Гоблин MeXXanik – Медведев. Книга 6. Противостояние (страница 50)

Мы подошли к авто, Роман Победович сам открыл заднюю дверь и разместился на сиденье.

— Куда едем? — спросил воевода, заводя двигатель. — К Молчанову?

Я кивнул. Морозов вывернул руль, и авто выехало на дорогу. Губов молчал, уставившись в окно и словно все еще пытаясь переварить услышанное в кабинете жреца.

Машина свернула на знакомую улицу. Остановилась у здания фонда Завета. Воевода заглушил двигатель и повернулся ко мне:

— Прибыли, мастер-князь. Готовы к очередному интересному разговору?

— Само собой, — с улыбкой ответил я и коснулся ладонью ручки двери.

— А что делать с ним? — воевода едва заметно повернулся в сторону Губова.

Я обернулся. Директор заповедника всё так же молчал, отрешённо смотрел в окно, погружённый в свои мысли. Он по-прежнему прижимал к груди книги, словно боялся расстаться с ними хоть на секунду.

— У меня есть идея, — ответил я после паузы и обратился к Губову. — Роман Победович, вы с нами?

Директор заповедника резко моргнул, с трудом сосредоточив на мне мутный взгляд:

— Да… да, конечно, — пробормотал он. — А куда мы идём?

— К одному очень интересному человеку, — хитро прищурившись, ответил я.

Губов помрачнел. Видимо, считал, что с него на сегодня хватит разговоров с интересными людьми. Но спорить не стал. Открыл дверь и вышел из авто. Двигался он почти механически, как заведенная игрушка.

Мы тоже покинули салон и направились к крыльцу. Поднялись по ступеням, и я потянул на себя тяжелую створку. И мы вошли в холл.

— Сколько бы раз я ни был здесь, — тихо заметил я, оглядываясь по сторонам, — Каждый раз это здание поражает своим размахом.

— Фонд очень любит производить впечатление на посетителей, — усмехнулся воевода. — Иначе никто денег на благие дела не даст.

— Ну почему же? — удивился я. — Бывший директор рыбнадзора дал. Да еще и умолял, чтобы их взяли.

По старой традиции Молчанов уже ждал нас у стойки. Он о чем-то вполголоса беседовал с девушкой, которую я видел здесь еще в свой первый визит. Довольно улыбнулся:

— Роман Победович, за мной, — решительно произнес я и шагнул к беседующим. Заметив нас, Молчанов обернулся. И на его губах заиграла улыбка:

— Добрый день, мастер-князь, — поприветствовал он меня. — Признаться. Не ждал вас сегодня.

Я кивнул, заметив лукавые огоньки в глазах директора фонда. Я был уверен, что Молчанов точно знал не только когда мы приедем. Но и даже примерное время нашего прибытия. И скорее всего, он догадывался о том, с кем именно мы будем.

— Добрый, — ответил я. — Прошу меня извинить, что прибыли без звонка. Просто у нас есть один очень важный разговор. Наедине.

— Тогда прошу за мной, — согласился директор фонда и обратился к девушке. — Инга, не присмотрите за нашим гостем? Судя по его виду, он растерян. И по правилам хорошего тона ему нужно предложить горячий успокаивающий чай.

Инга смерила взглядом явно растерявшегося Губова и неожиданно тепло улыбнулась:

— Конечно, присмотрю, — мягким, убаюкивающим голосом произнесла она. — Мастер…

Она с интересом взглянула на директора заповедника.

— Р-р-р-роман Победович Губов, — с трудом выдавил тот.

— Идемте, Роман Победович, — промурлыкала распорядитель и направилась вглубь зала. Губов бросил на меня растерянный взгляд, но я кивнул:

— Идите с ней.

— Поверьте, она не причинит вам вреда, — добавил воевода, и я заметил, с каким трудом ему дается скрыть улыбку.

Губов кивнул и поплелся за девушкой, то и дело оборачиваясь в нашу сторону.

— Простите, что пришлось приехать с гостем, — начал я, как только Губов и Инга скрылись в коридоре. — Просто у него было острое желание побеседовать с мастером старшим жрецом. И сделать это именно сегодня.

— Судя по виду вашего приятеля, разговор не задался, — заметил Молчанов.

— Он вышел очень сложным, — подбирая слова, осторожно ответил я. — В Романе Победовиче проснулся дар миссионера-проповедника, и он очень хотел получить благословение на свою миссию от мастера Феоктиста. Но жизнь, как водится, внесла в эти планы коррективы.

— Скорее уберегла от верной смерти, — поправил меня директор фонда. — Проповедовать старшему народу…

Он не договорил. Просто сокрушенно покачал головой, словно давая понять, что есть куда более легкие способы самоубийства. Я же довольно усмехнулся, в очередной раз подметив: Молчанов в курсе всего, что происходит в Северске.

— Хотя наверняка это был бы первый случай в истории, — продолжил дампир, заметив мою реакцию. — И он бы стал примером для остальных. Но можете не беспокоиться, жизнь вытравит всю дурь, что забродила в голове вашего столичного гостя.

— Очень на это надеюсь, — произнес молчавший до этого момента воевода. — Губов хороший. Просто… не от мира сего. Было бы жаль, если бы он скоропостижно скончался. Или без вести пропал.

— Глупые мысли в его голове от безделья, — тяжело вздохнул директор фонда. — Ладно, идемте в мой кабинет. Обсудим вопрос, ради которого вы проделали такой долгий путь.

Глава 26

Чудеса

Мы поднялись по лестнице. Молчанов шёл впереди, размеренно и неторопливо, словно времени у него было в избытке. Я же невольно заметил про себя, что, несмотря на его демонстрируемое спокойствие, в каждом движении читалась настороженность. Словно обычно невозмутимый дампир сейчас чего-то боялся.

Мы прошли по длинному коридору, по устланному темно-красному ковру, и остановились у массивной двери нужного кабинета. Молчанов отворил ее, пропуская нас внутрь.

Помещение встретило нас привычной прохладой и полумраком. Тяжёлые шторы на окнах были сдвинуты лишь наполовину, пропуская достаточно света, чтобы не приходилось зажигать лампу, но не настолько, чтобы в комнате стало по-настоящему светло.

— Присаживайтесь, господа, — пригласил Молчанов, указывая на кресла.

— Спасибо, — ответил я.

Мы вошли в помещение, уселись на свободные места. Директор фонда неторопливо обошёл стол, устроился в своём кресле и положил руки на столешницу, выжидающе глядя на нас.

— Итак, — произнёс он спокойно. — Вы прибыли для того, чтобы…

Я едва заметно усмехнулся. Конечно, Молчанов уже догадался, зачем мы здесь. Просто хотел соблюсти приличия.

— У меня появилась мысль, что в Северские леса желают попасть вовсе не промышленники, — начал я.

Молчанов чуть прищурился и уточнил:

— А кто же?

Я пожал плечами:

— Тот, кому интересно… обратная сторона княжества. Скорее всего, эти люди ищут места силы. А может быть, и что-то другое. Но уж очень их интерес связан со старшим народом.

Директор фонда откинулся на спинку кресла, задумчиво постукивая пальцами по столешнице:

— Возможно, вы правы, мастер-князь, — ответил он после паузы. — И что предлагаете?

— Попытаться узнать, кто стоит за промышленниками, — произнес я. — И поговорить с ними. Обсудить намерения.

Молчанов кивнул:

— Идея интересная. И как вы хотите ее реализовать?

— Попросить о помощи Ингу, — честно ответил я. — Чтобы она помогла мне разговорить нужных людей.

— Вы же понимаете, что показания, полученные под гипнозом, в суде не примут? — хитро уточнил директор фонда.

— Я и не собираюсь идти с этими показаниями в суд, — просто ответил я. — Мне нужно всего лишь поговорить с тем, кто стоит за промышленниками.

Я чувствовал, как напрягся сидевший рядом Морозов. Воевода покосился на меня, но промолчал.

Молчанов внимательно смотрел на меня несколько долгих секунд, как будто осознавая серьезность моих намерений. Затем медленно произнес:

— Смелая мысль, мастер-князь, — наконец произнес он. — Но очень уж рискованная.

— Чем дольше я буду оставаться в неведении, тем опаснее становится ситуация, — твердо ответил я. — Так что мне придется рискнуть.