Гоча Пасиешвили – Фантастические рассказы (страница 8)

Я встаю, натягиваю футболку и выхожу.

На кухне Лена сидит за столом с чашкой чая, закутанная в плед. Вид у неё уставший, но довольный.

— Доброе утро, — зеваю я.

— Доброе, — улыбается Лена. — А мы с Клавдией Ивановной до трёх ночи проболтали. Я столько про вашу семью узнала!

— Да ладно? — сажусь за стол.

— Ой, — мама машет рукой. — Старую болтушку слушать — только время терять.

— Не говорите так, — Лена качает головой. — Я так давно не разговаривала по душам. Спасибо вам.

Мы завтракаем. Лена рассказывает, как они с мамой обсуждали её женихов, мои детские выходки и Катины пирожки. Мама смущается, но видно, что ей приятно.

— Какие планы на сегодня? — спрашиваю Лену.

— Да мне сегодня вечерним поездом обратно. Так что часа до трёх-четырёх у вас есть.

— Отлично, — Катя выходит из спальни заспанная, но довольная. — Может, погуляем сходим?

— Давайте, — соглашается Лена. — Клавдия Ивановна, вы с нами?

— Ой, нет, — мама качает головой. — Я старая уже по паркам гулять. Посижу дома, вяжу. Идите, молодёжь.

Мы собираемся, одеваемся.

— Ключи взял?

— Взял, мам.

— Телефон заряжен?

— Заряжен.

— Ну идите. Леночка, ты это... приезжай чаще. Я всегда рада.

Лена обнимает её крепко.

— Обязательно, Клавдия Ивановна. Обязательно.

Мы выходим. Солнце, ветер, город шумит где-то вдалеке.

— Какая она у тебя замечательная, — говорит Лена. — Я так по ней скучала. Спасибо, что позвали.

Я улыбаюсь и беру её под руку.

Мы гуляем часа три. Парк, утки, кофе, разговоры обо всём на свете. Катя фотографирует нас, Лена строит рожицы. Всё как в старые добрые времена.

Потом провожаем Лену на вокзал. Объятия, обещания звонить и видеться чаще.

— Береги маму, — говорит она мне на прощание. — Она у тебя золото.

— Знаю, — отвечаю я.

Возвращаемся домой уже к вечеру. Открываю дверь, кричу:

— Мам, мы дома!

Тишина.

Прохожу в гостиную. На диване лежит свёрнутое одеяло — Ленино. На столе чашки из-под ночного чая. Всё на своих местах, но тихо. Слишком тихо.

Включаю свет и прохожу все комнаты. Все мониторы выключены.

Вдруг телефон в кармане вибрирует. СМС.

Достаю, смотрю на экран.

«Уважаемый абонент, услуга "Виртуальный мир" временно приостановлена в связи с отсутствием предоплаты. Для восстановления доступа к персональному пространству "Мама" пополните счёт в течение 24 часов.

С уважением, ваш оператор цифровых сервисов».

Глава 5

"МАЛЬЧИК КОТОРЫЙ В МЕТРО СОБИРАЛ ИСТОРИИ."

Раннее утро. Метро. Я опоздал. Совсем чуть-чуть, на какую-то секунду, но двери вагона захлопнулись прямо перед моим носом. Поезд дёрнулся и уехал, оставив меня на платформе с чувством глухой злости на весь мир.

— Чёрт! — вырвалось у меня. Эхо заметалось под сводами станции. Перрон был пустой. Я отошёл от края платформы, прислонился к колонне и достал телефон. Три минуты до следующего. Три минуты, которых у меня нет. Шеф и так уже звонил вчера, предупреждал, что если ещё раз опоздаю — вычтет из зарплаты.

— Не беспокойтесь. Сейчас приедет другой. И вы успеете на работу.

Я поднял глаза. Рядом, у той же колонны, стоял мальчик. Лет двенадцати, не больше. Обычная куртка, обычная шапка, обычный рюкзак за спиной. А глаза — необычные. Слишком спокойные для его возраста. Слишком внимательные.

— А ты что тут делаешь? — спросил я, убирая телефон. — В школу не опоздаешь?

Он улыбнулся.

— Я не в школу. Я тут собираю истории.

— Истории? — не понял я. — Какие истории?

Мальчик посмотрел вдоль платформы, туда, где подходили люди в ожидании поезда.

— Хотите, покажу?

Подошёл поезд. Двери открылись, хлынул народ. Мальчик шагнул внутрь и обернулся на меня.

— Идёмте. Обещаю, будет интересно.

Я замялся на секунду. Но любопытство пересилило и я вошёл в вагон.

— Присаживайтесь, — сказал мальчик, усаживаясь у окна.

— Смотрите.

Он кивнул на женщину напротив. Та держала в руках потрёпанный томик Ахматовой.

— Видите книгу? Сейчас я покажу вам её мир. Только тихо. Не мешайте ей.

Поезд поехал, и вдруг... Вокруг женщины начало возникать свечение. Лёгкое, золотистое, почти незаметное. А потом — картинка. Прямо в воздухе, как мираж, как голограмма, которую видишь только краем глаза.

Я увидел Неву. Белые ночи. Женщина — только молодая, красивая, в платье начала века — стояла на набережной и читала стихи. Рядом кто-то слушал, затаив дыхание. Ветер шевелил её волосы, фонари отражались в воде, и было так тихо и прекрасно, что у меня перехватило дыхание.

— Это... прекрасно, — сказал я.

— Это её мир, — шёпотом сказал мальчик. — Она сейчас не здесь. Она там, в Ленинграде, в свои двадцать лет. Когда ещё всё было впереди.

— Как ты это делаешь? — изумлённо спросил я.

— Я ничего не делаю, — пожал плечами мальчик. — Я просто вижу их миры. Это дар. Мы пошли по вагонам.

Мальчик двигался легко, бесшумно, как тень. Я шёл следом, стараясь не отставать.

— Смотрите, — сказал он, останавливаясь у мужчины в кепке. — Сейчас он там, где сыщик гонится за преступником.

Я посмотрел и увидел. Ночной город, мокрый асфальт, тень, скользящая по стенам. Мужчина бежал по крышам, сжимая не книгу, а пистолет. Сердце колотилось, дыхание сбивалось, но он не останавливался — преступник был совсем рядом.