Грег Иган – Дихронавты (страница 58)

– Давай начистоту: от вас с Адой и сейчас немного толка.

– Это правда. Ты тут случайно дождевиков не видел, а? – полушутя сказал Сэт. – Может, в садах?

– Нет. Но это бы все равно лишь переложило проблему на плечи ходоков. Южанцы не разбираются в биологии поперечников; если мы попытаемся сымитировать болезнь, то можем придать ей симптомы куда хуже эффектов дождевика и просто сделать вид, что бокового зрения лишилась пара как таковая.

О дождевиках Сэт подумывал, скорее, как о способе вывести из игры Далию. – Они поймут, что мы симулируем, – возразил он. – Это слишком удобно. С тем же успехом мы могли бы просто признать, что не хотим брать на себя эту работу.

– После чего они, как мне кажется, начнут нам угрожать, – сказал в ответ Тео. – Кто не следит за обстрелами, тот не есть – а, может, и того хуже.

– Так что, если мы просто согласимся им помочь? – Пока что никто из южанцев не обращался к ним с такой просьбой – если только Далия не держала это в секрете, – однако предугадать их будущие желания было не так уж сложно. – Мы сопровождаем группы мигрантов, пока поселение не сможет отразить любые атаки неприятеля. Южанцы безмерно благодарны и готовы усыпать нас богатствами, но мы вместо этого просим у них всего лишь лодку и полюбовно расстаемся.

– И на все это уйдет… сколько?

– Слишком много времени, – согласился Сэт. – Наверное, не одна тысяча дней.

– К тому же нет никакой гарантии, что в итоге они отпустят нас на свободу, – добавил Тео. – Если мы так и не вернемся домой с результатами измерений, кто-то, вполне вероятно, придет сюда и после нас – может, лишь горстка новых топографов, а может, и целая орда мигрантов в поисках убежища. Южанцы не испугаются вторжения; они будут рады обзавестись новыми небовидцами, которые навсегда сделают их неуязвимыми перед атаками врага. Этот провал – единственное на всем свете место, где у них есть шанс заполучить целую популяцию волшебных рабов, численности которых хватит для их размножения; стоит им отсюда уйти, и они потеряют эту возможность на тысячи поколений, пока миграция в нашем гиперболоиде на наткнется на очередную дыру. Так с какой стати им от нее отказываться?

Сэт не видел изъянов в его логике, но в то же самое время подумывал о том, что Тео, возможно, поносит южанцев за зря. Ни один из местных не обращался с ними, как с настоящими рабами. Как с животными – да, но лишь по незнанию. Насколько он мог судить, Икбал любил Далию, как родную сестру, а Марко, вполне возможно, спас Сэту жизнь – и хотя на тот момент полезность Тео уже была очевидной, Марко явно заслуживал презумпции невиновности.

По возвращении в поселок навстречу поисковому отряду выбежали десятки человек. Сэт так и не овладел талантом непосредственного восприятия южанских эмоций, и мог лишь предполагать, что их речь – как только местные жители узнали о судьбе путешественников – была пронизана интонациями скорби и гнева.

Марко отнес Сэта и Тео прямиком в их загородку, наполнил желоб свежей водой и принес им еды. Ада с Далией отстали, но спустя некоторое время он увидел их на руках Ланы. Поначалу он испугался, что та хочет отнести их в какое-то другое место, но как только Лана закончила беседовать с другим южанцем, перехватившим ее по пути через открытое пространство поселка, она снова направилась к загородке, чтобы доставить своих пассажиров домой.

– Лана обещала рассказать Икбалу о его двоюродных братьях и сестрах, – сообщила Сэту Далия, когда Лана ушла.

– Бедный Икбал, – сказал Сэт. – Для него это станет ужасной новостью. С этим многим будет непросто смириться.

– Жаль, что мы не добрались сюда раньше, – с грустью заметила Далия. – Мы могли бы им помочь. Могли бы этому помешать.

– Может быть. – Сэт чувствовал себя лицемером; он разделял ее симпатию к южанцам, но в то же самое время отчаянно пытался отыскать стратегию, которая если не подорвет, то хотя бы поставит эти чувства в контекст рисков, с которыми приходилось иметь дело тысячам ходоков и поперечников. – Но теперь, зная об атаках из засады, они могут лучше подготовиться.

– Но жители их старого дома об этом до сих пор не знают, – заметила Далия.

– Верно, – согласился Сэт. – Но местные сообщат им об угрозе при первой же возможности. И тогда все путешественники будут знать, что им стоит принять меры предосторожности.

– Меры предосторожности? – На мгновение Сэт задумался, знает ли Далия смысл этих слов, но она, по-видимому, поняла, что он имел в виду. – Мы и есть те самые меры предосторожности.

Ада бросила на Сэта взгляд, намекающий, что она уже пыталась поговорить с Далией на эту тему. Но Сэт не сдавался. – То, что ты сделала для защиты наших друзей, просто невероятно, – сказал он. – Они должны быть благодарны, и я тобой, несомненно, горд. Но южанцы не знали об атаке заранее. Будь это так, они могли бы принять другие меры, чтобы себя уберечь – сменить маршрут или рассредоточиться, чтобы усложнить атаку из засады.

– Но ведь они знали, что такое может произойти и с ними, – возразила Далия. – Именно этого боялись все южанцы, когда так и не появились путешественники из старого поселения.

Сэт опешил. Он отвернулся и обвел взглядом поселок, присмотревшись к людям, собравшимся, чтобы оплакать умерших. Возможно, это было лишь послезнание, но сейчас его осенило, что жители не выглядели настолько шокированными или возбужденными, как могли бы, окажись эта новость полной неожиданностью. – Когда они тебе об этом сказали? До атаки или после?

– После, – ответила Далия.

– Ну ладно. – Сэт не знал, следует ли ему злиться и как сильно. Никто не заставлял их присоединяться к вылазке вместе с поисковым отрядом, а задавать нужные вопросы прежде, чем увязаться следом, было его личной ответственностью. Насколько ему было известно, южанцы могли посчитать, что даже их гостям будет до боли очевидно: если группа путешественников пропала без вести, значит, опасность грозила и тем, кто отправился на их поиски. В разговорах с Икбалом и Симеоном все его усилия были сосредоточены на том, чтобы объяснить важность измерений провала. И если те увидели в его словах подчеркнутое заверение в готовности взяться за эту задачу, несмотря на явные признаки опасности, то кто они, чтобы с этим спорить?

– Раньше они просили меня, чтобы я продолжала следить за всем, что могло упасть сверху, – добавила Далия.

Сэту требовалось альтернативное мнение. – Значит, все это время они нас использовали?

– Похоже на то, – ответил Тео. – Но чего еще ты ожидал? Они уже потеряли больше сотни человек, а теперь они на пороге войны, которая может уничтожить их целиком. Тантону не грозила опасность – но его жители все равно считали себя вправе заткнуть собственных поперечников, заставив их молча служить своим хозяевам.

– Да уж. – Но если отчаяние южанцев еще можно было понять, то у Сэта оставалась надежда, что они вовсе не обязательно исходили из мелочных или недобрых побуждений; не было причин считать, что они поведут себя безжалостнее тантонцев. – Мы знаем, что они включили нас в поисковый отряд, надеясь, что мы сможем их защитить, но все остальное – не более, чем предположения. Пока мы напрямую не попросим у них помощи с возвращением домой, будем просто гадать, что они скажут.

Тео промолчал, но Сэт и без лишних напоминаний прекрасно знал, что привить эту идею Далии – не говоря уже о других – будет отнюдь не просто.

Он вернулся к разговору с Далией. – Ты знаешь, что в той части мира, где можем ходить мы с Адой, тоже есть миграция?

– Да, – ответила Далия. – Именно поэтому вам так важно определить размеры дыры. Я это понимаю.

– Но добрая весть, которую нам удалось добыть, – продолжал Сэт, – не принесет особой пользы, если о ней никто не узнает. Измерения, которые я проделал, были не очень сложными – и спасибо за это надо сказать Икбалу и Симеону – но там, откуда мы пришли, о подобном нельзя было и мечтать. Если в скором времени мы не поделимся своей новостью с остальными, люди начнут гибнуть ради получения той же информации или из-за других причин, которые они сочтут необходимыми, хотя мы сами знаем, что это не так. – Последняя фраза прозвучала до бессмысленности размытой, но как еще он мог объяснить риски, которые несло строительство аэромоста над узловой точкой, человеку, обретшему сознание лишь в этом гиперболоиде?

– С какой стати кому-то погибать ради измерения дыры? – удивленно спросила Далия. – Ведь другие могут просто прийти сюда тем же путем, что и вы.

– Добраться сюда было непросто, – ответил Сэт. – Вначале с нами было еще шесть человек. Нас разделила река, и где они теперь, я не знаю. Я бы и сам занялся поискам, если бы мог, но путешествовать там можно только на лодке, а вода настолько быстрая, что тебе ничего не остается, кроме как плыть по течению.

Далия помедлила. – Почему вы мне об этом никогда не рассказывали?

– Мы не хотели тебя расстраивать, – ответила Ада.

Далию ее ответ не удовлетворил. – Тео?

– Это правда, – ответил он. – Сара и Джудит, Райна и Амина, Андрей и Николас. Мы вместе отправились в путь, но по дороге нам пришлось несладко.

Далия умолкла. Сэт решил не наседать; ей требовалось время, чтобы свыкнуться с этой мыслью. Он подполз к горке еды, которую оставил Марко; боль, с которой отозвалось его плечо, оказалась даже хуже, чем он предполагал. Он кинул один из фруктов Аде; осторожно подобрав его с земли, она принялась за еду.