Герман Романов – Год победы (страница 16)
— Это сражение определит многое, но мы победим тевтонов. Надеюсь, что наши бывшие подданные нанесут «звонкое» поражение японцам, используя превосходство. К сожалению, у нас пока это не очень получается.
Адмирал Брюс Фрезер, командующий авианосным соединением Королевского Флота, усмехнулся, пожав плечами. Но будучи честным моряком, он как никто отдавал отчет в сказанных словах, прекрасно зная, что корабельный состав Ройял Нэви сейчас находится отнюдь не на первом месте в мире, и даже не на втором. А если вообще взглянуть на сложившуюся ситуацию, то потерял больше половины состава. Сам Фрезер командовал тремя авианосцами типа «Илластриес», переведенными в Австралию для участия в наступлении в голландской Ост-Индии. Четвертый корабль «Викториес» находился в водах метрополии вместе с двумя новыми быстроходными линкорами «Кинг Джордж V» и «Дюк оф Йорк» — «Тирпиц» с авианосцем «Граф Цепеллин» представлял вполне реальную опасность, так что приходилось учитывать эту постоянную угрозу. С тремя его авианосцами были отправлены два быстроходных линкора — новейший «Энсон» с 356 мм пушками, и отремонтированный в США линкор «Худ», бывший французский «Ришелье». Корабль фактически отобрали у бывшего союзника, хотя для соблюдения приличий оформили все как сделку, вроде как взяли в аренду до конца войны. Вот эти восемь кораблей и были ядром Ройял Нэви, пополнить которое удастся только летом, когда в строй войдут два авианосца этого типа, построенные по несколько «улучшенному проекту». Прошлой осенью со стапеля сошел «Вэнгард», строительство этого линкора лихорадочно велось уже два с половиной года — и это единственный корабль, на большее английская промышленность оказалась неспособной, задыхаясь в тисках блокады. Дело дошло до того, что на линкор поставят башни с 381 мм орудиями, снятые с «белых слонов» перед переоборудованием их в авианосцы. «Корейджейс» и «Глориес» давно на дне, но их пушки будут стрелять по тевтонам. К концу года линкор обещают ввести в строй, и это в лучшем варианте.
Все дело в том, что нехватка всего необходимого в стране заставила сворачивать кораблестроительные программы. Вместо дюжины новых легких авианосцев типа «Колоссус», стали строить только девять, и всего три легких крейсера типа «Уганда», а не восемь запланированных. Британская империя, как оказалась, не способна даже восполнить понесенные потери. А то, что есть — жалкие остатки былого величия. В Португалии сейчас три старые «королевы», «Нельсон» и «Родней» с 406 мм артиллерией у побережья Явы, исполняют роль плавучих батарей, остальные десять старых линкоров на дне, как и пара новых. Погибли шесть авианосцев, их заменили паллиативом — построили эскортные корабли, но только четыре, да два десятка были переданы американцами. И это раздражало больше всего — бывшие колонисты стали первой морской державой мира, и могут строить новые линкоры, ударные авианосцы, тяжелые и легкие крейсера с эсминцами в устрашающих количествах, втрое больше, чем все страны мира вместе взятые…
Глава 21
— Мама, я ведь хорошо помню, что сказал мне кондукатор после коронации — «Вы мне абсолютно не нужны. Но если наши глупые крестьяне считают, что им нужен король, я им его дам». И глаза, эти глаза были преисполнены презрением — мне показалось, что я для него не больше, чем насекомое, которое не раздавили исключительно из-за брезгливости.
Молодой король Румынии Михай I, всего то двадцати двух лет от роду привлекательный юноша, окаменел лицом, глаза потемнели. Вспоминать такое отношение и обычному человеку неприятно, а ему, представителю Гогенцоллернов, особенно — словно нерадивому лакею прилюдно надавали пощечин. А такое отношение с презрительно сказанными словами никогда не забывают — подобные обиды смываются только кровью обидчика, особенно когда счеты личностные, а не только политические.
Диктатор Йон Антонеску, «кондукатор» и маршал, причем высшее воинское звание ему даровал своим указом именно молодой король, никогда не скрывал, что именно он правит Румынией, а монарх не выполняет никакой роли в жизни страны, окромя церемониальной. Так оно и было, по сути — Михай занимался любимой механикой, интересовался любым оружием, увлекался авиацией и лихо гонял на автомобиле. А еще собирал почтовые марки, встречался с подданными, награждал солдат и офицеров, старался появляться везде, где можно, вот только был «задвинут» подальше от реальных рычагов управления страной. Отца убрали с трона три года тому назад, которого сам Михай недолюбливал за мезальянс с Еленой Лупеску, его давней любовницей, и еврейкой по происхождению, что вызывало бешенство у нацистов, а гитлер не скрывал своих антипатий. Так что Михай прислушался к словам отца, когда Кароль II, наклонившись, ему прошептал — «они убьют всех, следующий на очереди я, не отрекусь от престола — смерть».
Вот так Михай во второй раз вошел на трон, первый раз правил с шести до девяти лет, и совсем не помнил то время, потом вернулся отец из добровольного изгнания. И вот три с половиной года он является марионеткой, игрушкой в чужых руках, прекрасно понимая, что в любой момент его самого могут умертвить любым способом, стоит только ему вызвать малейшее неудовольствие правящего в Берлине фюрера.
И опираться в армии было не на кого, кроме как своих адъютантов, которым Михай доверял, да тех генералов и офицеров, что являлись монархистами и ненавидели «кондукатора». Но последних было немного, да и симпатии открыто не выражали, прекрасно понимая, что сразу будут уволены маршалом. В Румынии не было лейб-гвардии, подчиненной лично королю, как в других монархических странах, а лишь небольшая дворцовая охрана, которое при короле была еще в роли личной тайной полиции. Так что о том, что происходит в стране и в мире Михай хорошо знал, он не мог только ни вмешаться в события. Ни уберечь себя и постоянно жившую с ним во дворце королеву-мать Елену, бывшую греческую и датскую принцессу, которая приходилась отцу в дальнем родстве сестрой по линии, как британской королевы Виктории, так и российского императора Николая I. А бабушка Софья являлась принцессой Прусской — сестрой последнего кайзера Вильгельма II. При дворе сильно было влияние Англии, маму всегда считали сторонницей альянса именно с Британской империей. Так что с детства молодой монарх говорил на английском как на румынском языке, прекрасно владел французским и немецким, и не только ими. Ведь для его обучения специально сформировали особый класс «Палатин», в который включили четырнадцать детей, причем не только представителей аристократии, но и выходцев других социальных и этнических групп, так что с детства он имел реальное представление, кто является его подданными, и мог объясниться с каждым на речи, которой тот владел. Да и вообще монархи недаром говорят на многих языках — их образованию уделяется самое пристальное внимание…
— Сам маршал не более чем игрушка в руках ефрейтора, который правит сейчас Германией. И мы находимся под подозрением постоянно, мой сын, а потому призываю тебя к осторожности — наши действия должны быть тайными, насколько возможно, но чем раньше мы избавимся от нацистов с Антонеску, тем будет лучше и для страны, и для нас.
Эхом его мыслям отозвалась королева-мать, ненавидящая Гитлера, как и Антонеску, и непонятно кого сильнее. Сама Елена тайно опекала евреев, спасая их как могла, и была очень недовольна тем террором, что проводился в Транснистрии, всегда напоминая, что русские за это «отплатят».
— Тот хотя и помог разогнать «железную гвардию», но Симу не дал расстрелять, а взял в Берлин. И в любой момент может вернуть обратно, поставив новым «кондукатором». Для нас ничего не изменится, мы заложники ситуации, в которой оказались. И должны быть очень осторожными, чтобы не погибнуть — страна наводнена немцами, наша армия под их полным контролем, постоянно идут расстрелы.
Женщина говорила осторожно и сгладила многое — рымынской армии как таковой уже не было, она на четверть, а иной раз на треть состояла из немцев, а офицеры и унтер-офицеры наполовину из вермахта. И как показали бои на восточном фронте, то была необходимая мера — румыны не желали умирать за интересы «Еврорейха», и при виде множества русских танков старались бежать как можно быстрее, особенно сейчас, когда маршал Кулик начал свое наступление, полностью разгромив всю группу армий «Юг». И это был, как ни странно, подходящий момент для переворота — находящиеся в тылу запасные части и срочно выдвигаемые к «фокшанским воротам» соединения не имели внушительной германской «составляющей», к которой все испытывали резкую антипатию. К тому же приставленный Антонеску к королю советником его «личный друг» генерал Константин Санатеску уже сплотил военных заговорщиков — гарнизон Бухареста, включая командующего с начальником штаба, уже был готов к выступлению. Все понимали, что нужно поторопиться, пока немцы изыскивают собственные резервы. Лидеры всех трех влиятельных партий — либералы, царанисты и коммунисты — идею переворота одобрили, и обещали широкую народную поддержку. И сейчас король со своей матерью ожидали Санатеску, который должен был принести важнейшее письмо от самого маршала Кулика…