Грег Иган – Дихронавты (страница 16)

– Значит, мы выйдем пораньше и посмотрим, есть ли здесь подходящая наблюдательная позиция, – решила Джудит. – Место, где мы сможем оставаться незамеченными в течение дня и наблюдать за происходящим.

Тео этот план не впечатлил. – Ясное дело: мы просто проследуем за знаками, ведущими к наблюдательной платформе, которую города сооружают специально для бродячих шпионов.

– Нам и правда не помешает осмотреться, прежде чем решим показаться на публике, – заметила Сара. Она взглянула на Сэта с мрачным видом, выражавшим то, чего ни один из них не хотел произносить вслух: если их друзья погибли от рук этих людей, то чем раньше они об этом узнают, тем выше их шансы избежать той же участи. – Но рисковать всем, что у нас есть, не стоит. На разведку пойдет только одна пара.

– Ну хорошо, – неохотно согласился Тео.

– И мы бросим жребий, – настоял Сэт.

Монет у них при себе не было, но с минуту пошарив на земле, они сумели отыскать небольшой плоский камень – его стороны можно было без труда отличить друг от друга, при том, что в целом он был достаточно симметричным, чтобы сыграть роль честной монеты. Сара подбросила камень, Сэт сделал ставку, после чего они оба шагнули на юг, чтобы их поперечники увидели исход броска.

Сэт добрался до реки в том месте, где она протекала с юго-юго-востока. Их окружала непроницаемая темнота, но охвата сонаров Тео – широкого с северной стороны и более осторожного с юга – вполне хватало, чтобы уверенно шагать вдоль берега. Вид на север оказался отнюдь не лишним, ведь наблюдая за только что пройденной частью реки, он дополнял передний, пристрелочный взгляд ценным контекстом, без которого он бы чувствовал себя столь же неуверенно, как человек, идущий в темноте на ощупь.

– Хорошо, что мы успели как следует попрактиковаться в Лиде, – сказал Тео.

– Вот только в Лиду нельзя было заплыть.

Тео замешкался, не зная, стоит ли ему воспринимать эту угрозу всерьез. – Ты правда думаешь, что смог бы плыть против течения?

– Без шансов, – признался Сэт. Он фантазировал об этом во время марш-броска через пустыню, но если бы и правда нырнул в реку, его бы, скорее всего, просто унесло к водопаду.

– Будь у нас лодка, может, что-то бы и вышло, – задумчиво произнес Тео. – Если поставить ее на наклонные салазки, тебе, возможно, удалось бы подняться на ней вверх по течению.

Беглое сканирование южной стороны показало примыкавший к реке ирригационный канал, что было весьма своевременно, поскольку Сэт в него едва не наступил. Он присел на корточки у края канала и опустил в него одну ногу; глубина оказалась небольшой, а течение – достаточно медленным, поэтому Сэт просто перешел канал вброд, однако холодная вода начисто отбила мысли о том, чтобы сознательно провести в ней хоть сколько-нибудь продолжительное время.

Устало пробираясь по слякотным краям полей от канала к каналу, Сэт старался отслеживать свое продвижение, исходя из масштабов города, представление о которых он составил еще при свете дня.

– Помнишь урок географии, на котором нам дали формулу пропорции, связывающей величину сельскохозяйственного землепользования с общей площадью города? – спросил он Тео.

– Нет.

– Нет?

– Для меня некоторые из этих уроков были такими же нудными, как и для тебя, – сказал в ответ Тео. – Если эта тема была так важна, стоило самому слушать внимательнее.

– Тоже верно. – Запрокинув голову на запад, Сэт уловил отблеск фонаря, который отразился от водной глади, при том, что сам источник света – если смотреть напрямую – находился в его темновом конусе. – Ладно, забудь про формулу – думаю, мы уже рядом с городом.

Спустя минуту он увидел на дальнем берегу реки с полдюжины фонарей; его глазам потребовалось время, чтобы разглядеть разделявшие их темные фигуры, но после этого стало ясно, что перед ними – не разбросанные по полю дома фермеров, а расположенные неподалеку друг от друга строения. Он замедлил шаг и оглянулся на восток, готовясь войти в город.

У южной границы его поля зрения появился одинокий фонарь, а затем Тео показал ему камни мостовой – за мгновение до того, как Сэт ступил на них своими ногами. Он остановился и попытался сориентироваться; судя по всему, Сэт находился в конце узкой дорожки, которая вела к берегу реки. – Чуть дальше на юг, – попросил он Тео. Тео послушался и начал охватывать своим сонаром все большее расстояние, пока не наткнулся на высокую стену – торец крупного здания, перегородившего им путь.

Сэт отыскал ближайший к реке угол здания, но протиснуться там оказалось невозможно: пространство между водой и стеной было целиком занято предательской слякотью с доходившим до пояса камышом. Он медленно проследовал по дорожке на восток; Тео сократил радиус сканирования примерно до одного шага в обоих направлениях, но рассеянного света фонарей вполне хватало, чтобы не бродить вслепую.

До рассвета оставалось еще несколько часов, и слух Сэта не улавливал ничего, кроме плеска воды у берегов. Через некоторое время он оказался на перекрестке, догадавшись об этом по изменившейся ориентации булыжников. Он боком двинулся на юг, одновременно всматриваясь в темноту на востоке и пытаясь разглядеть выстроившиеся в ряд дома у реки.

– Все это должно было откуда-то взяться, – заметил он. – Не мог же город как по волшебству появиться прямо посреди пустыни.

– Возможно, они всегда жили неподалеку от леса, – предположил Тео. – И когда он начал дрейфовать, последовали за ним.

Сэт мысленно представил их ненадежную карту. – К северо-западу от леса находился город под названием Тантон. Но узнав о реке, они вполне могли мигрировать – даже так далеко на юг. – Память подсказывала, что последние описания города, сделанные путешественниками по пути в Бахарабад относились к позапрошлому поколению. Если бы Тантон был известен своими грозными жителями, Сэт бы это наверняка запомнил – а сам вопрос был бы поднят на совещании перед началом экспедиции – но за давностью лет полагаться на что-либо было попросту рискованно, особенно теперь, когда местным придется отстаивать свою реку.

Боком пройдя по темной улице еще три перекрестка, он заметил, как начали меняться окружающие его здания. Разобрать, что именно представляли собой серые, едва отличимые от фона, пятна, было непросто, однако переход к более внушительным строениям казался очевидным. Зернохранилище? Баня? Зал для собраний? Ему хотелось попросить Тео, чтобы тот целиком просканировал местность на юге, доказав, что топографы уже достигли городского центра, ведь сейчас они, скорее всего, находились достаточно далеко от жилых домов и вряд ли бы разбудили кого-то из местных поперечников, но поступать так было бы попросту безрассудно. Сейчас ему нужно было найти укрытие и избежать ненужных рисков, а не ставить под угрозу секретность всей операции.

Сэт принялся обследовать восточные и западные переулки, а Тео осторожно сканировал попадавшиеся на пути предметы. Позади ресторана располагались три больших бака, которые выдавал явный запах гниющих объедков; между ними и стеной оставалось пространство, которое могло бы подойти на роль временного укрытия, если бы не одно но: они не знали, когда и как эти контейнеры будут опорожнять. К тому же им вряд ли бы удалось почерпнуть хоть какую-то ценную информацию, слушая болтовня работников, выносивших на улицу овощные очистки.

– Забудь, – сказал Тео. – Я знаю идеальное место.

– Мы там уже были?

– Не уверен. Но оно должно быть неподалеку.

Нужное место и правда располагалось поблизости, однако добраться до моста Сэту и Тео удалось лишь после часового – как им казалось – блуждания по местным тупикам. Сэт неуклюже перелез через решетку, идущую вдоль восточного подступа к мосту, и с трудом пробравшись вдоль покрытого грязью берега, оказался позади опорной колонны – там, где его невозможно было увидеть с улицы. Он уселся на покатую землю и запрокинул голову, чтобы иметь возможность наблюдать за рекой. Если мимо проследует баржа или какой-нибудь отважный пловец, ему придется отойти подальше за колонну, но поступать так раньше времени Сэт не хотел, ведь тогда он рисковал оказаться загнанным в угол, если кто-то решит приблизиться к нему пешком.

– А ты уверен, что сможешь засечь разговоры других людей? – спросил он Тео. Жители Бахарабада нередко слонялись по мостам за беседой с друзьями, однако местная река была слишком шумной и начисто заглушала любой разговор, что еще больше усугублялось скрипом досок, отзывавшихся на каждый шаг прохожих.

– Ты и понятия и не имеешь, – хвастливо произнес Тео.

– Так и есть, – нехотя признал Сэт. – Я вижу то, что видишь ты… но почему это не работает со слухом?

Тео призадумался. – Возможно, твое тело просто не рассчитано на такое тонкое восприятие звука. Знание о предмете в темновом конусе по сути ничем не отличается от знания о предмете, который находится прямо перед твоими глазами – с точки зрения окружающего мира это один и тот же физический объект. Но даже в этом случае мы можем передать друг другу лишь часть полученной информации: в картинке, которой ты со мной делишься, я не различаю цветов, а ты не можешь наравне со мной воспринимать текстуру предметов. И дело вовсе не в том, что кто-то из нас утаивает информацию от другого. Просто в нашем мозге нет места для деталей, которые мы не можем воспринимать сами по себе.