Георгий Комиссаров – WW II Война, крах Маннергейма (страница 16)

Разведывательные органы на начало войны обладали подробными сведениями об оборонительных сооружениях линии Маннергейма.

Но несмотря на это, в Ленинградском военном округе утверждали, что данных было недостаточно.

Части готовились в расчете на совершенно другую местность. А в условиях лесистой местности Карельского перешейка дивизии были недостаточно мобильны.

Получилось так, что тяжелая артиллерия направлялась в труднопроходимые районы с недостаточным количеством дорог, в то время как она была необходима в первую очередь для подавления огневых точек на линии Маннергейма.

Примерно половина соединений, задействованных уже на начальной стадии войны, были переброшены из-за пределов Ленинградского военного округа, и у них не было времени для ознакомления с районом боевых действий.

Опыта боев в условиях заснеженной, не имеющей дорог лесистой местности не было.

Что касается командования, то по моему мнению, главной бедой было то, что в ходе необходимых сталинских чисток конца 37-38-х годов были арестованы и казнены десятки тысяч командиров, как старшего, так и младшего состава.

На ответственные посты были назначены неопытные офицеры, так как требовалось быстро заполнить вакансии, образовавшиеся в результате чисток.

Как я быстро выяснил на месте, важнейшим объяснением стойкости финнов был сильный дух финской армии, вопреки ожиданиям командования Красной Армии.

У финнов было преимущество «своего поля». Несомненно, боевой дух армии укрепляло то, что она сражалась, защищая свою родину, а противник был очевидным агрессором.

Сталинский Советский Союз был совершенно иным государством, нежели та социалистическая революционная Россия, на которую в 1918 году возлагали свои надежды многие финны.

Теперь финны сражались на своей земле против чуждого и устрашающего агрессора. Особенно яростно сражались части, сформированные из жителей приграничья: они знали местность и защищали свои дома в буквальном смысле.

Хорошо моторизованным советским частям финны могли противопоставить высокий уровень личной тактической и стрелковой подготовки.

Одной из сильных сторон финской армии было то, что у рядовых были отличные навыки владения оружием, они метко стреляли и могли оптимально сосредоточивать огонь, в том числе с использованием автоматов и пулеметов. Это объяснялось высокой индивидуальной стрелковой подготовкой, которую получали военнообязанные, и навыками, поддерживавшимися в шюцкорах – народном ополчении.

Примерно треть полевого состава финской армии входила добровольцами в организацию шюцкоров, поддерживавшую дух и навыки обороны страны.

Другой сильной стороной финнов была тактическая подготовка, включавшая в себя умение вести бой небольшими, до взвода, подразделениями, выбирать оборонительные позиции, использовать местность и сооружать заграждения из подручных материалов.

Финны также эффективно использовали особенности местности при несении

дозорной службы.

Они могли скрытно преодолевать большие расстояния, маскируясь и вводя нас в заблуждение.

Наряду с хорошей тактической подготовкой рядового состава требовалось знание местности, а от высшего и среднего командного состава – особые тактические и командные навыки. Умение ориентироваться на местности было всеобщим.

По показаниям финских пленных, в сложных ситуациях, когда наблюдалась нехватка боеприпасов, финским солдатам приходилось беречь патроны и соблюдать огневую дисциплину. Это позволяло снижать потребность в снабжении припасами.

Серьезным фактором, оказавшим существенное влияние на ход боевых действий, также было то, что финны в целом превосходили нас в способности передвигаться на местности и умении ходить на лыжах.

Практически вся финская армия ходила на лыжах, в то время как личный состав Красной Армии был к этому полностью неприспособлен, за исключением пограничных частей и соединений, дислоцировавшихся вблизи границы еще в мирное время.

Тактика партизанской войны также разрабатывалась в Финляндии еще до войны.

Была предусмотрена экипировка для лыжных отрядов, сформированных для действий в условиях глухой местности, во время войны она была усовершенствована.

Снаряжение было легким, и вся амуниция умещалась за спиной военнослужащего и в волокушах. Продовольствие добывалось у местного населения или с наших захваченных складов.

Благодаря своему опыту и снаряжению финские войска страдали от трудностей зимы в меньшей степени, чем наши.

Они располагались в заранее подготовленных оборонительных сооружениях и районах сосредоточения, в обогреваемых землянках, укрытиях и лагерях в лесных массивах.

Экипировка финнов соответствовала условиям зимней войны. И хотя военной формы не хватало на всех, одежда сельских жителей была вполне пригодна для лесных условий.

Система укреплений, опорные пункты, приспособленные к рельефу местности, заранее подготовленные зоны обстрела так же показали свою высокую эффективность.

Как я уже убедился, «линия Маннергейма» была настолько надежным оборонительным рубежом, что для ее прорыва нам были необходимы длительные приготовления и концентрация ударных сил.

Так же я выяснил из показаний пленных, что радиоразведке финнов удавалось перехватывать часть шифрованного обмена Красной Армии и Военно-Морского флота.

Особенно это относилось к радиограммам танковых и воздушных соединений.

Это помогало финским частям заранее знать о наших намерениях и наносить упреждающие удары.

В глухих местах советские части в большей степени зависели от радио, чем на Карельском перешейке, где связь по телефону и через посыльных защищала сообщения от прослушивания.

Однако, как я узнал от тех же финских пленных, умения и навыки командного состава финской армии не были во всем уж такими безупречными. В целом они основывались, как и у нас, на принципе личного примера.

В этом духе в мирное время воспитывались офицеры-резервисты, командовавшие теперь ротами и взводами. Их высокая идейность и образцовое чувство долга приводили к тяжелым потерям среди комсостава.

Однако, финские командиры были более инициативными. На многих участках, где ситуация складывалась для финнов настолько безнадежно, командиры рисковали и ослабляли в целом линию обороны, чтобы сконцентрировать силы на главных направлениях. Такой риск часто приводил к их значительным успехам.

Одной из самых слабых сторон финнов было отсутствие опыта организации масштабных наступлений. У финнов просто не хватало частей, чтобы достичь хотя бы местного превосходства, а умения организовывать контрнаступление недоставало. Поскольку на долгие приготовления времени не было, контрнаступления зачастую проваливались из-за неудачного выбора времени. Попытки выпрямить линию фронта и, в особенности, неудачи в ходе наиболее значительных контрнаступлений стоили им больших потерь.

В локальных боевых действиях финны были вполне умелыми.

Группы лыжников повреждали советские линии связи, устраивали засады на маршрутах движения транспорта, нападали на тыловые части. Несколько большие части финнов совершали атаки на фланги и тыл Красной Армии.

Главнейшим недостатком финской армии была ее малочисленность.

В целях экономии средств не все лица призывного возраста были обучены. Части из резерва во время войны приходилось в боевую готовить в срочном порядке. Участвующие в затяжных боях и все уменьшающиеся фронтовые части не получали достаточного пополнения, а когда оно все же поступало, то из-за отсутствия боевого опыта было беспомощным.

У финнов было мало артиллерии и самолетов. Большинство пушек были старыми, да и значительная часть снарядов оказывалась неразорвавшимися. Однако главной проблемой была нехватка снарядов.

Воздушные силы Финляндии были небольшими, но квалификация финских летчиков в среднем была выше, чем советских. По мнению наших летунов, финны летали при худшей погоде лучше чем советские.

Однако… тем временем… атаки финнов, повсеместно успешно отбивались, а на Карельском перешейке инициатива была по прежнему у нас.

Но здесь, прежде всего нужно было преодолеть полосу обеспечения, имевшую развитую систему многополосных заграждений.

Вся она была перегорожена колючей проволокой, перекопана рвами и эскарпами, прикрыта надолбами и оборонялась войсками, занимавшими долговременные огневые точки – доты и главным образом дерево-земляные -дзоты, а также другие оборонительные сооружения.

Но наиболее сложной задачей для нас оказалось вначале преодоление минных заграждений.

Мины применялись разные: противопехотные, противотанковые и фугасы большой взрывной силы, обычные и ловушки.

Отступая, финны эвакуировали все мирное население, перебили или угнали домашний скот и опустошили оставляемые места.

То тут, то там валялись в селениях и на дорогах брошенные как бы впопыхах велосипеды, чемоданы, патефоны, часы, бумажники, портсигары, радиоприемники.

Стоило слегка сдвинуть предмет с места, как раздавался взрыв. Но и там, где, казалось, ничего не было, идти было опасно.

Лестницы и пороги домов, колодцы, пни, корни деревьев, лесные просеки и опушки, обочины дорог буквально были усеяны минами.

Армия несла потери. Бойцы боялись идти вперед. Необходимо было срочно найти метод борьбы с минами, иначе могла сорваться операция.

Между тем никакими эффективными средствами против них мы не располагали и к преодолению подобных заграждений оказались неподготовленными.