Глеб Дибернин – Переговорщики – мир по-нашему (страница 12)
– Скажите, что гуманитарная помощь должна быть без условий.
– Передал: “Даем, но не обязываем. Как чай в деревне.”
– Передайте, что я уважаю культуру соседа.
– “Сосед нормальный. Лавровый лист не крадёт.”
На пятый перевод все начали смеяться. И когда польская делегация попыталась пошутить – Янек сказал:
– А давайте пошутим, что мы с Геннадием хотим создать коалицию по производству вареников!
Полковник перевёл это как:
– “Польша и Россия объединяются. Готовы действовать.”
Геннадий поперхнулся.
– Ты чего сказал?! Это же почти военное соглашение!
Все засмеялись. И Ингрид впервые за всё время переговоров села на стол и сказала:
– Знаете что… давайте перейдём на международный язык жестов.
И так, началась новая эра дипломатии.
– Поклонился – уважаешь.
– Хлопнул ладонью по столу – возражаешь.
– Протянул пирожок – поддерживаешь.
– Показываешь на чайник – просишь мир.
– Показываешь на чеснок – выражаешь недоверие.
И, казалось бы, всё наладилось. Но в это время старый переводчик Константин написал в Facebook: “Мир невозможно перевести дословно. Его нужно сыграть.”
– Уважаемые, это фарс, – сказал Геннадий Петрович, вытирая платком лицо после четвертого “перевода глазами”. – Я не понимаю, я участвую в переговорах или в капустнике?
– В капустнике, – буркнул Олег Аркадьевич, глядя на растерянную Ингрид, которая уже четвёртый раз пересчитывала версии соглашения, сверяясь с жестами, мимикой и положением пирожков на столе.
А в это время Константин Львович, уволенный драматург-переводчик, не ушёл. Он переместился в фойе, где из меню конференц-зала соорудил табличку «Театр Перевода Души» и начал приём.
– Здесь не переводят. Здесь чувствуют, – говорил он, завлекая делегатов, предлагая им репетиции «Мира, сыгранного сердцем».
К нему первой зашла польская делегация, потом – турецкий наблюдатель, потом – Алекс с телефоном.
– Мы ведь просто хотели подписать бумагу, – вздыхала Ингрид. – А у нас теперь гастрольный тур.
Внутри “театра” происходило невероятное:
– Константин одел шёлковый шарф и дал всем роли.
– Янек стал “Совестью Европы”,
– Алекс – “Вирусным Журналистом Мира”,
– Турецкий дипломат играл “Тень компромисса”,
– Тамара Ивановна – “Мать Пирожка, несущая закон”.
– Начинаем, – произнёс Константин. – Акт первый. “Тишина перед бурей, или как мы не договорились из-за пельменей”.
Он включил фоновую музыку с японским гонгом, и Янек встал, вздохнул и медленно сказал:
– Когда ты делишь вареник – делишь ли ты его на две половины или на две страны?
Все ахнули. Даже бармен.
– Это… – прошептала Ингрид, заглядывая в окно с чашкой кофе, – красиво. Но к делу не имеет отношения.
Тем временем в основном зале происходило обратное.
– Возвращаемся к фактам, – сказал Геннадий. – У нас есть энергетические балансы, у них – томатная паста. Давайте решим, кто куда что качает, и подпишем!
– Нам бы понять, что уже подписано, – вздохнул Степан. – Потому что по французской версии, я вроде как женат на Турции.
– Это ошибка перевода, – сказал Полковник-Переводчик без интонаций. – Там слово "alliance" ошибочно понято как “алиментный союз”.
– Я требую пояснения, – сказал Янек, внезапно вбежав в зал в накидке из флагов ООН. – Я играл “Глобальный Смысл” и ощутил, что мы движемся к катарсису.
– А я хочу катастрофу, – пробормотал Геннадий.
– Где пирожки?! – крикнула Тамара Ивановна, входя с надетым на голову венком из кекса. – Мы готовы к диалогу!
Олег Аркадьевич встал и спокойно, сдержанно сказал:
– Уважаемые коллеги. Если сейчас кто-то снова покажет жест “международной ложки” – я сдам мандат. И стану фермером в Карелии. С кабачками. Без международных отношений.
Все замерли. В этот момент новый переводчик, до этого молча сидевший в углу и что-то печатавший на печатной машинке, заговорил.
– Я всё это перевожу в двух вариантах. Первый – юридический. Второй – для Netflix. Потом разберётесь, какой из них утвердите.
– Netflix? – удивилась Ингрид.
– Ну а что? Пока нет мира – хоть сериал будет.
Полковник-Переводчик кивнул.
– По крайней мере, этот сериал переведут правильно.
В конце дня было решено:
Подписать ничего пока нельзя.
Все версии – отправить на лингвистическую экспертизу.
Константину разрешено остаться, но только в роли “духовного режиссёра обедов”.
Жест “пирожок” признан универсальным символом доброй воли.
Каждая делегация получит карточку “Международного языка жестов”. С легендой.
Пример карточки:
Жест
Значение
Поклон с чайником в руке
Прошу диалога
Протягивание пирожка
Дружелюбие
Два хлопка по колену