.

– Настолько раздражает, что ты отправила меня к чёрту на рога искать то, не пойми что? Да ещё и этого… почти бога мне на хвост повесила. Вот что мне с твоим Лозовским здесь делать?

– Он не мой, он у нас – достояние общекосмического масштаба. И с ним ничего не надо делать. Он сам может что угодно и с кем захочешь сделать. Ниса, Лозовский – твоя страховка. Потому что обозначенный жулик – личность хоть и наивная, но сильная. Ты одна с ним не справишься. А я не хочу хоронить тебя на самом деле, уже по-настоящему.

– Какая забота! Просто в самое сердечко! – пропела Ниса, попытавшись сделать это насмешливо, а получилось растроганно. – То есть, ради этого мы наврали моему папуле? Чтобы отправить меня во французское захолустье собирать попой прошлогодний репей?

– Брось! – хмыкнула я, припомнив лицо предводителя клана банши в день прощальной церемонии. – Твой папуля и меня, и тебя насквозь видит.

– Ладно, но я тебя предупреждаю: если этот жук начнёт выжучиваться, я его во сне придушу, – с явным намерением выполнить своё обещание заявила подруга.

– Окей, запомнила и запротоколировала, потом вынесу на общее обсуждение, – отчиталась я, решив не уточнять, кого именно она подразумевала под жуком. Претендентов имелось много, перечисление всех выслушивать не хотелось.

– Ди, – вздохнула подруга, тон её изменился и с возмущённо бойкого опустился до встревоженно печального. – Ты уверена, что нам стоит это делать? Преследовать его – большой риск. Всё может закончиться не так, как ты себе это представляешь. Он сильный, очень сильный. А сейчас ещё и очень злой.

– Вот поэтому я и отправила с тобой Лозовского, – ровно отметила я, подходя к окну, чтобы пронаблюдать за Русей. Муза встретилась перед входом в ресторан с молодой женщиной в белом деловом костюме и начала что-то энергично ей объяснять.

– Может, лучше оставим его в покое? – продолжила сомневаться во мне подруга. – Пусть делает что хочет, лишь бы подальше от нас. Вряд ли он в ближайшее время вернётся в город.

– Знаю, что не вернётся, – развеяла я сомнения Нисы, рассматривая женщину, которая показалась немного знакомой.

Она очень внимательно слушала музу, украдкой бросая почти незаметные взгляды на окно, у которого стояла я.

– Но это не значит, что можно расслабиться и чувствовать себя в безопасности.

– Слушай, – взвинчено начала банши, которая пребывала в непривычном для неё состоянии не прекращаемого беспокойства. Подруга боялась. За меня, за себя, а, может быть, за всех сразу. И это было плохим звоночком. Она могла быть ужасно назойливой, неуместной, громкой и прожорливой, но когда ей было страшно – я ей верила. Верила я Нисе и сейчас. Просто…

…просто у меня не было другого выхода.

Ни у кого из нас его не было. Мы все слишком далеко зашли.

– С тех пор как ты решила померяться линейками с Советом, я вообще не чувствую себя в безопасности! Нигде!

– И это я тоже знаю, – мой ответ был коротким и спокойным.

Руся и девушка в белом договорили, обменялись кивками и вдвоём направились куда-то вглубь усадьбы, на территории которой находился ресторан с банкетным залом, арендованным для проведения свадьбы.

– Я понимаю, чего ты добиваешься. Правда! Понимаю, как никто! – Ниса собиралась сказать мне что-то неприятное и заранее просила об этом прощения. – Но тебе нужно определиться с главным врагом! Нельзя воевать со всеми сразу!

– Совет в городе. А я не хочу, чтобы он был в городе. Я хочу забрать город себе.

– Ди, – начала уговаривать меня подруга, вновь опускаясь до шёпота. – Есть вещи, с которыми не справиться даже тебе.

– Ты должна его найти и убить, – отрезала я, отходя от окна. – Никто не сможет этого сделать лучше тебя. Ты же воин, подружка, и тебя учили убивать. Так убей.

– А не будешь ли ты потом жалеть? – задала главный вопрос Ниса. Хотя и так знала ответ.

Конечно, буду.

– Нет.

– Ты сейчас врёшь мне или себе? – Ниса шумно вздохнула, помолчала. – Не думала, что когда-нибудь это скажу, но вот он, этот момент наступил. Ты – жестокая, Ди.

– Жестокая или слабая, – высоким каблуком я наступила на красный лепесток, упавший с букета роз, уничтожая его окончательно. – Кажется, выбор у меня небольшой.

– Ты жестокая в первую очередь к самой себе. Ладно, я сделаю, как ты хочешь.

– Главное, не трогай непричастных, – предупредила я.

– А остались ли они ещё, – горько хмыкнула подружка, – непричастные?

И оборвала разговор.

Я убрала трубку в карман и как раз вовремя. В зал шагнула женщина в белом, за которой по пятам следовала Руся, что-то быстро набирая в своём телефоне.

– Добрый день! – просияла незнакомка улыбкой, такой белоснежной, что у меня «зайчики» заскакали перед глазами.

– Добрый, – кивнула я, решив, что от меня демонстрации особой радости не требуется.

Ошиблась.

– У вас всё хорошо? – участливо поинтересовалась девушка, всматриваясь в моё лицо.

– Да, – чуть резче, чем хотелось бы, ответила я. – А почему вы спрашиваете?

– Ну, обычно мои клиентки выглядят немного…, – она обвела глазами зал, будто подбирая правильное слово, – счастливее!

– От неё можете этого не ждать, – проворчала Руся, пряча телефон в сумку.