Герман Горшенев – План номер ноль (страница 51)

Пока с прямым штурмом пауза, но упрямство никуда не делось. Мост отлично стоял. Весь такое мощный, сделанный из хладонита. Если человечков нельзя закидать камнями и копьями, а потом взять нахрапом, то можно сломать то, на чём они решили себе дом сплести. Долго? Вот если бы это были не тавры. Быки самоотверженно стучали и даже разнесли часть перил в начале моста, ещё активно гремели по основной конструкции, пытаясь расколоть основание. Хладонит прочен как камень, но это не броня линкора. Долбили часа два. Да, прогресс есть, и ещё неделя, и, возможно, но не точно, у них получится. Сорок две капли звёздной крови безвозвратно. Восстановить конструкцию? Да, нет? Издеваюсь, наверное, над трудолюбивыми коровами? Да. Мост снова как новенький. Быки не тупые, но нужно проверить. А вдруг случайно? Ещё два часа, и ещё минус сорок две капли. После второй попытки, немного постояли, поморщили морды на вновь оставшиеся без единой царапины граненые перила, которые они хотели разнести, и на этом попытки повлиять на сооружение завершились.

За всем этим пропустил ещё одно изменение. Внизу орала подруга, пытаясь привлечь моё внимание. Высота — это хорошо. У копытных не имелось луков, иначе всё завершилось бы очень быстро. Именно потому, что швырять копья приходилось вверх, они не причинили больших проблем. Но конкретно сейчас Длань указывала на другое. Вода опять начала прибывать. Напирающая вода заставила быков отойти чуть дальше. Кидать с такого расстояния было уже совсем далеко. Дальняя опора стояла чуть ниже, и вокруг неё намёрз целый ледяной торос, а вот со стороны быков льда собралось чуть меньше, но поток шёл гораздо сильнее. Ключевое слово хладонит. Как мне объясняли, минерал, созданный для того, чтобы поддерживать ледяные шапки высоко в горах, на которых оседает вода, и чтобы не кончался поток рек, стекающих с горных ледников и питающих равнины.

Именно в этом смысл. Вода обтекала мост, замерзала, натекала и слой за слоем поднимала ледяную гору, по обе стороны опор, а самый сильный поток превращался в огромную струю, проносящуюся между ледяными горами. Снизу поднимались фонтаны брызг, оседая влагой на верёвках и не сильно тёплой одежде висевших под мостом людей. Сам уровень вроде дальше пойти не должен, со стороны второй опоры была большая каменистая и холмистая равнина, которая превратилась в настоящий архипелаг разноразмерных островов. Такое усиление воды, хоть и отогнало тавров, но принесло проблему обледенения. Холод по сухому или мокрому, а ещё в промокшей одежде — это другое.

Прямо на глазах поднялась бурная река, принося сосульки и корку льда на верёвки. Все с ужасом смотрели, как лёд пропитывает сооружение, утяжеляя общественный гамак и как на одежде появляется ледяная корка. Ледяные торосы образовались такой высоты, что давно перехлестнули через перила и погрузили в лёд моего любимого шестирукого и его напарницу напротив, даже близняшки оказались заморожены по пояс. Копытные теперь без веской причины не уйдут, и нас ждёт огромное стадо, но если не сделать что-то быстро, то мы просто от холода сдохнем.

В голову пришла отличная идея. На первой четверти моста, большинство трупов быков уже ушло в ледяной монолит, но лежало несколько сильно бодрых, что раскроили близняшек и продвинулись сильно дальше. Они пока были в доступе. Особой одеждой дикие быки себя не обременяли, зато старались украсить свои плечи шкурами или тряпками, скорее всего снятыми в бою с аборигенов и считавшимися трофеями. Я не знаю, просто предположил. Кроме того, имелись и широкие пояса, совмещённые с набедренными повязками. Насколько это выполняло функционал знаков приличия — сказать сложно, но на них подвешивали ножи, непонятные косточки и ещё что-то. В любом случае — это довольно большие шкуры, которые обматывали вокруг бёдер.

Приготовил нож и попытался быстро прошмыгнуть, и срезал приглянувшийся плащ и содрать ещё две шкуры. Собрать всё даже не рассчитывал. Только наглость и неожиданность позволила мне это сделать. Потом тавры сообразили. Накинул сверху здоровенную и косматую шкуру. Не думаю, что она нужна для одежды, но, скорее всего, раньше её носил крупный хищник, и она являлась предметом гордости и значимым охотничьим трофеем. Побежал. Прикрылся вовремя, приняв пару камней на плотный мех. Кидали мелкие, но шустрые и внимательные. Просто почувствовал, что надо. Словно кот вывернулся, пропуская над собой копье и несколько камней. Кидали уже старшие, куда сильнее, чем приставленный сторожить мост молодняк, но второй залп был уже далеко. Я уверенно выскочил из зоны обстрела.

Кстати, мост убил несколько диких восходящих. Самыми сильными были те, с кого я предметы туалета подрезал, но имелось и не мало деревянных дохлых быков, но все они валялись ниже по мосту, и оказались недоступны из-за льда и активного камнепада. Руны и несколько капель удалось собрать только с ближних. Хоть что-то, а то звёздная кровь на этом сооружении просто рекой льётся.

Чинно поднявшись к ледяному замку, позвал наёмницу. Она сейчас водоплавающая и почти не мёрзла, в отличие от остальных. Подруга взяла на себя роль курьера. Все остальные были уже в таком состоянии, что посылать замёрзших людей по верёвкам виделось опасным. Передал шкуры и думал, как ещё оградить народ от холода. Вспомнил разговор, про принести кровать с собой в руне, а не как мы, прямо на полу ледяного замка. Интересная идея, и я заорал: «Хочу кровать!».

— Чего ты там кричишь, — отреагировала Длань, висевшая под мостом.

— Кровать хочу, кровать хочу, кровать хочу! — и ещё несколько раз повторил я на языке народа Воды, едином, глобише, межгалактическом, и даже чирикнул на универсально ксено, но ничего не произошло.

— Ты прям тут, на свежем воздухе решил задницу на отдых пристроить? — искренне удивилась подруга.

— Дорогая, ты прелесть! — и забежал в хладонитовый замок.

Зачем кровать на мосту? Может быть, было бы приятно поспать под звездным небом, но это, наверное, экзотика, и мостостроевцы такого не предусмотрели. Стал около двери просторного помещения. Для крепостного сооружения ажурный замок совсем мелкий, но для комнаты — это прямо тронный зал, квадратный, со стороной метров пятнадцать, с крошечным столиком в углу, с которого я поднос с едой и вино таскал. Всё остальное пространство было пусто.

Заорал, что хочу кровать. Ну да. Я не рассчитывал, что дадут за так, и тридцать шесть капель улетело безвозвратно, но кровать я получил. Меня интересовала, конечно, не сама кровать. Если всё так дорого и богато, то наверняка будет и постельное бельё. Не таскать же с собой простыни и одеяла? До последнего боялся, что, как обсуждали с Дланью, нужно мебель приносить с собой, но всё оказалось отлично. Есть мебель. Сдёрнул подушки, покрывало, сразу три простыни, и одеяло. Оно одно, зато почти вдвое больше кровати, которая сама по себе шире двуспальной в полтора раза. Убрать кровать и заказать заново. Тогда удастся получить два комплекта постельного белья. Есть вероятность, что мне отдадут ту же кровать с постельным бельем, которое я уже стащил, но не получилось. Кровать так и осталась, и ничего не происходило. Ладно, всё равно это целая груда тряпок, в которые можно отлично завернуться.

Матрас разодрать не удалось. На ощупь он мягкий, словно наполненный вязкой жидкостью, но прорезать его ни сбоку, ни сверху не удалось. Ткань имела ворс, вроде волос, очень пушистых и мягких, но под ней оказалось прочнейшая основа. Мех в четверть миллиметра срезать можно, он отлично сбривался, оставляя проплешины, а вот дальше нож не шёл. Тратить тридцать шесть капель звёздной крови безвозвратно или вдвое больше — нет никакой разницы. Я и так уже столько задолжал победоносному, что на такие цифры не смотрю. Буду отрабатывать, но сейчас мне было плевать. Не в первый раз становлюсь богатым, а потом опять скатываюсь к самому дну бедности. Эксперимент удался отчасти. Попытка заказать стол, стулья и самые разные варианты гамаков, откровенно провалилась. Пробовал всё, с чего можно снять чехлы, накидки или использовать как одеяла. Но больше ничего вызвать не удалось.

Пол был почти прозрачен. Основную оптическую преграду представляли ажурные граненые перила и стены. Снизу на меня смотрело множество удивленных глаз. Длань размахивала руками, показывая, что идея отличная, и ложе что надо, но она пока не готова попадать в мозговые волны хрустального замка в центре моста, чтобы её опробовать. Шутим конечно. Наёмница опять скользнула вверх по верёвкам, забрать очередную порцию тёплой экипировки. Она давно знала, что за всё на этом чудном мостике приходится платить, причём по тарифам для самых знатных и величественных господ, но также махнула на это рукой.

С одеждой вроде всё. По крайней мере, мне в голову больше ничего не приходило. Хладонитовый мост обдавал холодом, а маленького котелка и сковородки с огнем хватало только на обогрев рук. С водой проблем не было, даже тёплой. Её приспособились набирать прямо в реке. Вода внизу быстрая, но чистая. Кувшинчик из-под вина, который я передал вниз, привязывали к тонкой и длинной веревке, а потом в нём и грели. В обращении ходило уже несколько подобных сосудов, а вот с едой намечались проблемы. Кстати, лично меня мост не трогал, а прекрасно грел. Симбионт подтвердил, что это не галлюцинация, когда отмирают от обморожения нервные окончания, а конкретное поступление энергии в тело, хотя вокруг холодина. Как работает не знаю, но если хочу согреться, то просто надо на мост лечь, полежать, а в точке контакта меня и ледяного моста действительно возникает тепло.