Герхарт Гауптман – Перед восходом солнца (страница 72)
И только что за край его взяла,
Вдруг колокол, как будто уязвлен,
К высотам устремил громовый звон
И долго выл, как львица, через тьму,
Сквозь царство гор, к владыке своему.
Утопленницу видел я: она
Волной волос была окружена,
Она рукою бледной и худой
В металл, качаясь, билась под водой,
И каждый раз в приливе новых сил
Он с бешенством удвоенным грозил.
Я стар и много видел там на дне,
Но дыбом стали волосы на мне.
Мы скрылись все. Когда бы ты был там,
Не стал бы рыскать ты по всем кустам,
Не стал бы ты о сильфочке тужить.
Дай ей среди цветов ее пожить,
Что до меня, – слуга покорный я.
Черт побери, тогда она моя!
Да здравствует небесный Зодиак,
Себе я самому совсем не враг:
Когда я тело теплое найду,
На что мне эта мертвая в пруду!
Кворакс, брекекекекс! Го-го! Так-так!
Я вижу, ты, любезный, не дурак!
Так ты других козявок не мани,
А только этой голову сверни.
Ищи ее, ищи, хоть десять лет,
Мечись и обыщи весь белый свет,
Ее ты не найдешь нигде. Она
Теперь в меня, как кошка, влюблена.
А козлоногих ей не предлагай,
Не надобно. Ты понял? И прощай!
Иди себе, а мне, брат, нужно вниз:
Дороги наши, значит, разошлись.
Мне надо быть с молоденькой женой,
И я ее покорный Водяной.
Как верно то, что в небе звезд не счесть,
Что у меня рога и бедра есть,
Что рыбы вечно плавают в воде,
А птицы так и сяк и кое-где,
Так верно, говорю я не шутя,
От человека ты родишь дитя!
Так доброй ночи! Спи, счастливый плут!
Кусь! Кусь! Бегу! Козявочке капут!
Лесной Фавн с веселыми прыжками убегает. Виттихен выходит из хижины и раскрывает ставни.
Пора вставать. Уж утро наступает.
И было же здесь шуму эту ночь.
Поет петух.
Ну, ты заклянчил: кикерикики…
Ты, прогоняльщик сна, и без тебя
Все знаем, что случается, пред тем как
Такой вот петушишко запоет:
Наседка ночь сидела и снесла
Яичко золотое. Там на небе
Оно и светит. Снова свет придет.
Пой песенку и ты, пой песню, зяблик;
Приходит новый день, да, новый день.
Да нет ли тут хоть огонька какого
Бродячего или чего-нибудь?
Хотела бы кругом яснее видеть
И не взяла как раз карбункул свой.
Нет, не забыла.