Глеб Максимкин – Чисто питерское дело (страница 4)

– Какой Питер, Вера? Какой «Сапсан»?! Ты время видела?!

– Видела. Его ровно столько, чтобы ты умылся и очень быстро собрал вещи. Такси у подъезда, ожидание платное. Давай-давай! – Вера легко, но уверенно пихнула Максима в голое плечо, вталкивая его в темную квартиру. Сонному адвокату не оставалось ничего, кроме как поддаться.

Умывание принесло мышлению чуть большей ясности, и, выйдя из ванной, Максим решил, что без аргументированных объяснений он напористой помощнице подчиняться не станет. Вера в этот момент стояла над открытыми ящиками комода и по-хозяйски выкидывала на кровать вещи, которые, по ее мнению, должны были понадобиться молодому человеку в их неожиданном путешествии: три пары носков, столько же трусов, две футболки. Рядом уже лежала смотанная зарядка для телефона.

– Так… еще костюм и рубашка, – обратилась она к шефу, – и щетку зубную возьми.

– Нет, Вер, я не понимаю. Что происходит? Мы что, от кого-то сбегаем?

– Абсолютно точно, Максим. Мы бежим от бедности и профессионального забвения! Мы едем в Питер, и там ты выступишь на стороне историка-убийцы. Я знаю, что ты хочешь сказать! – жестом остановила она его. – Но это просто потрясающая возможность заявить о себе! И упускать ее нельзя. Это совершенно резонансное дело – в десятке интернет-сообществ с сотнями тысяч подписчиков оно транслируется просто как сериал! И даже если конкретно это дело ты проиграешь, то следом к нам придут другие клиенты, зная, что Максим Серов берется даже за самые безнадежные случаи!

Адвокат слушал напряженную тираду девушки нахмурившись:

– Не, Вер. Я никуда не поеду. Ну, чтобы что? Поехать в другой город, обосраться на глазах у всех? Да ну, бред какой-то! Ну, нету сейчас у нас работы, и что? Неделя всего прошла! Придут клиенты, не переживай.

– А если не придут? Ни на этой неделе, ни на следующей – что тогда? Закроемся?

Макс в глубине души понимал, что девушка права, но уступать не хотел уже из принципа. А потому в его ответе прозвучали нотки неприкрытого раздражения:

– Не закроемся! Кредит возьму! Или у родителей попрошу…

Вера сильно разозлилась, среагировав не на тон ответа, а на его содержание:

– Нет, Макс! Так не работает! Ты хотел своё дело, ты хотел работать на себя – так вперёд! Чтобы чего-то добиться нужно зубами рвать! А не надеяться на милость Вселенной, что «ну, оно там как-нибудь само». Или на помощь мамы с папой. Последнее, что я сделаю – попрошу помощи у отца. Хотя он не отказал мне ни в чём ни разу в жизни! Потому что это мой путь, и я выбрала его сама. И сейчас, Максим, либо мы вместе едем на вокзал, либо наши дороги расходятся!

– Ой, да делай, что хочешь! Я сказал, я никуда не поеду – отмахнулся Макс.

Вера насколько секунд пристально смотрела на упрямого партнёра, потом резко развернулась и быстро вышла из квартиры. Дверь за ее спиной грохнула так, что задрожали окна.

***

Женский механический голос произнёс: «Поездка по навигатору займет двадцать четыре минуты. Не забудьте пристегнуться. Даже на заднем сидении».

Вера послушно потянула ремень безопасности из-за плеча. Максим демонстративно проигнорировал. Всю дорогу до вокзала ехали молча.

Глава 8

Вокзал ранним утром, без сомнения, произведет неизгладимое впечатление на любого, даже самого невозмутимого человека.

Пять утра – время, когда местные ночные обитатели еще не успели раствориться среди тысяч пассажиров. Если оказался на вокзале в это время, непременно почувствуешь себя чужаком, по ошибке забредшим на территорию хищников. А кислый запах перегара, пота и Бог знает чего еще, надолго поселится в носу и весь день будет напоминать об утреннем столкновении с параллельной реальностью, с которой, без особой нужды, лучше бы не встречаться.

Максим стоял напротив большого табло и ждал возвращения Веры, которая внезапно юркнула в какой-то павильон. Молодой, дорого одетый, человек с чехлом для костюма, перекинутым через руку, не мог не привлекать внимания. Адвокат буквально ощущал на себе недоброжелательные взгляды здешних резидентов. Становилось не по себе. Вдруг он почувствовал легкий толчок в плечо. Обернулся, ожидая увидеть какого-нибудь алкаша или цыганку.

Но увидел Веру. Она ткнула его рукой с зажатым в ней стаканом кофе. В другой руке был еще один такой же стакан и бумажный пакет, вероятно, с выпечкой. Девушка смотрела на коллегу слегка улыбаясь. Это была примирительная улыбка. И примирительный кофе. Адвокат пытался сохранить твердое выражение лица, но быстро раскололся и улыбнулся в ответ. Долго ссориться Максим и Вера не умели.

Через рамку металлоискателя они вышли на перрон. После плотного амбре в зале ожидания морозный воздух с примесью специфического запаха поездов показался исцеляющей и бодрящей амброзией. До своего вагона пришлось идти практически через всю платформу.

– Специально так далеко взяла? – продолжал наигранно дуться Максим.

– Зато, когда в Питер приедем, выйдем раньше остальных и не придется в очереди на выход толкаться, – парировала Вера.

У вагона их встретила молодая приветливая проводница. Просто потрясающе – как можно излучать гостеприимство в половину шестого утра? Как будто в каком-то другом часовом поясе человек живет…

Девушка сверила их паспорта с данными в терминале, назвала номера мест, и пожелала приятной поездки.

Пробираясь по проходу между людьми занимавшими свои места, Вера оглядывала пассажиров, уже сидящих в больших синих креслах. По большей части ее встречали помятые, безрадостные лица, обладатели которых имели единственное желание – ближайшие три с половиной часа посвятить попыткам додремать то, что не успели доспать этой ночью. Большинство из них зачем-то ждало отправления поезда. Но были среди них и более опытные, вроде вот того молодого парня, который отрубился сразу же как только сел, потратив лишь пол минуты на то, чтобы надеть наушники.

Макс и Вера заняли свои места за столом друг напротив друга. Адвокат решил последовать примеру абсолютного большинства и стал устраиваться поудобнее, чтобы поскорее уснуть. Но у Веры на время поездки были другие планы. Она легонько постучала по столу ладонью:

– Макс! Наш рабочий день уже начался.

Одновременно с этим она вытянула из спортивной сумки маленький ноутбук в потрёпанном стальном корпусе.

– Вчера вечером я собрала всю доступную в открытых источниках информацию об этом деле и непосредственно о Кречетове.

Максим закатил глаза и тяжело вздохнул – доспать, очевидно, не получится. Вернулся в «рабочее положение», отхлебнул кофе из бумажного стакана с крышкой. Напиток был совершенно отвратный. Безусловно, кофейня, выдающая продукт подобного качества, держится исключительно за счет непрерывного клиентского трафика и не надеется на повторные визиты. Но неужели у владельца нет и капли потребности в том, чтобы зарабатывать на том, за что будет не стыдно? Серов очень быстро провел параллель между этим ужасным кофе и делом, в котором он согласился участвовать, поморщился. Сделал еще глоток и поморщился снова.

Не дожидаясь когда ноут оживет, Вера начала знакомить Максима с будущим подзащитным:

– Итак, наш клиент Олег Васильевич Кречетов, профессор истории…

– Ну, пока он еще не наш клиент, – заметил Максим

– А это – твоя главная и первоочередная, на данный момент, задача: произвести на него безоговорочно положительное впечатление, создать доверительную и безопасную атмосферу и расположить его к себе. Но если ты будешь перебивать его так же как меня, у тебя это вряд ли получится, – с очаровательной улыбкой и холодным взглядом, закончила свою мысль девушка. – Если позволишь, я продолжу. Кречетов специализируется на военной истории Франции и эпохе Наполеона. Автор более чем тридцати научных работ. Признан историческим научным сообществом России и Франции, имеет награды. В Университете преподает с 1995 года. Родоначальник и активный участник метода исторической реконструкции в преподавании.

– Клиент наш, получается, немножечко Наполеон? – не удержался от шутки Максим.

– Выходит, что так, – легко согласилась Вера. – А теперь самое вкусное: во время обыска в квартире историка была обнаружена отрубленная женская голова. По последним данным СМИ, в связи с этим следствие пытается связать известный нам эпизод с другими похожими. Всего таких эпизодов пока девять – нераскрытые дела с похожей картиной, за последние двадцать лет (очень удобный случай спихнуть их, перекреститься и забыть). Но я не удивлюсь, если количество релевантных висяков в ближайшее время может и увеличиться.

Максим сидел, держась ладонью за лоб, будто пытался понять есть у него температура или нет. С обреченной улыбкой он произнес:

– Вера, во что мы лезем?!

– Макс, я уже всё тебе объяснила. Наша поездка, если угодно, промо-тур в поддержку новой восходящей рок-звезды адвокатуры. Какая разница сколько жертв ему приписывают, если мы изначально едем проигрывать? Чем больше жести в инфополе, тем громче прозвучит имя того, кто встанет на защиту этого «монстра». Но есть еще кое-что… Я внимательно отсмотрела несколько видео с Кречетовым в суде… у меня ощущение, что… он, может быть, и не виноват вовсе. Слишком он потерянный. Не знаю. Какое-то наитие присутствует…

Внезапно их диалог прервали. Возмущенная женская голова появилась над спинкой Вериного кресла и прошипела: «У вас совесть есть вообще?! Люди хотят спать!!»