Гизум Герко – Без Неба 1: Два Болта (страница 10)

Я начал методичный осмотр.

Проверял уцелевшие вентиляционные решетки, заглядывал в боковые ответвления, светил в темные ниши. Пыль стояла столбом, дышать было тяжело даже через респиратор.

В голове стучало: «Что ты ищешь, Гром? Иголку в стоге ржавого сена?»

Я пролез под одной из рухнувших балок, рискуя быть погребенным заживо, если конструкция решит сдвинуться еще хоть на сантиметр. Проклятое место. Именно здесь вчера нашли Марка. Я старался не смотреть на темное пятно на полу, но оно притягивало взгляд.

Что он здесь делал? Как он сюда попал?

Фонарь скользнул по стене, выхватывая небольшую вентиляционную решетку, ведущую в боковой канал, обслуживающий нижние уровни шахт.

Решетка была погнута, несколько прутьев выломаны.

Я посветил внутрь. Канал был узким, забитым пылью и мелким мусором. И там, в глубине, среди комков грязи и ржавых ошметков, что‑то тускло блеснуло в свете фонаря. Что‑то маленькое, с четкими гранями, явно искусственного происхождения. Оно лежало так, будто его туда небрежно бросили или оно упало само.

Я сел на корточки и посветил еще раз, уже не торопясь.

Я просунул руку в отверстие, стараясь не порезаться об острые края сломанной решетки. Пальцы нащупали холодный, гладкий предмет. Я осторожно извлек его и поднес к свету.

Это был кристалл. Точнее опять его половинка — брат близнец найденного на теле Марка.

Размером с ноготь большого пальца, идеально ограненный, прозрачный, с радужными переливами внутри. Он слабо светился собственным, мягким светом. Я никогда не видел ничего подобного.

Кристалл? В вентиляции?

Марк… Он мог его найти? Мог спрятать здесь, убегая от людей Векса?

А взрыв… он мог быть не случайным? Могли ли они устроить его, чтобы замести следы или чтобы самим обыскать это место под видом спасательных работ?

Варианты роились в голове, но ответов не было.

Я вытащил из внутреннего кармана найденный прежде осколок и положил их рядом, на ладони. Они начали подрагивать и внезапно притянулись к друг другу и слиплись.

Я крепко сжал получившийся кристалл в кулаке

Ладонь покалывало от его слабого тепла.

Что бы это ни было, оно было важно. Достаточно важно, чтобы из‑за него погиб ребенок. Достаточно важно, чтобы Векс перевернул всю базу.

Нужно было выбираться отсюда.

И показать находку Грете.

Она единственная, кто мог хоть что‑то об этом знать.

Я быстро осмотрелся — нет ли поблизости глаз Векса.

Вроде тихо.

Пора уходить.

Я спрятал кристалл в самый потаенный карман комбинезона и начал выбираться из‑под завала, стараясь не шуметь.

Каждый скрип металла отдавался гулким эхом в тишине вентиляционного ада.

Я чувствовал себя крысой, укравшей кусок сыра из мышеловки, которая вот‑вот захлопнется.

Я ворвался в мастерскую, тяжело дыша.

Грета оторвалась от работы, ее единственный глаз внимательно меня оглядел.

— Тухляк — буркнула она. — Ну и смрад от тебя. Проветрись.

— Я кое‑что нашел, — сказал я, понизив голос и оглядываясь по сторонам, хотя в мастерской, кроме нас, никого не было.

Я достал кристалл и положил его на верстак перед ней.

Грета наклонилась, ее морщинистое лицо оказалось совсем близко к находке. Механический протез осторожно повернул кристалл, рассматривая его со всех сторон. Слабый свет артефакта отражался в ее зрачке.

— Хм, — протянула она после долгой паузы. — Любопытно.

— Что это? — нетерпеливо спросил я.

— Модуль, — ответила Грета, выпрямляясь. — К импланту. Но… странный. Я таких не видела.

Импланты.

Их ставили всем детям на Дне при рождении, прямо в запястье левой руки. Маленькие устройства, вживленные в нервную систему, — наш пропуск, наше удостоверение личности, средство связи и диагностики. Считалось, что извлечь их невозможно. Только отрубив руку.

На них можно было устанавливать дополнительные модули — кристаллы с информацией или навыками. Но такие кристаллы были редки и безумно дороги, Администраторы заказывали их с поверхности по особому запросу.

— Какой модуль? — спросил я. — Что он делает?

— Без понятия, — Грета пожала плечами. — Стандартные модули — навыки пилотирования, ремонта, медицины — выглядят иначе. И уж точно не светятся сами по себе. Этот… он другой. Похож на старую технологию. Возможно, атлантскую.

Атланты. Наши создатели. Наши тюремщики. Те, кто бросил нас здесь гнить.

— Атлантскую? — переспросил я. — Ты можешь его… установить? Проверить?

— Ты думаешь, это так просто? Вставить кристалл в имплант — все равно что делать операцию на мозге ржавым гаечным ключом. Нужно специальное оборудование. И знания. У меня их нет. Мой модуль для работы с электроникой мне ставил один… специалист. Давно. — Грета хмыкнула.

— Специалист? — переспросил я.

— Атлант‑изгой, — уточнила Грета, и ее голос стал тише. — Они изредка приходят на Дно. Мутанты, отбросы их общества, те, кого вышвырнули с плавучих городов. Они знают технологии своих предков, но сами ими пользоваться не могут — чипы в голове не позволяют. Но устанавливать модули — это они умеют. Если найдешь такого и сможешь договориться.

Атлант‑изгой. Я слышал о них легенды. Говорили, они скрываются на самых заброшенных базах, живут в тени, ненавидя и своих сородичей наверху, и нас, жителей Дна.

Грета повернула запястье, показывая едва заметный шрам над имплантом — тонкий, ровный, не чета грубым рубцам шахтерской медицины.

— Сорок лет стоит, — сказала она. — Ни сбоя. По старым стандартам работал, на совесть. Нынешние так не умеют — ни здесь, ни наверху.

— Где его найти? — раздумывая, уточнил я.

— Тот, что ставил мне модуль, осел на «Сердце Пучины», — ответила Грета и внимательно посмотрела на меня. — Нижние ярусы, куда местные не суются. Дверь без обозначений. Постучишь три раза, потом два — иначе не откроет. Не знаю, жив ли он еще. И захочет ли говорить с тобой. Они не любят чужаков.

«Сердце Пучины». Название ничего мне не говорило — дальняя база в стороне от торговых путей, о которой слухов ходило больше, чем правды. Впрочем, на Дне так со всяким местом, куда не летают.

— Значит, мне нужно на «Сердце Пучины», срочно, — сказал я твердо.

— На чем ты туда поплывешь, умник? На дырявой бочке? Единственный корабль на этой базе — старая баржа Брига, да и та еле дышит. А Арто со своим корытом еще не вернулся. И неизвестно, когда вернется. — Грета посмотрела на меня своим единственным глазом.

Она была права. Дядя Арто, мой дядя, единственный, кто знал мое прошлое, был в очередном рейсе на старом грузовом корабле, который принадлежал нам. Он мотался между базами, выполняя заказы и доставляя запчасти. Без него и его корабля мы были заперты на «Тихой Гавани».

Я снова посмотрел на кристалл, лежащий на верстаке.

Он манил своим таинственным светом, обещая ответы. Ответы, которые могли стоить жизни Марку. Ответы, которые могли стать ключом к моему собственному побегу. Но чтобы получить их, нужно было добраться до «Сердца Пучины».

А сейчас это было невозможно. Я сжал кулаки. Опять стена. Опять тупик.

На Дне всегда так — только покажется выход, как он тут же захлопывается перед носом.

— Значит, будем ждать Арто, — сказал я глухо. — А пока… пока нужно быть осторожным. Векс знает об этом кристалле. И он не остановится, пока не получит его.

— Спрячь его получше, Гром. И веди себя тихо. Не привлекай внимания. Иначе засыпешься так, что и костей не найдем. — Грета кивнула.

Я взял кристалл. Он снова теплом отозвался в ладони. Пройдя к себе в модуль, я спрятал его в самый надежный тайник, который только смог придумать. Теперь оставалось только ждать. Ждать и надеяться, что Векс не доберется до меня раньше, чем вернется дядя Арто. Ожидание на Дне — это тоже пытка. Медленная, ржавая, как и все вокруг.

Ночью я лежал на койке и не спал.