Гизум Герко – Мусорный Фронтир: Риф (страница 2)
— Я еще ничего не сказал.
— Ты уже посмотрел на крепление как на вещь, которую можно убедить просто посмотрев на нее.
— Оно мертвое наполовину.
— Ты живой не полностью. Начнем воскрешение с тебя.
Она развернула сканер ко мне.
— Имя.
— Рик Стоун.
— Где ты.
— В шаттле. Риф.
— Кто рядом.
— Ты. Ян. САРА.
— Что последнее помнишь.
Белую складку. Зеленое ядро. Строку, которую САРА не успела закрыть. Потом ничего.
— Барьер, вспышки, боль, сердце… — начал перечислять я.
— Хватит.
Она не спросила, помню ли я смерть. В ее работе такое уходило в запись и было зафиксировано в системе шаттла. С ней было трудно спорить, когда она говорила таким тоном. Тихо, без злости, но между мной и панелью сразу вставал медицинский факт.
Правая рука лежала в фиксаторе, пальцы подрагивали мелко и зло. Левая слушалась лучше, но если держать ее в воздухе дольше нескольких секунд, дрожь догоняла и ее. После пуска тело не вернулось в норму. Оно просто перестало разваливаться быстро. По нынешним меркам тянуло на хорошую новость.
Я убрал руку с панели.
— Тогда считаем без нейросвязи. Что с САРОЙ?
Ян взглянул на монитор и быстро ответил:
— Говорит, что прямая трансляция в шлемофоны дает стабильную наводку. Сама предложила режим радиомолчания.
Мира кивнула.
— Хорошая мысль, которая могла прийти тебе раньше.
Ян тихо фыркнул.
— Записать в журнал редкий случай?
САРА вывела на экран.
[Режим радиомолчания: активирован]
[Журнал перегружен более важными чудесами]
Голос она выключила. Ядовитость оставила.
От такой САРЫ становилось спокойнее и теплее.
Я заставил себя пройти список сначала.
Люди. Воздух. Вода. Фильтры. Еда. Медицина. Скафандры. Тяга. Карта. Каналы связи.
Все, что в старой базе можно было раскидать по отсекам, теперь лежало рядом с нами, терлось углами о сиденья, цеплялось ремнями за проход и мешало дышать даже там, где воздуха хватало. Полноценной базы больше не существовало. Повернуть плечо было трудно, потому что там висел запасной шлем. Достать воду было трудно, потому что пакет зажало между контейнером с едой и Мириной аптечкой. Развернуть схему на большом экране было нельзя, потому что большой экран САРА держала под карту, а карту приходилось обновлять каждые несколько секунд.
Старый дом исчез не в красивой вспышке. Он исчез в каждом движении, где раньше хватило бы места, а теперь не хватало.
— Люди, — сказала Мира.
Она сказала это мне, но смотрела на свой сканер.
— Повтори.
— Ян за картой. Ты рядом. САРА в системе. Я в кресле.
— Состояние.
— Ян устал, но держит маршрут. Ты устала и делаешь вид, что это не касается тебя. САРА молчит громче обычного, по регламенту. Я пока снова с вами.
Мира несколько секунд молчала.
— Для пациента с летальным статусом годится.
Ян поднял руку, не отрываясь от карты.
— Возражаю насчет усталости.
— Возражение отклонено, — сказала Мира.
На экране моргнуло. Я перевел взгляд туда.
[Режим радиомолчания: активирован]
[Канал внешнего приема: активирован]
[Фоновый шум: высокий]
[Сигналы: ненадежны]
Под строками шли серые пятна. Они появлялись и расползались по краю карты, будто кто-то касался темной воды пальцами. В Нулевой Зоне ложный сигнал чаще всего пах ловушкой или старой автоматикой.
Здесь все было хуже. Риф шумел сам. Плазма била по металлу, старые маяки просыпались на секунды, обломки отражали наши же слабые импульсы и возвращали их испорченными. Карта не врала целиком. Она говорила правду кусками и иносказаниям. И каждый кусок мог оказаться последним в нашем путешествии.
— Ян?
— Вижу. Не беру маршрут на дальний свет. И ближний не беру, пока он не будет проверен.
[Режим радиомолчания: активирован]
[Проверен два раза]
Вывела САРА на экран.
Ян качнул головой.
— Два раза здесь не повтор. Два раза здесь кто-то чихнул, а эхо донесло.
Он ткнул пальцем в темный изгиб на карте.
— Нам туда. Меньше света, больше мусора, хуже проход. Зато меньше шансов, что нас кто-то решит стереть.
Слово «стереть» неприятно дернуло в груди.
Прежняя запись Рика Стоуна уже была закрыта. САРА не стерла эту строку, просто убрала с визора, чтобы я не смотрел на нее постоянно. Теперь могло значить что угодно. Бесхозный шаттл. Мертвый владелец. Спорный груз. Система, которую можно оценить отдельно от людей. Я понимал это умом, но пока знание лежало без применения. Риф быстро найдет применение сам. Так обычно и бывает с плохими правилами.
— Идем тихо по проходу, — согласился я.
Ян кивнул.