Гораций Голд – Внутрь человека (страница 1)
Гораций Голд. Внутрь человека
Лестер Шей был женат три месяца, когда он приобрёл свой первый Строительный набор. Талия, заметив, что он чувствует себя уставшим и измотанным, настояла, чтобы он обратился к врачу. Будучи слишком уставшим и измотанным, чтобы протестовать, он отправился на приём к доктору Пибоди.
– Очень удивительно, – сказал врач после тщательного осмотра. – Женаты всего три месяца, прекрасная любящая жена, но вам всё-таки надо хорошо высыпаться, проводить много времени на свежем воздухе и заниматься физическими упражнениями.
– У меня собственный рыночный бизнес, – сказал Лес, который занимался оптовой торговлей продуктами. – Я хожу пешком всякий раз, когда предоставляется случай, а это бывает часто. К тому же все рыночные дела у меня проходят на свежем воздухе. И мне приходится рано ложиться, потому что, если я рано не встану, то мои конкуренты …
– Так. Я понимаю, что у вас переутомление не от работы. Я вот переутомляюсь от неё, но у меня отличные условия жизни.
– И как вы справляетесь с переутомлением? – вяло поинтересовался Лес.
– Хобби, – сказал доктор Пибоди.
– Занимаетесь садоводством? Выращиваете тропических рыб? Гольф?
– То, о чём вы меньше всего можете подумать, – сказал доктор Пибоди, наклонившись в возбуждении к Лесу. – Я знаком со многими дантистами, и они поставляют мне большое количество старых зубных пломб. Я приобрёл маленькую плавильную печь, разлагаю в ней амальгаму в серебро и ртуть и отсылаю эти материалы обратно дантистам. Чёрт возьми, оно само себя оплачивает. И к тому же забавно. Вы должны как-нибудь посетить мою лабораторию!
Медленно тащась домой, Лес размышлял над тем, чем бы он мог заняться в качестве хобби. Ночные клубы и театры не подойдут. Они заканчиваются слишком поздно. Кроме того, эти занятия вряд ли сойдут за хобби. Выращивание растений слишком напоминает его основную работу, и оно будет заставлять его много думать о результатах труда и консервировании продукции. Он исключил и спорт, ибо и так много ходил на свежем воздухе.
Вот тогда он и увидел в витрине магазина Строительный набор.
Он остановился и стал изучать его скорее с тоскливым, нежели уставшим видом. Он всегда хотел иметь Строительный набор, но его родители, полагавшие, что если веточка к чему-то склонится, то так и будет расти искривлённой, отказали ему в покупке этого набора. Они это сделали, объяснив, что хотят, чтобы их сын стал механиком, а не строителем. А его всегда привлекали крупные предметы. Родители, вначале разочарованные тем, что он выбрал стезю оптового торговца продуктами, потом были довольны его преуспеванием в этом ремесле, хотя теперь это было неважно. Тем не менее, у него сохранилось желание иметь Строительный набор.
Когда он пришёл домой, Талия с нетерпением уставилась на большую тяжёлую коробку. Конечно, он купил самый большой и самый дорогой набор.
– О, это что-то нужное для дома? – спросила она, надеясь, что это не так.
– Доктор посоветовал мне заняться чем-то типа хобби, – объяснил он угрюмо.
– Замечательно! – воскликнула она. – мы можем этим заняться вместе?
– Ты имеешь в виду, что тебе нравится возиться со Строительным набором? – плаксиво спросил он.
– Ох, – сказала она. – Ну да – это хобби для мужчин.
Она выделила ему комнату, которая в какой-то день в будущем должна была стать детской, и он построил парашютный трамплин, раму для тягача, ветряную мельницу и подъёмник для лыжников. Его походка вновь стала пружинящей, а на щёки вернулся румянец.
Но спустя неполную неделю, лёжа в постели и обнимая свою молодую жену, оп почувствовал, как старое ощущение сильной усталости и измотанности вновь нахлынуло на него.
– В чём дело, милый? – спросила в растерянности Талия. – Это из-за лука, что был к обеду?
– О нет, сладкая моя, – поспешил он ей ответить, но из-за бессилия лишь издал тихий звук. – Это всё Строительный набор.
– Строительный набор? Ох, ну ладно, дорогой, если он сломался, просто купи себе другой.
– Он не сломался. Не в нём дело, – Лес снова тихо вздохнул, отвернулся и заснул опечаленный.
Он размышлял над этой проблемой в предутренние часы, уже будучи на рынке. Капуста оказалась отличной, и он купил всё лучшее, предложенное фермерами. В угрюмом настроении он помог Арни, своему шофёру, погрузить её.
– Что случилось с твоим темпераментом? – спросил обеспокоенно Арни. – Какое-то время ты был вроде в норме. А сейчас вновь хандришь.
– Вижу, – сказал Лес. – Надеюсь, что это временно.
– Ты должен попробовать проехать через любой из этих рынков. Оценить каждый проеденный дюйм. Парень, сядешь за руль, и у тебя не будет ни минуты, чтобы …
Лес вдруг осознал, что во что-то интенсивно вслушивается. Но не в болтовню Арни. Что-то было неправильно. Он
Да, это что-то такое похожее на ходьбу босиком по колотому сахару, размышлял он. Хотя, скорее, оно больше смахивает на песок. Но болезненное. Словно ты бежишь, а у тебя в носке на ноге застрял где-то маленький камешек.
– У тебя изнашивается подшипник в двигателе, – сказал Лес.
Арни бросил быстрый взгляд на него
– С каких это пор вы стали разбираться в моторах, Босс?
– Подшипник, – сказал Лес. – Очень похоже на него.
Он кивнул в сторону станции техобслуживания.
– Давай туда. Я хочу проверить.
Механик гаража проверил мотор и обнаружил настолько изношенный подшипник, что Лес отвернулся с сочувствием и отвращением. Он оставил Арни на станции техобслуживания, озадаченного настолько, что тот даже перестал болтать, и пошёл пешком до офиса.
Лес обнаружил, что его окружают какие-то ощущения, изменяющиеся от блаженствующей истомы до стонов боли. Одно из таких блаженств шло из маленького аккуратного Порше, недавно прошедшего обслуживание, излишне хорошо смазанного, но на магистрали всё утрясётся, подумал он, и эта неожиданная мысль его встревожила.
Мысль? Он задумался. Это была сильная и отчётливая эмоция. Эта было удовольствие от прекрасно идущей по шоссе машины, словно желавшей наехать на какую-нибудь аккуратную кучку мусора. Болезненное щёлканье привлекло его внимание. Он поднял голову. Это были башенные часы, отчаянно отмерявшие время на этих колючих шестерёнках. Будь прокляты те садисты, которые подвергают своего добросовестного слугу таким мучениям, с гневом подумал он.
Но он и сам почувствовал себя виноватым, когда вошёл в офис и услышал, как печатает мисс Зайхнер. Собачки возвратного механизма пишущей машинки почти выли, и клавиши стучали лишь благодаря стройным, но сильным пальцам секретарши.
– Оставь их в покое! – проговорил Лес куда резче, чем собирался. – Я имел в виду, что сегодня больше не надо печатать, – поспешил он уточнить, когда увидел, как испуганно она подскочила и уставилась на него.
– Но все документы подготовлены, и мне нужно отправить кучу бумаг, – запротестовала она. – Если я не сделаю этого сегодня …
– Не на этой разбитой громадине, – сказал он.
Он позвонил и заказал новую электрическую пишущую машинку. Мисс Зайхнер была, как она выразилась, в восторге. А он только пожал плечами. Она всегда была или в восторге, или абсолютно – именно абсолютно – в удручённом состоянии. Но это только, если она занималась совершенно пустячными делами.
К примеру, она была абсолютно и совершенно сокрушена этой хромотой механизма пишущей машинки и до стиснутых зубов полна решимости выполнить свою работу, заставить эти клавиши стучать, чего бы это ей ни стоило/ Она была абсолютно и совершенно довольна своей силой и властью над этим механизмом, что проявлялось в удовлетворённом бормотании и счастливых смешках; или абсолютно и совершенно обескуражена беспощадной нагрузкой, что выливалось в бездыханное пыхтение, словно …
Он резко прислушался. Он почувствовал что-то очень острое.
Оно шло со склада позади офиса. Он с таким рвением вскочил со своего места, что снова расстроил мисс Зайхнер, и помчался в склад.
Маленький доблестный автопогрузчик был чуть ли не в два раза выше положенного загружен консервированным лососем, так что даже покраснел от напряжения.
Лес запрыгнул на погрузчик, выключил мотор, выволок водителя из кабины, прижал его к стене и собрался со всей силы заехать в морду.
– Мистер Шей, – заверещал тот. – Что я такого сделал?
Это был голос Вальта. Лес моргнул, уронил свой кулак и сам медленно осел на пол.
– Извини, Вальт, – пробормотал он. – Это всё от того, что я сегодня на каком-то взводе. – Ты перегрузил автопогрузчик, и это … это сильно покоробило меня. Извини.
Вальт подобрал с пола отлетевшую с его рубашки пуговицу.
– К чёрту, мистер Шей, всё хорошо. Я тоже чувствую что-то похожее, когда кто-нибудь ломает моё имущество.
–
Вернувшийся в это время Арни – его грузовик починили – обнял Леса сзади и, так, плотно его удерживая, отвёл в офис.
– Вы слишком перенапряглись, Босс, – сказал Арни. – Я закажу вам такси, и вы поедете домой, примите горячую ванну, обуете тапочки, накинете халат и почитаете газету. Ну что, идёт?
– Полагаю, что да, – пробормотал Лес. – Сегодня я пользы не принесу.
Такси было в хорошем состоянии – эта новая шестерня ещё не совсем пригнана, но она скоро приработается, – и Лес уселся на заднее сиденье и расслабился под приятное не беспокоящее гудение двигателя.