Георгий Арси – Краля без масти (страница 13)

– Чудно! А Марии имя этого господина, что в Москве незаконным сбытом правит, известно ли? – спросил Альт.

Вольдемар Афанасьевич задумался, почесал затылок и наконец-то промямлил:

– Чего не знаю, того не знаю. У неё со студентом свои тайны. Мне не сообщали, да я и не спрашивал.

– Скажи-ка, коль про тюрьму речь пошла. А ты-то кто теперь по масти? Бродяга, шпанка или босяк? Говорят, в тюрьме каждому чин дают, – устало уточнил Альт, пытаясь мысленно охватить необъятные новости.

– Да никто! Я вообще сам по себе. Да и дочь твоя без масти пока, ведь ни разу не сидела, – ответил пьяный Притопов и широко улыбнулся, раскрыв рот с остатками зубов.

– Типун тебе на язык, – в сердцах стукнув приятеля по плечу, заявил встревоженный Герман Германович Альт.

Глава 6 Поезд с Николаевского вокзала

Из «Сборнiка законовъ, правилъ, наставлѣній и распоряжѣній правитѣльства для врачей, фармацѣвтовъ, вѣтѣрiнаровъ и прочихъ мѣдицинскихъ чиновъ. Судѣбно-врачебныя экспѣртиза. Осмотръ и освидѣтѣльствованіе мѣртвыхъ тѣлъ». Дозволѣно цѣнзурою. Изданiя 1883 годъ.

«…Прiзванный для оказанiя помощи врачъ должѣнъ доводить до свѣдѣнія полиціи о всѣхъ значитѣльныхъ ранахъ и поврѣждѣніяхъ, имѣвшихъ или могущихъ имѣть смѣртѣльныя послѣдствія, о нѣчыянныхъ и умышлѣнныхъ отравахъ, однiмъ словомъ, о всѣхъ случыяхъ насильствѣнной смѣрти. Объ умѣршихъ скоропостижно, а равно о мѣртвыхъ тѣлахъ, найдѣнныхъ на дорогахъ, поляхъ, лѣсахъ, прi рѣкахъ или другихъ мѣстахъ, полиція обязана исслѣдовать, точно ли и отъ чаго послѣдовала внѣзапныя смѣрть, и если обнаружатся видимыя и нѣсомнѣныя прiчинъ естѣствѣнной смѣрти, то полиція дозволяетъ прѣданіѣ тѣла зѣмлѣ и прѣдставляетъ составлѣнный объ осмотрѣ и произвѣдѣнномъ изслѣдованіи актъ въ полицѣйское управлѣніе. Актъ сіи должнъ быть прочитанъ родствѣннiкамъ и домашнiмъ умѣршаго, или домохозяевамъ и двумъ или болѣе сосѣдямъ, или же сѣльскимъ и городскимъ начальнiкамъ, которые обязанъ своею подписью засвидѣтѣльствовать, что актъ сіи были имъ прочитанъ; въ случаѣ сомнѣнія о дѣйствитѣльной прiчинѣ смѣрти означеныя лица могутъ изложить подъ актомъ свои сомнѣнія. Воспрѣщается врачамъ подписывать полицѣйскіе актъ на погрѣбѣніе тѣлъ скоропостижно умѣршихъ по одному лишь наружному осмотру, бѣзъ прѣдварiтѣльнаго вскрытія тѣла по правиламъ судѣбной мѣдицины…»

В день трагической гибели господина Ивана Христиановича Винагорского на Варшавский вокзал столицы, Петербургско-Варшавской железной дороги, на всех парах, грохоча железом, преодолев тысячу пятьдесят вёрст и тридцать три часа пути, прибыл скорый поезд из Варшавы. Состав отличался шикарно отделанными и богато обставленными первоклассными вагонами. Мягкие диваны, покрытые кожей, шторы из лучших гобеленов, ковры на полу, картины на стенах, хрустальные люстры на потолках, изумительные зеркала и многое другое создавало уют и способствовало достойному отдыху в дороге. Этот комфорт, конечно, предназначался только для богатых пассажиров, не жалеющих денег на собственные удобства. Однако платить за подобную роскошь тоже следовало с размахом, билет стоил тридцать рублей с небольшим. Эта сумма равнялась заработной плате рабочего средней руки за целый месяц.

Пассажиры экспресса, прибывшего в столицу Российской империи, щеголяли современными нарядами. Большинство следовало европейской моде. Вместе со всеми из вагона первого класса вышла дама лет тридцати трёх, среднего роста, в дорожной одежде. Её наряд полностью соответствовал требованиям современного этикета, изложенным на страницах французского альбома современного платья La Mode Artistique.

А там для модных путешественниц подавались совершенно удивительные советы. К примеру:

«…Одежда всегда должна подчёркивать статус своей хозяйки, но в то же время облегчать трудности поездки…

…Ничто так не цепко и неприятно, как пыль, скопившаяся в путешествиях. Если она осядет в пуховых изделиях, то её почти невозможно полностью удалить. Поэтому предпочитайте платья только из тканей для стирки…

…Там, где путешествие планируется быть очень долгим, особенно зимой, цветные чулки, цветные льняные корсеты и цветные юбки будут гораздо более удобными, чем белые. Не нужно останавливаться для стирки…

…Любой модный материал, будь то кружево или бархат, будет выглядеть в длительной дороге слишком безвкусно. Однако и обходиться без предметов роскоши не рекомендуется, золотые украшения с одним дорожным бриллиантом выгодно подчёркивают женскую красоту и способны поднять настроение…»

Казалось, что гостья столицы и сама сошла со страниц этого альбома или не менее популярных санкт-петербургских журналов «Модный магазин» и «Вестник моды».

Дама обладала прекрасной фигурой, которой могли позавидовать и молодые девушки. Чёрные волосы под модной шляпкой были аккуратно уложены локонами различной величины. Но особенно привлекало внимание необычное лицо восточноазиатского типа, одновременно красивое и в то же время строгое и даже жёсткое. Чёрные миндалевидные глаза смотрели прямо, вызывающе и дерзко. Широкий нос с горбинкой, высокие скулы, немного прямоугольный подбородок и большой рот не портили эту женщину, но придавали ей хищный вид. Если не знать, что это итальянка, можно с некоторой долей уверенности было подумать о ней как о красивой сибирской или поволжской татарке.

За гостьей следовали трое носильщиков с дорожными саквояжами. Видимо, количество гардероба полностью соответствовало рекомендациям всё тех же журналов. Например, в одном из номеров «Модного магазина» писалось следующее:

«…Надо помнить, что современная модная дама должна иметь не менее двух предметов основной одежды. Во-первых, чтобы быть всегда оригинальной и экстравагантной, а во-вторых, чтобы не затруднять своего спутника поиском нарядов, если придётся заменить некоторые аксессуары, пришедшие в негодность…»

В другом, не менее популярном, журнале «Вестник моды» давались такие рекомендации:

«…Два предмета одежды просто незаменимы в гардеробе леди, которая много путешествует. Непромокаемый плащ с большим капюшоном и свободный льняной плащ, полностью закрывающий платье. Не всегда можно сказать, какое из них больше всего понадобится в долгом путешествии, но, как правило, безопаснее иметь оба…»

Очаровательная европейская дама следовала не одна. Она находилась в сопровождении двух мужчин очень приличного вида, степенно идущих справа и слева. Один, постарше, широкоплечий, чуть больше сорока лет, отличался весьма бывалым видом. Ухоженные, зачёсанные назад волосы, сильно тронутые сединой, прибавляли шарма и элегантности. Высокий лоб, изрядно попорченный морщинами, строгие, немного утомлённые жизнью глаза, скорее всего, являлись показателем эрудиции и гуманитарного рода деятельности этого человека. Завершала мужской образ короткая, но густая холёная борода. Ещё пока чёрная, но уже тоже тронутая небольшой сединой. Такой стиль соответствовал и популярным российским понятиям. В империи, в угоду государю-императору Александру III, носившему бороду, густую растительность на лице имели очень многие просвещённые господа. Дорогой деловой костюм европейского покроя из диагональной шерстяной ткани, с жилеткой и прямыми брюками, подчёркивал увлечение этого господина современной модой. Некоторая сутуловатость и свободная походка выдавали в нём сугубо гражданского человека.

Другой мужчина, сопровождавший даму, был несколько выше, крупнее и моложе. Круглолицее, по-купечески хитроватое, холёное, порочное лицо избалованного жизнью и деньгами человека выдавало в нём истинного сибарита. Немного раскосые глаза свидетельствовали о наличии восточной крови, а небольшая ухоженная бородка, как считали ханжи, о природной или приобретённой греховности и сладострастии. Костюм молодого человека тоже отличался модными европейскими тенденциями.

Голову украшала фетровая шляпа – «Мелон». На крепком, спортивном теле прекрасно сидел короткий однобортный сюртук тёмно-синего цвета «Кастора» с расходящимися впереди полами и закруглёнными фалдами, небрежно застёгнутый на две обтянутые плетёной тесьмой пуговицы из трёх имеющихся. Брюки в полоску того же цвета дополняли модные тенденции. Под сюртуком имелся и дорогой бежевый жилет. Обычно так одевались управляющие крупных банков, профессоры, адвокаты, врачи, удачливые дельцы или молодые повесы из богатых семей. В руках обоих господ присутствовали и крепкие трости.

Последние три года этот модный аксессуар для усиления мужественности и мужского статуса начал выходить из массового употребления. Поэтому наличие подобных предметов у двух весьма респектабельных мужчин могло свидетельствовать либо о привычном консерватизме, либо о возможной необходимости защиты от злоумышленников. Подобные изделия были весьма коварны. Зачастую содержали внутри себя клинок, шипы или того хуже – пулю. Имелись даже клубы для мужчин и пособия, в которых преподавалась наука фехтования и применения трости с использованием восточных практик и единоборств.

Мужчины шли уверенно, не разговаривая, искоса осматривая перрон. Носильщики, упираясь и пыхтя от пота, тащили за ними весьма достойный гардероб, упакованный в дорожные саквояжи. Один из них представлял собой крепкую объёмную коробку, обтянутую коричневой кожей, с колёсиками у основания, латунными заглушками по углам и ручкой вверху. Такие предметы для перевозки вещей имели собственное новомодное название – чемодан. Через лицевую сторону чемодана проходила широкая полоска клейкой бумаги красного цвета с надписью на итальянском и немецком: Non capovolgere и Nicht drehen. Эти слова понимали все носильщики вокзала, независимо от знания иноземных языков. Фраза запрещала переворачивать данный предмет ввиду особой ценности.