Герман Романов – Год победы (страница 15)

Маршал сейчас не сомневался, что именно это обстоятельство стало отправной точкой изменения привычного хода войны. Наступать на Сталинград и Северный Кавказ вермахт оказался не в силах, потери за зимнюю кампанию не удалось восполнить. Потому решение сокрушить Британскую империю оказалось вполне логичным, тем более в войну вступила Япония, пусть и с непонятным запозданием, словно в декабре в Токио пересмотрели планы в последнюю минуту, и остановились, чего-то ожидая.

— И совсем непонятно, с какого бодуна самураи на нас полезли, и опять же, почему Камчаткой сразу не овладели, а стали дурью маяться. К тому же даже Квантунскую армию не развернули толком для решительного наступления. Вне всякой логики, разумного объяснения нет, одни догадки.

Григорий Иванович закурил папиросу, размышляя. На этот вопрос маршал не находил четкого ответа, сколько не ломал голову над загадкой, которая напрочь выламывалась из последовательности. И опять же — не имелось разумного объяснения тот цепи невероятно счастливого для японцев стечения обстоятельств войны на море. Ямамото не только не погиб, он раз за разом срывал куш, пока на Курилах зубы не обломал, потеряв там в одночасье три устаревших линкора.

— В сорок втором мы получили серьезную передышку, при этом военная промышленность полностью развернулась, значимые танковые заводы в Ленинграде и Сталинграде заработали на полную мощность, про другие и говорить не приходится. А заплатили за все англичане целой чередой поражений. Вроде все объяснимо, но несуразность какая-то происходит. Такое ощущение, что кто-то кроме меня тоже вмешался в события — и это Гудериан, вернее некромант, который в нем оказался, не иначе…

Кулик не договорил — последние две недели он мучился над загадкой. Да, «леопарды» очень серьезный противник, грубо говоря «привет из будущего», но в тоже время совершенно непонятно, почему на восточном фронте не осталось серьезных танковых объединений панцерваффе. Все армии были загнаны в «дальние углы» будто специально, с расчетом, что не успеют возвернуться на советскую территорию.

— Ничего не понимаю, засуетились только сейчас, эшелоны с танками ползут по Венгрии, и неизбежно опоздают. Нам будто подставили румынские нефтепромыслы, и сейчас по ним можно нанести ужасающий удар. А из Киркука доставлять нефть далековато, тем более, если мы прорвемся до «фокшанских ворот», то немедленно поверну армию Черняховского во Фракию, на Босфор, куда надо выйти как можно скорее. Багдадская железная дорога будет перерезана, и тогда все перевозки нефти из Леванта и Палестины пойдут только морем до Италии, может в южные порты Франции. А это серьезный крюк, при очень растянутых и уязвимых коммуникациях, которые итальянский флот не защитит, если союзники прорвутся через Гибралтар, а они могут это сделать, силы имеются. И тогда…

Маршал бросил в пепельницу потухшую папиросу, закурил новую. И подойдя к настенной карте, провел несколько линий. Выходило, что с потерей Плоешти, нефтепромыслы Киркука не смогут обеспечить бензином «Еврорейх» от слова вообще. Да, есть «синтетика», кое-что добывают в германии и Венгрии, но четырех миллионов тонн никак не наберется, при потребности в двенадцать. И это при скромных подсчетах, исходя из сорока тысяч тонн жидкого топлива, которое поглощает РККА в среднем за сутки войны. А тут вермахт, технически оснащенные более серьезно, и при этом треть пехотных дивизий стала моторизованными.

— А ведь это все, «схлопнется» рейх, как и произошло в реальности, когда Румыния «переметнулась». Смогли воевать только восемь месяцев, и то с трудом. Сейчас произойдет просто обвал, какое-то время протянут на запасах, и все — пустые бензобаки. И три танковые армии с Пиренейского полуострова просто так не выдернешь, там пропускная способность железных дорог невысокая. Интересно-то как — один «прокол», и «Еврорейх» лопнет. Не сожмется как пружина, что произошло с Германией, после «Оверлорда» и «Багратиона», а именно лопнет, как насосавшийся клоп, причем с одномоментной потерей всех танковых армий.

Вывод ошарашивал, но это походило как раз на правду. Цепь непрерывных побед и появление огромного по территории «Еврорейха», вело последний не к победе, а к неизбежной гибели, потому что удержать завоеванное просто не хватало сил в войне не на два, а уже на несколько фронтов. И в растерянности от сделанного вывода, маршал пробормотал:

— А что на самом деле удумал тогда «некромант»…

В РККА еще в довоенное время постоянно проводились всевозможные эксперименты по перевозке легкой бронетехники по воздуху, и различных способов ее десантирования. Были даже вот такие весьма экзотические…

Часть вторая

Глава 20

— Скоро наступит второй «Ютландский бой», Брюс, которого мы так долго ждали. Надеюсь, что на этот раз мы перетопим здесь тевтонов, бежать им просто некуда, если только не прорываться в Сингапур через Малаккский пролив, что будет сопряжено с потерями.

Командующий Восточным флотом Британской империи, адмирал Джеймс Сомервилл после сказанных слов замолчал, отпив глоток чая из фарфоровой китайской чашки. Традиционный английский напиток стал немыслимой роскошью после захвата японцами Цейлона, а потом и высадке на острове немцев, которые отправляли собранный лист в «Еврорейх», а именно так сейчас именовали объединенную прусским «железом и кровью» Европу. Никогда еще Британская империя не находилась в столь ужасном положении, как за последние полтора года войны, и все адмиралы Королевского Флота это прекрасно понимали. Позапрошлым летом разом утратили всю северо-восточную Африку вместе с Египтом и Суэцким каналом, затем Палестину с Сирией. Потом Ирак с его нефтепромыслами, практически целиком Аравийский полуостров, отвоеванную у итальянцев Эфиопию с Сомали. И что хуже всего — утратили Бирму с Цейлоном, а затем большую часть Индии, где вспыхнул страшный мятеж, затмивший своим размахом знаменитое сипайское восстание. К этим потерям можно «приплюсовать» китайские станции, малайскую федерацию с Брунеем, и главную крепость азиатских владений — Сингапур. Весь прошлый год пытались отвоевать хоть часть потерянного, но лишились персидских нефтепромыслов, по которым прошлись танки «лиса пустыни» — фельдмаршала Роммеля. Но сейчас того «окоротили» пришедшие на помощь русские — вроде бы наступают успешно, можно надеяться на лучшее, большевики научились воевать за два с половиной года, а то поначалу даже Би-Би-Си признавало, что у Сталина «дела неважнецкие», а победные реляции из Берлина звучали крайне удручающе.

Да и Ройял Нэви до прошлой осени не знал громких побед, потускнела его слава. Проклятые тевтоны еще с прошлой войны доказали, что умеют воевать с непобедимым Королевским Флотом, а сейчас люфтваффе стало даже более опасным противником, чем кригсмарине, что наглядно показала Критская эвакуация, в которой было потеряно несколько крейсеров. Затем пять линкоров отправила на дно японская авиация — два у Сингапура, три у берегов Сомали, что стало страшным ударом по репутации. А нокдаун был получен в злосчастном «новогоднем бою», когда от артиллерийского огня трех быстроходных германских линкоров погибли новейший линкор «Хоу» и старый линейный крейсер «Ринаун». Да еще немцы своими планирующими бомбами чуть позже потопили одну из «королев» во время португальской высадки. В общем, от линейного флота Британской империи, ее станового хребта, осталось меньше половины, и это подействовало удручающе на все английское общество — все поняли, что «владычица морей» окончательно потеряла свою доминирующую роль.

Не меньший урон принесла развязанная вражескими субмаринами «неограниченная подводная война», вся Атлантика превратилась в обширную зону боевых действий. Потери в конвоях поначалу были чудовищные, когда Дениц перешел к тактике «волчьих стай» — иногда казалось, что промышленность Англии остановится из-за нехватки сырья, привоз которого в порты стал катастрофически снижаться. Но на «пиратов фюрера» нашли управу в виде новых модификаций самолетных радаров и корабельных «асдиков» с реактивными бомбометами, хотя ожесточенная битва за Атлантику продолжалась — у немцев появились субмарины со шнорхелями.

Но Сомервилл, испивший, как и другие адмиралы Ройял Нэви, горькую чашу поражений', был упрям, как джентльмены «викторианской эпохи» — английские моряки продолжали отчаянно сражаться, вцепившись в немцев мертвой хваткой знаменитых бульдогов. И перетерпев страшные неудачи, добились своего — в одном из норвежских фьордов был потоплен пятитонными «толбоями» линкор «Гнейзенау». Затем наступила очередь «Шарнхорста», на свою беду залезшего далеко в арктические воды, но вместо избиения русских транспортов нарвался на американский линкор «Айдахо», что следовал в охранении конвоя. Избитый 356 мм снарядами вражеский рейдер вмерз во льды у берегов Новой Земли, рядом с ним попал в ледовую ловушку и крейсер «Кельн». Примерно треть экипажей, может чуть больше, вывезли сами немцы, используя ледовые аэродромы, которые английская авиация постоянно бомбила. Большинство моряков стало жертвами арктических холодов, насмерть замерзнув, и русские, отправив собачьи упряжки со своими самолетами, пленили около двух сотен немцев, с превеликой охотой сдавшихся в спасительный плен, в который их три месяца никто не мог взять. Любые спасательные операции в Арктике всегда были накладными, очень «дорогим удовольствием», да и зачем спасать германских пиратов, когда они сами никогда и никого там не спасали — поделом им и мука.