Гоча Алёшович – ПРИМОРСКИЙ.БЕС. (страница 6)

– Ты странно себя ведёшь, Алексей.

– Я веду себя так, как должен. – Бес подался вперёд. – Скажите отцу, что я в порядке. Что я сам разберусь со своей жизнью. И передайте ему: спасибо за заботу, но опека больше не нужна.

Семёнов молчал долго, изучая его лицо. Потом медленно кивнул.

– Хорошо. Я передам. Но учти: если возникнут проблемы, ты знаешь, где меня искать.

– Знаю.

Юрист поднялся, одёрнул пиджак. У двери обернулся.

– И ещё, Алексей. Твоя мать… с ней всё в порядке? Я слышал крики, когда заходил.

– Всё под контролем, – твёрдо ответил Бес. – С ней теперь я разберусь.

Семёнов хмыкнул – то ли скептически, то ли с невольным уважением – и вышел. Дверь за ним закрылась с мягким щелчком.

Бес остался один. Прошёл в гостиную, посмотрел в окно. Внизу чёрный «Краун» Семёнова тронулся с места и скрылся за поворотом.

За окном темнел Владивосток, зажигались огни. Где-то в порту гудели корабли, где-то на рынках закрывались палатки, где-то бандиты делили улицы. А он, Бес, только начинал свою игру.

Игра будет долгой. Но теперь у него было всё, чтобы в неё сыграть.

4.СОЮЗНИКИ

Утро началось не с криков, а с тишины. Бес, уже одетый для пробежки, прошёл мимо спальни матери. Дверь была приоткрыта. Елена Сергеевна спала, её дыхание было ровным, а лицо, очищенное от вчерашней гримасы боли, казалось почти спокойным. Шаг вперёд, констатировал он про себя.

Пробежка давалась уже легче. Тело запоминало нагрузку. Возвращаясь, он услышнул на кухне не только звук посуды, но и низкий, спокойный женский голос. Галина Семёновна разговаривала с кем-то по телефону: «…да, доктор, спокойная ночь. Нет, не просила… Да, передам. Спасибо». Она увидела его, кивнула с тем же новым, уважительным вниманием. «Доктор звонил. Сказал, если будет держаться ещё день-два, можно начинать говорить о лёгких седативных вместо… прежнего».

Прогресс. Медленный, но необратимый. После завтрака раздался звонок городского телефона. Галина Семёновна подняла трубку, удивилась и посмотрела на него: «Вас… Катя какая-то. Говорит, от Лотты».

Быстро, – подумал Бес. Лотта не теряла времени.

Они быстро договорились встретиться в «Кофе Хаусе» на Фонтанной.

«Кофе Хауз» оказался местом не для тусовок, а для деловых встреч. Тихий, с хорошим кофе. Катя уже сидела за столиком у окна, изучая расписание в своём ежедневнике. Лет семнадцати. Невысокая, спортивного сложения, с живыми карими глазами и тёмными, коротко стриженными волосами, уложенными с небрежным шиком. Джинсы, просторный свитер, рядом лежал рюкзак.

– Катя, – представилась она, пожимая ему руку. Рукопожатие было коротким, крепким, без девичьей жеманности. – Мне Лотта сказала, что тут есть персонаж, который собирается штурмовать десятый класс. Решила посмотреть. Заодно, если что, – кивнула она на рюкзак, – могу помочь с тем, что уже подзабыл за лето. Если, конечно, тебе не нужна помощь в том, как правильно носить этот пиджак – с этим у тебя, я смотрю, всё отлично.

Она говорила быстро, умно, с лёгкой иронией. Прямая. Напористая. Не глупая. Бес мгновенно оценил её как потенциально ценный актив. Но подойти нужно было правильно. Не как взрослый дядя к ребёнку, и не как заискивающий одноклассник.

– Алексей, – отозвался он, присаживаясь. – Штурм – громко сказано. Скорее, планомерное занятие территории. А пиджак – это просто удобная униформа.

– Униформа для чего? – тут же парировала Катя. Она не отрывала от него взгляда, ловя каждую реакцию.

– Для переговоров, – серьёзно ответил он. – В школе ведь всё строится на них, верно? Только чаще всего – на сломанном языке угроз и сплетен. Я предпочитаю чёткие условия.

Катя слегка приподняла бровь. – Я учусь в твоей школе в параллельном классе. Я знаю, что твои проблемы, это ни угроза и сплетни, а четверка малолетних бандитов и издевательства.

Вот она, первая проверка. Бес позволил себе лёгкую усмешку.

– Люди меняются, Катя. Иногда для этого нужно… сильно стукнуться. В прямом смысле. После чего открываются новые перспективы и желание говорить прямо.

Он сделал паузу, давая ей переварить информацию.

– Лотта сказала, ты хочешь в вуз. Какой? – сменила она тему, демонстрируя, что намёк поняла и линию атаки сменила.

– Экономика или международные отношения. МГИМО или ВШЭ. Что-то, где нужна стратегия, а не просто заучивание.

Ответ был настолько далёк от предполагаемых интересов бывшего Алексея, что Катя присвистнула.

– Амбициозно. С нашей школы в такие места – раз-два и обчёлся. Конкурс бешеный. Тебе репетиторов нанимать надо, а не со мной учебники листать. А может, проще: папик заплатит за учёбу и выбирай на вкус и цвет – хочешь в России, хочешь в Штатах…

– Репетиторов нанимать будут, – кивнул Бес. – Но мне нужен не репетитор. Мне нужен советник. Кто знает местные порядки, расстановку сил, подводные течения. Кто может сказать, у какого учителя какой подход, на кого можно давить знаниями, а к кому лучше не лезть. Кто в нашем классе реально влияет на мнение, а кто просто шумит. Информация – тоже ресурс. И я хочу учиться в России и не за счёт отца.

Он говорил с ней, как на совещании. Не сюсюкал, не упрощал. И видел, как в её глазах сначала мелькало недоверие, потом интерес, а сейчас – азартное любопытство.

– Ты хочешь карту местности с указанием мин и союзников, – резюмировала она. – Зачем? Чтобы просто отсидеться и поступить?

– Чтобы контролировать территорию, – спокойно поправил он. – Чтобы та среда, которая когда-то была… токсичной, перестала быть для меня угрозой и стала инструментом. И чтобы у тех, кто привык считать себя хозяевами этой среды, возникли вопросы.

Катя задумалась, на несколько секунд уставившись в окно на залив.

– Интересное предложение, – наконец сказала она. – Похоже на авантюру. Но скучной учёбы мне и самой уже под завязку. Ладно. Я буду твоим «советником по внутренней политике». Но за два условия.

– Я слушаю.

– Первое: никакого пафоса и мажорства. Ты не князь, а я не придворная дама. Мы – стратегические партнёры.

– Принято.

– Второе: если уж штурмовать – то вместе. Мне тоже МГИМО интересен. Так что давай делать это как команда. Ты обеспечиваешь ресурсы и… эту самую железную волю, которую у тебя сейчас из ушей прёт. А я – информацию, связи и прикрытие в школьных джунглях.

Она протянула руку для повторного рукопожатия, на сей раз – как для сделки.

Бес взял её руку. Её хватка была твёрдой. Первый союзник заключён. На удивление, адекватный и перспективный.

– Договорились, партнёр, – сказал он.

Они проговорили ещё час. Катя рассказала ему про школу, расклад по учителям, охарактеризовала основных «авторитетов» из их параллели. Бес слушал, запоминал, задавал уточняющие, взрослые вопросы о мотивах и слабостях, которые заставляли Катю смотреть на него с возрастающим уважением. Это был не диалог подростков.

В конце он попросил её порекомендовать хорошую «качалку».

Катя на секунду задумалась, постукивая карандашом по столику.

– Качалку? Серьёзно? Ну, если не для понтов, а для дела – есть «Атлант» на Строительной. Старое заведение, без зеркал и гламура. Там тренер – дядя Витя, брат моего отца, морпех в отставке. Жёсткий, но золотые руки. Скажешь, от меня. Он тебя без лишних вопросов возьмёт, если увидит, что ты не валяешь дурака.

Она записала адрес и номер на салфетке и протянула её «Бесу».

– Спасибо, – кивнул он, убирая салфетку во внутренний карман пиджака. – Это полезно.

– Только не перекачайся в первого же полубога, – с лёгкой усмешкой добавила Катя, собирая свои вещи. – Мозги нам пока важнее мускулов. Итак, план действий: я к понедельнику составлю для тебя полное досье на десятый «Б» и преподавателей. А ты… готовься вкалывать. Первая же контрольная по математике у Хрусталёвой всех рассудит.

– Жду досье, – поднялся и Бес. – И спасибо. За разговор.

– Не за что, партнёр, – Катя взбросила рюкзак на плечо. – Пока это просто интересный эксперимент. Докажи, что ты стоишь большего.

Она кивнула и направилась к выходу быстрым, уверенным шагом. Бес остался на мгновение, допивая остывший кофе. Первая ниточка на новом поле была протянута. И ниточка, на удивление, оказалась крепкой и умной. Теперь предстояло плести сеть.

Он расплатился и вышел на улицу. Прохладный воздух пах морем и опавшими листьями. Впереди были выходные – последние спокойные часы перед началом большой игры. Нужно было составить подробный план, расписать приоритеты, начать готовить тело и разум. Шаг за шагом.

Он , уже чувствовал, как в голове складывается чёткий, холодный алгоритм действий. Война начнётся в понедельник.

Он сел в машину и попросил водителя подвезти его на Вторую речку. Оставив водителя ждать его недалеко на площадке, он двинулся к знакомому дому. Когда он подошел к подъезду, никого не было. Дверь, когда-то закрывавшаяся на кодовый замок, теперь висела на честном слове – кнопки выдраны, доводчик сломан, кто-то подпёр кирпичом. Владивосток 94-го не церемонился с подъездными дверями.

Внутри пахло сыростью, кошками и перепревшими листьями, которые нанесло с улицы. Стены исписаны – телефоны, имена, короткие ёмкие фразы, смысл которых был понятен только посвящённым. Лампочки на лестничных клетках не горели – кто-то давно выкрутил.

Он поднялся на первый этаж. Почтовые ящики здесь представляли жалкое зрелище – жестяные коробки, крашенные синей краской, которая давно облупилась и свисала лохмотьями. Большинство замков было сломано ещё в прошлом году, ящики зияли пустотой, из некоторых торчали клочки газет и рекламных листовок.