Глеб Брук – Девушка в красном (страница 5)

Волков молчал, упрямо изучая пергамент. Внезапно, Кошкин неловко дернулся, зацепив настольную лампу. Та с грохотом рухнула на стол, обдав пергамент потоком тепла.

Затаив дыхание, Волков и Кошкин смотрели, как на чистом листе проявляются тонкие линии, образующие буквы. Замысловатый шифр, словно вызванный из небытия жаром лампы, раскрывал свою тайну.

"Не может быть…" – прошептал Кошкин, не веря своим глазам.

Волков, отбросив лупу, схватил карандаш и бумагу. "Скорее, Михаил, нужно успеть записать. Каждая секунда дорога." На листе, будто из пепла, восставала угроза, спрятанная в шифре. Раскрытие ее ложилось на плечи этих двух следователей.

Спустя несколько часов напряженной работы, когда за окном уже сгустилась ночь, им удалось расшифровать большую часть текста. Письмо было написано человеком, скрывающим какую-то тайну, и содержало указания о месте встречи и, вероятно, о каком-то преступлении. “Черт побери!” – выругался Кошкин, – “Кажется, мы вляпались по самое не хочу”. Волков кивнул, в его глазах читалась тревога. Им предстояло выяснить, кто скрывается за этим шифром и предотвратить возможную трагедию. А теперь предстояло выяснить содержимое письма пока текст не расшифрован. Кошкин и Волков понимали им нужно было понять, что за текст там написан. Шли минуты, часы уже время было 22 ровно. Но решения проблемы так и не пришло.

Истощенные и измученные, они решили отложить работу до утра. Волков предложил немного отдохнуть, а затем отправиться в их излюбленное место – тихий пивной подвал, где они могли расслабиться и обсудить дело за кружкой пива. С этими мыслями они покинули кабинет, чувствуя усталость, но также и надежду на завтрашний день.

Придя к пивному подвалу, они испытали шок. У входа стояла толпа людей, все в черном, их лица были омрачены горем. Слезы текли по их щекам, выражая общую скорбь. Волков и Кошкин переглянулись. Что-то явно случилось, что-то страшное, что-то, что объединило этих людей в этой тихой, уединенной атмосфере. Они осторожно подошли к группе, надеясь узнать, что произошло. Неожиданно один из мужчин, заметив их, подбежал к ним. Он был в слезах, но его взгляд был полон решимости.

Кошкин и Волков переглянулись. Что-то явно случилось, что-то страшное, что-то, что объединило этих людей в этой тихой, уединенной атмосфере. Они осторожно подошли к группе, надеясь узнать, что произошло. Неожиданно один из мужчин, заметив их, подбежал к ним. Он был в слезах, но его взгляд был полон решимости. “Где… Где вы были, товарищи следователи, когда Павловича пытали, а после убили?” – выкрикнул он, срывая голос. Кошкин и Волков, ошеломленные этими словами, молчали.

Собравшись с силами, они вошли в подвал. Картина, представшая их глазам, была ужасающей. Тело пивника Семакина Петра Павловича было разорвано на части и разбросано по подвалу. Милиционеры уже работали на месте преступления, но ужас, царивший в этом месте, было невозможно скрыть. Запах крови, смешанный с запахом пива, вызывал тошноту.

Профессиональный долг, однако, был выше эмоций. Кошкин, взяв себя в руки, подошел к одному из милиционеров. "Товарищ лейтенант, что здесь произошло?" – спросил он, стараясь сохранять спокойствие. Лейтенант, молодой, но уже успевший столкнуться с горем, отдал честь. "Здравия желаю, товарищ капитан. Докладываю: согласно показаниям свидетелей, преступление совершила таинственная девушка в белом свадебном платье. Само платье было все в крови".

Кошкин нахмурился. "А есть фоторобот лица девушки?" – спросил он. Лейтенант покачал головой. "Нет, товарищ капитан. Ее лицо было закрыто маской, скрывающей все черты". Тайна, окутывавшая убийство, становилась все гуще. Кто эта загадочная девушка? Что она делала в подвале? И зачем совершила столь жестокое убийство?

Расследование началось. Опрашивали свидетелей, собирали улики. Один из свидетелей рассказал, что видел, как девушка в белом платье выходила из подвала, держа в руках окровавленный нож. Другие утверждали, что слышали странные звуки – крики, стоны, глухие удары. Но все показания указывали на одно – страшное преступление, совершенное при загадочных обстоятельствах.

Поиски привели к раскрытию старых, забытых легенд о призраке невесты, появляющемся в окрестностях, когда проливается кровь невинных. Местные жители рассказывали о девушке, погибшей в день своей свадьбы, которая теперь мстит тем, кто причинил ей страдания. Кошкин, скептически относившийся к подобным историям, понимал, что они могут содержать зерно истины. В конце концов, что-то должно было вызвать такое зверство.

В кабинете Кошкина и Волкова, в Ленинградской прокуратуре, царил сумрак. На столе лежали фотографии с места преступления, показания свидетелей, все те немногие улики, которые удалось собрать. «Блин, мистика какая-то получается», – крикнул Волков, сидя в кабинете, проверяя показания свидетелей. На что Кошкин спросил, «Что там у тебя, Андрюх, не так?» В ответ Волков сказал: «Согласно показаниям, в подвал пришла женщина, одетая в кровавое свадебное платье, с кровавой фатой в волосах, в маске, закрывающей лицо, и с кухонным ножом в руке. И пыталась выяснить у пострадавшего, где найти некую Каролину».

Кошкин вздохнул. «Каролина… Это может быть ключ к разгадке», – сказал он. Они начали искать информацию о Каролине, проверяя все возможные варианты. Через несколько дней им не удалось найти ни одной зацепки.

И тут Волков вспомнил про зашифрованное письмо, и подумал, «Это возможно та самая зацепка.» которую они ищут. Но прежде, чем делать выводы нужно было выяснить содержимое письма, а для этого им нужен был расшифровщик.

Кошкин кивнул. Он понимал, что это их единственный шанс. Они обратились к лучшему специалисту по шифрам в городе – пожилому профессору математики, физики и эксперту в кодах расшифровки Михелеву Константину Викторовичу. Выяснив, где именно он припадает, Кошкин и Волков направились в Ленинградский университет имени А. А. Жданова, один из самых старейших и престижнейших университетов в Ленинграде.

Поездка в университет была долгой и трудной, так как пробки в Ленинграде были ужасными. Когда они, наконец, добрались до старинного здания, охранник на входе преградил им путь. «Стойте, товарищи, вы куда именно?» – строго спросил он, оглядывая их подозрительным взглядом.

«Мы к профессору Михелеву», – ответил Волков, предъявляя удостоверение. Охранник кивнул, пропуская их внутрь. Они прошли через просторный холл, украшенный портретами выдающихся ученых, и поднялись на четвертый этаж, где располагалась кафедра математики. Кабинет Михелева находился в самом конце коридора, у окна, выходящего на Неву. Дверь была открыта, это насторожило следователей.

Поэтому они достали из своих кобур пистолеты и вошли в кабинеты профессора. Обстановка явно показывала, что они опоздали.

Кабинет профессора Михелева, словно отражение его гениального, но беспорядочного ума, представлял собой сплав хаоса и интеллектуальной мощи. Книжные шкафы, громоздящиеся от пола до потолка, ломились под тяжестью томов по математике, физике, криптографии и оккультизму. Разбросанные повсюду бумаги, исписанные сложными формулами и шифрами, перемежались с пустыми кофейными чашками, смятыми обертками от шоколада и разобранными механизмами старинных вычислительных машин. Запах старой бумаги, кофе и легкий оттенок ладана смешивались в странный, но узнаваемый аромат этого места.

В центре этого научного беспорядка развернулась сцена, достойная самых мрачных кошмаров. Тело профессора Михелева, великого ученого и эксперта по расшифровке кодов, сидело, откинувшись назад. Со стороны могло показаться, что он просто задремал над очередной трудной задачей, но мертвенная бледность кожи и неестественный угол, под которым была запрокинута голова, не оставляли сомнений. Самым жутким было то, что на первый взгляд вокруг не было ни единой улики: ни оружия, ни следов борьбы, ни капли крови. Только тишина, нарушаемая редким потрескиванием старого паркета, и тяжелый запах ладана, казалось, исходивший теперь от самого тела.

Лицо профессора, искаженное гримасой немого ужаса, выражало последнюю муку. В воздухе ощущалось присутствие чего-то зловещего, нечеловеческого. Кабинет, обычно наполненный гулом размышлений и шорохом страниц, теперь был пронизан леденящей тишиной, нарушаемой лишь тихим капанием крови, стекающей по стене.

Волков и Кошкин были в шоке от увиденного. От увиденного зрелища по спине пробежал холодок, а сердце заколотилось в груди, словно предчувствуя, что впереди их ждет долгая и опасная игра.

Первым делом Волков попросил Кошкина оцепить место преступления и вызвать подкрепление. Сам же он начал осмотр, стараясь не задеть ничего лишнего. Он заметил, что пентаграмма была нарисована с невероятной точностью, словно убийца обладал глубокими знаниями в области оккультизма. В углу кабинета стоял старый деревянный сундук, на котором лежала раскрытая книга по демонологии. Ее страницы были изрисованы изображениями демонов и странными символами.

Пока криминалисты работали, собирая улики, Волков изучал бумаги профессора. Среди них он обнаружил письмо без адреса отправителя и именем того, кто отправил письмо. Единственное что было написано в строчке «Адрес отправителя: Призрачная Дама в красном». Андрей Волков не обратил внимание на этот момент, и решив, что изучит письмо попозже. Сунув его во внутренний карман пиджака, он почувствовал, как Кошкин позвал его: «Андрей, иди сюда, посмотри, что найдено во рту профессора.»