Грег Иган – Дихронавты (страница 56)

– Думаю, основные результаты у меня уже есть, но нам нужно проделать независимые выкладки, а потом отдать их Аде на проверку, – сказал Тео.

– Идет. – Сэт выписал наверху дощечки необходимые геометрические формулы и начал подставлять в них измеренные углы. – Помнишь, как мы заучивали таблицы гиперболических функций к экзаменам на топографов? Ты когда-нибудь думал, что нам придется использовать их для южного гиперболоида?

– Я вообще не думал, что нам когда-нибудь понадобится их вспоминать, – сказал в ответ Тео. – Кто бы мог подумать, что мы просто потеряем бумажные копии?

Внимание Сэта дало слабину. – Все верно? Или я разучился перемножать числа? – Что, если они забыли, как выполняются простейшие арифметические выкладки – не говоря уже о громадных списках чисел, заученных много лет назад? А ведь Ада этих таблиц не учила; чтобы тщательно проверить их вычисления, ей придется рассчитать все эти данные с нуля.

– Вообще-то мы должны заниматься этим независимо друг от друга, но лично я здесь ошибок не вижу, – ответил Тео.

Сэт продолжал расчеты, преобразуя величины углы в расстояния. Закончив, он изучил результаты пристальным взглядом. – Я прав? – спросил он у Тео. – Или я где-то потерял цифру, и результат оказался на порядок меньше нужного?

– Кажется, ты допустил небольшую ошибку в четвертой строке.

– Насколько небольшую?

– Меньше, чем погрешность твоих выкладок, но исправить ее все-таки стоит.

Сэт рассмеялся. – Тогда пусть остается – посмотрим, найдет ли ее Ада. Либо она решит, что я прав, а ты ошибся. – И вдруг ни с того, ни с сего он понял, что плачет от радости. Когда еще измерение горстки чисел обходилось так дорого? К тому же теперь он знал, что попросту не вынес бы другого ответа.

– Что случилось, Сэт? – встревоженно спросила Далия.

– Ничего, – ответил Тео. – Мы счастливы.

– Почему?

– Потому что по нашим расчетам дыра достаточно мала, чтобы ее можно было простой обойти, ничем не рискуя. Больше никому не придется испытывать на себе тяготы нашего путешествия.

Сэт повторял измерения всякий раз, когда поисковый отряд делал остановку, чтобы разбить лагерь. Поначалу Ада была готова пойти ему навстречу и помочь с проверкой выкладок, но в итоге ей это наскучило, и даже Тео решил, что дальнейшие попытки не стоят затраченных усилий. – Усредняя результаты, ты снижаешь влияние случайных погрешностей – но здесь наверняка есть и парочка систематических ошибок, которые повторяются из раза в раз. Калибровка инструментов всегда отстает от идеала. По периметру провала возникают оптические эффекты. А форма горловины на поверхности будет наверняка отличается от того, как провал выглядит здесь.

– Лучше бы ты об этом не упоминал, – сказал в ответ Сэт. Ощущение постоянного уточнения данных и все большей уверенности в будущем миграции, служило антидотом, смягчавшим панику, которую он чувствовал при мысли о тех задержках, через которые им предстояло пройти, прежде чем донести эту новость до нуждавшихся в ней людей. – Неужели я настолько чокнутый, чтобы начать думать о возвращении в поселок без посторонней помощи.

– Да. Я уже говорил, что если тележка сломается, то в крайней случае, нам, возможно, удастся починить ее своими силами. Но это еще не означает, что нам стоит рисковать и отправляться в путь одним ради того, чтобы сэкономить несколько дней.

– Ну ладно. – Сэт по-прежнему беспокоился о том, что может случиться с Далией, если по пути они наткнутся на тела третьей группы мигрантов, но ведь они все равно не смогут защитить ее от любой опасности. Она видела, как его чуть не прикончила Марта, и справилась; наверное, она сильнее, чем он думал.

Сэт наблюдал, как они с Адой пытаются втереться в общество южанцев у лагерного костра; Далия болтала с ними, как будто и сама выросла среди местных. Сэт не спрашивал об этом напрямую, но она наверняка поделилась с ними хорошими новостями насчет размера провала и о том, что это значило для ее родины. Сделать выводы южанцы могли и сами; Сэт не чувствовал нужды разводить демагогию. Обеспечив своим гостям безопасное и своевременное возвращение домой, они бы избавили свое хрупкое сообщество от риска более масштабного вторжения. Жизнь здесь была сложна сама по себе – не хватало еще полчищ безволосых чужаков, впустую тратящих время в поисках ответа на уже решенный вопрос.

Сэт заметил в отдалении разведчиков, которые бежали по ледяной равнине в сторону основной группы. Обычно они оставались впереди, пока остальные разбивали лагерь, но до этого было еще несколько часов, и он еще ни разу не видел, чтобы они возвращались в такой спешке.

– Они что-то кричат? – спросил он у Тео. Сам он не слышал и намека на клекот, но если они так спешили, чтобы рассказать остальным о своей находке, то вряд ли бы стали молчать, оказавшись вблизи главного отряда.

– Мне отсюда не понять, – ответил Тео. – Почему бы тебе не спросить Далию?

– Потому что именно Далию я хочу оградить от слов, которые могут ее расстроить. – Если разведики вернулись, чтобы сообщить о каком-то чудовищном происшествии, он, по крайней мере, сможет настоять, чтобы четверо иноземцев остались тут и с уважением отнеслись к частной жизни южанцев, дав им возможность позаботиться о погибших.

Далия вдруг начала что-то кричать на языке южанцев. Сэт решил, что она услышала какие-то тревожные новости от разведчиков и ждал шанса узнать подробности, чтобы ее успокоить, но его прервал бесцеремонный голос Тео:

– Ты что, блин, ослеп?

Сверху на них летели четыре или пять тонких, вытянутых объектов. Какое-то мгновение Сэт мог лишь дивиться тому, что пустота на юге была нарушена чем-то, напоминающим пучок веток. Но когда эти ветки под страшным наклоном понеслись в его сторону – оказавшись не деревом, а камнем – какая-то часть его разума среагировала быстрее его сознательного мышления, и Сэт вдруг понял, что разворачивает тележку и изо всех сил налегает на рукоятку, стараясь максимально увеличить дистанцию до мест падения стержней, как подсказывал ему инстинкт. Гиперболы, которые вычеривали в небе нижние концы снарядов, неслись впереди их основной траектории; вгрызаясь в окружавшие его лед и камень, они издавали зубодробильный визг, и по всей равнине разлетались осколки.

Наступила тишина, и Сэт огляделся вокруг. Ада с Далией были целы, но Найалла разрубило пополам: глубокая, узкая канава длиной в дюжину шагов буквально рассекла его тело на две части, оставив по четыре конечности с каждой стороны. Всем остальным повезло: каким-то чудом их не задела ни одна из пяти траншей.

– Еще! – предупредил его Тео. Сэт увидел гроздь падающих точек; тонкие, вертикальные стержни было почти не видно снизу, пока те не начинали вращаться. Часть его хотела побыстрее сбежать и не важно куда, но Сэт заставил себя ждать, пока у него не появилась возможность экстраполировать траекторию стержней. Далия снова начала кричать, и Сэт понимал, что она, должно быть, в ужасе, но все же не пытался предугадать движения, которые бы обеспечили Аде безопасность; все, что он мог сделать, – это сосредоточиться на собственной судьбе. Когда ему стала ясна закономерность летящих в небе снарядов, Сэт повернул тележку, затем повернул ее еще немного и в последний момент сдал назад, оказавшись между падающими клинками.

Стержни врезались в землю, дробясь при ударе на мелкие части. Оцепенение не спадало с Сэта, пока в его голове не перестал звенеть отголосок последнего падения; затем он повернул голову, чтобы увидеть причиненный стержнями ущерб. Равнина была искрещена бороздами, отделившими членов экспедиции от их сопровождающих. Две тележки превратились в гору щепок, а тело Найалла было обезображено еще сильнее, чем раньше, но остальные чудом уцелели.

– Ты уверен, что у них нет сонаров? – спросил он. Если южанцы не видели неба, как же им тогда удалось опасности?

– Похоже, что им помогает Далия, – ответил Тео. – Скорее всего, она подсказывает им, где упадут снаряды.

Сэту было некогда размышлять над его словами; прямо сейчас в их сторону летела третья связка стержней. Наблюдая за падением снарядов, траектория которых немного отличалась от строгой вертикали, он вдруг понял, что в его собственном поле зрения мелькнула какая-то вспышка – гораздо ниже, но в той же стороне. Взлетая в небо, они, должно быть, успевали поймать на себе луч света, прежде чем пересечь границу его темнового конуса.

В какой-то момент он решил не уклоняться от последнего залпа; три стержня летели к нему с трех разных сторон – ближе, чем хотелось, однако оставаться на месте казалось более безопасным, чем уворачиваться сразу от всех. Ему удалось избежать прямого попадания, но когда снаряды рухнули на землю, пыль и грязь, градом разлетевшиеся из образовавшейся воронки, оставили выбоины на боку тележки и сквозь подстилку с силой вонзились ему в кожу.

Сэт взглянул на южанцев, пытаясь разгадать их тактику уклонения: он ожидал, что те рассредоточатся по всей равнине или поспешно отступят, чтобы по ним было сложнее попасть. Разведчики благоразумно держали дистанцию; сейчас Сэт их не видел, однако целью атаки была исключительно основная группа, так что о судьбе самих разведчиков беспокоиться не приходилось.