Гораций Голд – Внутрь человека (страница 4)

– Ну, просто очень, очень, очень хорошие специалисты, – поправил он её, слегка кривляясь. – Другие работают кем-то, но не являются специалистами. Различие между специалистом и не-специалистом в степени успеха.

– Ну и ты, – сказала она, – прирождённый механик?

– Да. Мне ещё никогда не представлялся шанс стать им. Но лучше поздно, чем никогда. Понимаешь, я знаю, что машины чувствуют, потому что я это сам чувствую. Все эти годы, что бы я ни делал, всё у меня шло через нервы. Знаешь, большинство людей не понимают машины. Чувствуя, где у механизма боль, я определяю, какие проблемы есть у него в конструкции.

Она села в кровати, заинтересовавшись.

– Твой этот Проф говорит заманчиво. А он не говорил, как тебе помочь избавиться от твоих … от …

– Недуга, дорогая. Ну, это подобно тому, как хирург идёт по улице и видит людей, которые очень сильно нуждаются в операции, но прямо сейчас им ничем помочь не в состоянии. Не может же он насильно отвезти их в больницу и сделать немедленно операцию, правда?

– Да, не может.

– Поэтому человек сам должен обрести свою внутреннюю сталь. Вот возьми садовника, который чувствует, что ощущают цветы. И трава. И клубника. А ему надо срезать цветы, скосить луг, подстричь кусты на живой изгороди. Если он может почувствовать самый слабый удар по самой маленькой частичке растения, включая и сорняки, … ты только представь.

Она задумалась.

– Да, кажется, я могу это себе представить. Ну а что по поводу тебя?

– Всё то же самое. Нужно укрепить себя. Проф говорит, что я ведь не могу позаботиться о всех механизмах в мире, и он прав. Мне надо научиться укрывать себя от криков, стонов, плача механизмов. Понимаешь?

– Понимаю. Но ты сможешь этого добиться? – спросила она с тревогой.

– Нужно отвлечение. Если я что-то воспринимаю, то я должен воспринять ещё что-то другое сверх этого. Проф предложил в качестве этого другого людей. Вот в таверне я и попробовал.

– И как это у тебя получилось?

– Там оказалось чертовски шумно, – ответил он. – И эти мысли пьяных людей. Но я сконцентрировался и смог заглушить сообщения от визжащего вентилятора у того насоса в подвале, который так нуждается в чистке …

– Человеческие мысли, – тревожно переспросила Талия. – Не знаю, нравится ли мне это. Но думаю, мне было бы не комфортно возле тебя.

Он взбил подушку, но случайно уронил её на пол, не в состоянии поднять её он решил, что ему следует просто упасть на неё.

– Это так не работает, сладкая моя. Это как … – он старался подобрать аналогию. – Это приходит по аналогии с механизмами.

– По аналогии с чем? – воскликнула она.

– Здесь возможно я смогу показать тебе. – Он встал рядом с кроватью и стал пытливо всматриваться в неё. – Мм-гмм. Твой радиатор закипает.

– Фу, как грубо сказано!

Он продолжал стоять рядом, его взгляд стал отдалённым и невидящим.

– Ну? – раздражаясь, спросила Талия. – А что там твой радиатор?

– Это как раз то, что я пытаюсь выяснить, – ответил он словно отдалённым голосом.

– И?

– Протекает понемножку, – сказал он.

Она откинула одеяло.

– Давай, залезай, – сказала она. – Это лучше, чем ничего.