Глеб Ковзик – Родная партия. Том 2 (страница 8)

– Ура-ура-ура! – подала голос весёлая Татьяна.

Чокнулись, выпили и закусили, и Курочка попросил дать полчаса добрых разговоров обо всём: «Как же мы по тебе соскучились, комсомолец!». Я вежливо слушал и поддерживал разговор, хотя и намеревался перевести ресторанный ужин в плоскость рабочих обсуждений.

За время моего отсутствия перемен было немного. С одной стороны, я должен радоваться этому обстоятельству – не прозевал какой-нибудь важный исторический поворот. С другой стороны, раз ничего не произошло, то и локомотив истории движется по тем же рельсам, что и прежде. И моё влияние всё так же равно нулю.

– Максимыч, кстати, в последние дни декабря довёл до конца постановление по комсомольской работе, – Курочка ловко закинул себе в рот зелёную виноградину. – Всё о том же информационном обеспечении.

– О чём речь? – спросил я.

– Наверху недовольны тем, что мы собираем в плане информации и что передаём.

– Ну, естественно… – прошептал рядом Иван. – Наверху раньше не хотели знать правды, а теперь спохватились.

– А ещё нас посетил генсек ООН, Перес де Куэльяр, – заметила Татьяна.

Она сегодня была в скромном платье, в спокойном бежевом тоне. Её руки от стеснения прятались под стол. Ей было неудобно. Ей было неприятно. Возможно, даже тяжело. Она согласилась присутствовать только по моей большой просьбе.

– Когда это случилось?

– В середине ноября.

– Ясно… Интересные люди вас посещали, конечно…

– Ладно, Андрюха, хватит уже тянуть кота за то самое место, – Курочка махнул, как будто разрешил: – Вижу, тебя разрывает нам рассказать. Ну что, на какие мысли тебя навёл Афганистан?

– Если кратко: катастрофа.

Тишина за столом.

– Впечатляющий вывод. Он войдёт в политический доклад генсека на съезде? – пошутил Курочка.

– Я на полном серьёзе. Мы теряем деньги, время, ресурсы, людей, чтобы получить ровным счётом ничего. Как результат, ни нормальных реформ, ни нормальных условий для решения текущих проблем. Это положение меня в корне не устраивает.

– Крамольненько, – иронично заметил Иван.

– Зато как есть. Трушно говорю.

– Чего сказал? – Загоготал Курочка. – Ты на пуштунский язык перешёл?

Ой, как же тяжело на эмоциях не возвращаться к зумерскому сленгу!

– И я собрал вас для того, чтобы обсудить выход из ситуации.

Ребята переглянулись.

– Афган тебе солнцем вдарил, Андрюх?

– Нет, Сережа, я считаю, что нужно что-то менять, и нам следует действовать.

– Мы уже как-то обсуждали это… По-ленински вскрывали недостатки, так сказать. Товарищеская дискуссия, да.

– О, это когда Андрей запалил за столом диссидентские разговоры? – Курочка снова кинул в рот виноградину. – Хм, это было забавно. Не, ну так-то я согласен. Движение стопорится, ускорение как не было, так и нет.

– Именно. Афганистан – проблема номер один в международной повестке.

– Ну, заговорил-то как, Андрюша… Государственный муж, Генеральный секретарь ЦК.

– Дай ты ему высказаться, – внезапно вставил Иван. – Андрей, говори дальше. Мне очень интересно.

– То, что я видел в Афганистане, напоминало мне сказку про… забыл название. Труд, который бесполезен…

– Сизифов? – уточнила Татьяна.

– Да! Он самый. Мы сидим в Афганистане, вздыхаем и ждём перемен, а тем временем страна не только не превратилась в социалистическую, но наоборот – становится антисоциалистической. Это второй Вьетнам, если так можно выразиться.

– Вьетнам всё же империалистическая акция, – поправил меня Курочка. Он наконец-то вошел в серьезное русло и даже сел как на собрании.

– Да. Они боролись с коммунистами, а мы боремся с капиталистами. Уже, кажется, шестьдесят лет как. Там, во Вьетнаме, американцы обвалились, а мы победили. Теперь мы поменялись местами – пытаемся удержать страну, в которой наши позиции были изначально слабыми. Афганские комсомольцы ведут себя как дети, инфантильные парнишки, верящие в скорый невероятный успех по щелчку пальцев. А может, на самом деле это всё восточная культура, они дурят нас ради своей выгоды.

– Но ведь не мы же устроили им революцию, – Курочка вновь препирался. – Апрельская революция произошла сама, без нашего участия.

– И спустя годы было наделано так много ошибок, что теперь о социализме там говорить приходится только с винтовкой в руках. Мой вывод грустный и даже противный для вас, но он таков: пора оттуда уходить.

Тишина.

– Надеюсь, уши у стены отсохли, – подметил Курочка и засмеялся. – Давайте чокнемся за великий стратегический ум Андрюши Озёрова.

– Я считаю, ты прав, – тихо поддержал меня Иван.

– И я тоже, Андрей Григорьевич, – высказалась Татьяна.

– А я пока воздержусь от шампанского, – мой бокал был оставлен в сторону. – Здесь я просто Андрей. Ну а ты, Сережа? Твое мнение?

Курочка был занят: он жевал шпикачки и блаженствовал. Обжора. Сибарит. Большой бабник – все юбки в зале высмотрел.

– И меня подводишь к крамоле?

– Не тяни кота за…

– Да понял я, понял. Кажется, наш умный Ваня в прошлом году сказал: «Интересная попытка перезапустить андроповскую политику». Хотя я не чую, чтобы что-то круто изменилось. Горбачёву нашему кто-то мешает. Не буду говорить, кто…

– Мы люди не глупые, поняли и так, – оборвал его Иван. – Получается, ты считаешь, что выйти из ДРА лучше, чем остаться?

– Безусловно. Если мы правда хотим что-то менять, то начать нужно хотя бы с этого пункта.

– Я скромно замечу, что деньги уходят не только туда… – Иван опустил взгляд в стол. – Противостояние имеется и в других государствах, которые мы поддерживаем.

– О, ну давайте отступать со всех континентов, товарищи… – съязвил Курочка.

– Сначала Афган, – надавил я. – Потом решать всё остальное по миру. Нужны деньги. Много денег на преобразования.

– Откуда в тебе такой запал?

– Из Афгана привёз, – соврал я.

– Как мы будем менять? – спросила Татьяна, потирая шею от напряжения. – Боюсь, мы не в силах на что-либо влиять. Мы же не Политбюро какое-нибудь.

– Эта сила уже появилась.

– Да? Какая же?

– Это сила – я. Вчера у меня состоялся разговор в ЦК.

– В нашем? – удивленная Татьяна подняла брови. – Почему же я не знаю.

– Тебя назначат первым секретарем? – Курочка аж выдвинулся вперед от напряжения. – Неужели?!

– Оба мимо. К Лигачёву вызывали.

– Да ну…

– Предложили должность замзавотделом.

– ЦК партии, что ли?

– Да.

Курочка присвистнул, а Иван со смешком выдал: «Ого! Ракета полетела на Юпитер». Татьяна, явно ошарашенная услышанным, попросила повторить сказанное.