Герман Романов – Год победы (страница 18)
Швеция не воевала век с четвертью, причем ее последняя война была с Наполеоном, а до этого с Россией, в которой и была утрачена Финляндия. Впрочем, все четыре последних войны с русскими заканчивались именно печальным результатом, и каждый раз Стокгольму приходилось идти на уступки своему могущественному «восточному соседу». И сейчас придется пойти, потому что поражение в войне неизбежно. Вопрос только в сроках, причем очень недолгого времени, судя по всему. Советская и английская авиация постоянно бомбит территорию страны, целя по военным заводам, рудникам и портам, иногда достается и городам, но «щадяще», хорошо видно, что британцы не настроены воевать всерьез, как с немцами, да и русские действуют не в полную силу. И все потому, что на территории оккупированной ими Финляндии нет повстанческого или партизанского движения, как и актов саботажа — Маннергейм здесь выступил с категорическим запретом. Да и политики быстро осознали, что это ничего не даст, кроме проблем финскому населению. Нет, брать заложников и расстреливать, как поступают немцы, русские не будут, возможно, так бы действовал Сталин, но не маршал Кулик. Тот просто выселяет хуторами на «историческую родину финно-угров», куда-то за Урал, за Полярный круг, очень далеко. Так что ни к чему «малую войну» устраивать и озлоблять «рюсся», пока есть возможность договориться с ними и вернуть население на родину, пусть и в «великое княжество Финляндское», как его заверил в письме Черчилль.
Да и против кого саботаж будет направлен — англичане станут первой жертвой, а этого категорически не хотелось, так как с английским командованием было установлены тесные связи, да и боевые действия на сухопутном фронте почти не велись. А вот транспорты с железной рудой субмарины Ройял Нэви топили без всякой жалости, стоило им только выйти в море. Зато малые каботажные пароходы, снующие между датскими и шведскими портами в проливе, пропускали, но там кригсмарине установило жесткий противолодочный патруль, прорваться через который было затруднительно даже для англичан, а русские вообще не пытались — они действовали до траверза Готланда, и лишь иногда доходя до Мемеля и Кенигсберга.
— Ваше величество, скажу прямо — надо заканчивать с этой войной именно сейчас, потом не получится получить
— На чем основа ваша уверенность, барон?
— На нефти, ваше величество, которая есть «кровь войны». С пустыми бензобаками люфтваффе и панцерваффе практически бесполезны, а с одной инфантерией, под непрерывными бомбежками, долго не провоюешь. Да, какие-то запасы у рейха есть, идет выработка жидкого топлива из угля, что-то добывают из скважин — но там очень мало. Да, есть нефть из Ирака, возможно из Персии, но она далеко, и ее транспортировка крайне затруднена. К тому же русские, судя по всему, твердо вознамерились захватить все нефтепромыслы, и в течение двух недель полностью захватят Румынию.
— Почему вы так уверены, барон?
— Когда главные силы панцерваффе в Испании, а у маршала Кулика под рукою несколько тысяч великолепных танков, исход противостояния становится ясным. Гитлер рискнул выиграть войну одним ударом, и это было возможно. Но сейчас он ее проиграл — наступают неотвратимые последствия. Такова цена ошибки, которая была неизбежна.
— Румынская армия может стать на защиту собственной столицы, еще ничего не потеряно, можно переломить ситуацию…
— Простите, ваше величество, я воевал вместе с румынами против немцев в прошлый раз, а потому осмелюсь напомнить, что за войну они трижды сменили лагерь. Сейчас будет такой же кунштюк, я вообще удивлен, почему молодой король медлит, ведь русским танкам до его столицы один бросок. Маршал Кулик такой выгодный момент никогда не упустит, и поверьте — он настроен крайне серьезно, и десант бросает в сражение, когда полностью уверен в победе. Именно уверен, это было уже несколько раз, я сам тому свидетель. А дальше его танки пройдут через Болгарию без всякого сопротивления, их будут встречать с цветами. И повернут на Босфор — Турция в войне, и щадить ее не станут. После чего поставки иракской и персидской нефти будут практически пресечены. Агония «Еврорейха» затянется на полгода, максимум на год, вряд ли больше.
Маннергейм закончил твердо, он уже проанализировал ситуацию, и был уверен в точности своего прогноза. Король, видимо, тоже долго думал, раз машинально кивнул, соглашаясь.
— Как только Румыния выйдет из войны, и нефтепромыслы Плоешти будут у русских, нам следует озаботиться собственным будущим. У нас нет другого выхода, как немедленно выйти из войны, и если потребуется снова вступить в нее, но уже на другой стороне, как написал мне премьер-министр из Лондона — «на стороне добра против зла». Независимости у вашей страны больше не будет, но я питаю надежду, что Финляндия не станет «великим княжеством», а получит статус в унии со Швецией. Правда, я не знаю, как англосаксы будут уговаривать русских, но они это обещали твердо…
Глава 24
— Мой фюрер, в Испании англосаксы выставили против нас три десятка только своих собственных дивизий, причем не считая разгромленных нами. Бронетанковых соединений у них не меньше, чем у нас, и в каждой до трех сотен танков. Да, «шерманы» и «кромвели» не идут в сравнении с «леопардами», но их вдвое больше. Кроме того, достаточно сильные по составу танковые батальоны присутствуют в каждой «подвижной» дивизии, а у них все таковые, пусть именуются пехотными. Нужно учесть и те испанские дивизии, что укомплектованы коммунистами и бывшими республиканцами — их американцы тоже вооружили до зубов. И там воюют русские генералы и офицеры, которые сражались в Мадриде еще в тридцать шестом — это профессионалы с огромным опытом войны, танкисты и летчики, артиллеристы и пулеметчики. И все они воевали против нас на восточном фронте. Не стоит их недооценивать, они командуют полудюжиной дивизий, включая одну танковую на трех сотнях «шерманов». И главное — мы не знаем, сколько у англосаксов припасено дивизий на проклятом «острове», но они перебрасывают их из резерва одну за другой — в бой пошли уже канадцы и непонятно откуда взявшиеся южноафриканцы, а с ними всякий сброд, набранный в Новом Свете, которых с потрохами выкупил Рузвельт.
Гудериан возвратился из короткого визита в Бургос разъяренным до крайности — фельдмаршал был ошарашен резко изменившейся обстановкой, причем на всех фронтах. В группе армий «Юг» произошел самый настоящий «обвал», ведь все три линии обороны — по Южному Бугу, Днестру и Пруту — на которые так рассчитывали, были пройдены русскими играючи. Маршал Кулик буквально взломал их сразу несколькими танковыми армиями, введя в бой полчища «сорок четвертых». А в тылу, пользуясь огромным превосходством в авиации, стали выбрасывать один десант за другим, что привело румын в панику. Немцы, может быть, и выстояли, но нестойкие духом союзники дрогнули и сразу побежали, и даже генерал-полковник Модель не смог их остановить, хотя считался в вермахте «гением обороны».
У группы армий «Восток» тоже настали неприятности — в декабре фельдмаршал Роммель смог далеко оттеснить англичан на восток Персии, но сейчас свое давление прекратил, и начал переброску дивизий в обратном направлении — русские из центральных районов Персии перешли в наступление сильными танковыми группировками. И успешно — продвинулись далеко на юго-запад, и в одном переходе до Басры. Затрещал и Кавказский фронт — русские навалились на турок, как-то ухитрились сбить тех с перевалов, и начали продвигаться вглубь нагорья, в точности как в прошлой войне. И успешно, их ВВС фактически уничтожили малочисленную турецкую авиацию, и сейчас наводили на османов ужас своими бомбардировками.
Теперь большевики начали наступление на всем восточном фронте. От Риги до Карпат вот уже сутки постоянно грохочет, не переставая ни на минуту, артиллерия, но еще непонятно, где «советы» нанесут главный удар — или в Белоруссии с Курляндией, либо на Украине, и там и там будет крайне опасно, если хотя бы на одном участке позиции «взломают». А там, в прорыв будут сразу вводить механизированные корпуса, что сейчас находятся во втором эшелоне и терпеливо ожидают, где им сделают «дыру». И делать это умеют — «взлом» происходит за сутки, и продвигаются танки быстро.
— Что вы предлагаете, Гудериан? Вы сами видите, что творится на фронте⁈ Везде нужны резервы, а у меня их нет!
Сорвавшийся до истерики голос Гитлера, как ни странно, но успокоил «отца панцерваффе» — все же два неврастеника для руководства боевыми действиями это чересчур много для вермахта, который в такой ситуации будет неизбежно разгромлен. А потому Гудериан быстро унял раздражение, и спокойным тоном произнес, склонившись над картой: