Георгий Арси – Краля без масти. Часть II. Червонный след (страница 5)
Мария, с интересом осматривая мужчин, тут же подумала:
«Видимо, седой-то и есть главный лис! Наверное, в той стороне его кабинет. Потому как любому высокородному дворянину полагается отдельный от семьи апартамент. Для работы, курения, игры в карты с приятелями и личных мудрёных раздумий. Мужчины весьма любят такими глупостями заниматься. У них подобная испорченность от природы».
Второй человек был несколько выше графа, крупнее и моложе. Круглолицее, по-купечески хитроватое лицо наталкивало на мысль, что господин – непременно особый пройдоха и великий хитрец. Оба мужчины были в домашних халатах, надетых на белоснежные рубашки и брюки.
Граф подошёл к супруге, взял из её рук письмо незнакомки и тоже начал читать. Казалось, что он прекрасно слышал весь разговор, находясь в своей комнате, но не вмешивался до определённой поры.
– Катарина, этот почерк действительно похож на руку Всеволода Алексеевича. И стиль письма соответствует манере князя излагать свои мысли. Он всегда пишет так, как будто бы пьесу для театра сочиняет. Думаю, надо уступить желаниям юной особы. Предлагаю рассмотреть Марию Всеволодовну на роль твоей компаньонки, Дарье Ивановне в помощь в разных делах. Да и грех бросать дочь нашего дорогого друга, тем более она сама вас нашла. Куда же теперь ей деваться? Мир наполнен злыми людьми, примут и научат дурному. Видите, и господа Стрельниковы уехали на воды. Когда прибудут – неизвестно. Да и семья судебного следователя должна быть скучна для молодой девушки. Зачем ей разговоры про тюрьмы, каторги и судебные процессы, совсем завянет молодая душа. Пусть Дарья Ивановна приглядит, а дальше видно будет, – тихо заявил граф на прекрасном русском языке, явно делая упор на последних предложениях.
Вновь услышав русскую речь, Мария полностью и бесповоротно убедилась в правоте своего отца, Германа Германовича Альта. Может, графский титул у синьоров де Ассаб и был настоящим, только компания никакого отношения к настоящим итальянцам по происхождению совершенно не имела.
Тут в разговор вступил второй господин:
– Да уж, князь Всеволод Алексеевич забавником в светском обществе считался. Папенька-то ваш знатным мошенником в Москве прослыл. Помнится, все газеты злословили, когда он аферу с женскими шубками провернул. Слышали о таком событии?
Мария отрицательно закивала головой, делая удивлённые глаза.
Тогда рассказчик весело засмеялся и продолжил:
– Надо знать! О нём много историй ходит по Москве. Вот одна из них. Под предлогом скорой свадьбы и необходимости подготовки подарка будущей жене послал князь ничего не подозревающего приятеля в магазин меховой одежды. Тот, совершенно не зная, что его дружок такими ушлыми делами промышляет, отобрал от имени Всеволода Алексеевича две или три шубки в кредит, ещё что-то из дорогих вещей, всего на триста рублей, и просил прислать их тотчас же к князю Долгорукову. Хозяин магазина немедля отправил приказчика в дом князя, на Страстной бульвар. Всеволод Алексеевич принял прибывшего представителя магазина в богатой квартире и, даже не осматривая вещей, оставил их себе, счёт, не торгуясь, подписал, а деньги обещал прислать через пару дней. Когда через два дня, не дождавшись денег, прибыли вновь в съёмную квартиру Долгорукова, то оказалось, что ни шуб, ни князя там нет. Приятеля арестовали по факту мошенничества и посадили на месяц в Бутырскую тюрьму. Вот такая потеха!
– Это же совсем не достойно папеньки! – сконфуженно заявила Мария, стыдливо опустив глаза.
– Эх! Великий человек! Думаю, что Всеволод Алексеевич своего счастья ни в карты не проиграет, ни на дороге жизни не растеряет. Попомните моё слово, он и в ссылке свою удачу не пропустит. Так что вам, Мария, с папенькой повезло. Однако время поджимает. Поедем, милая. Дарья Ивановна сама с Марией Всеволодовной разберётся. Нам в оперу пора, – заявил граф, не обращая внимания на слова и стыдливое поведение Марии.
После чего импозантный мужчина, внимательно посмотрев в глаза своей супруги, добавил на итальянском. Его речь представляла собой парафраз из пьесы «Венецианский купец» Уильяма Шекспира, то есть изложение текста своими словами.
Речь графа переводилась следующим образом: «Мир – театр, где всякий свою роль играть обязан. Если хочешь быть только зрителем, то имей любимую сцену и актёров».
Мария скрыла от графини, что понимает и итальянский. В последний момент она подумала: если господа действительно из Италии прибыли, то будут между собой говорить на родном языке. И тогда можно понимать их, о чём они знать совершенно не будут. Вот теперь Мария торжествовала, мысленно переведя изречение. Лицо графини выразило некоторое сомнение, однако она, хоть и напряжённо, кивнула в знак согласия. Видя не лучшее настроение своей спутницы, граф опять добавил на итальянском. Эта была старинная пословица, и переводилась она следующим образом: «Хорошая птица всегда в доме сгодится. Как яиц не станет – время бульона настанет».
Графиня слегка улыбнулась и вновь кивнула головой в знак согласия. Девушка тут же поняла, что судьба решена, только в хорошую или плохую сторону, ей было совсем непонятно. Однако то, что не гнали взашей, как мошенницу или побирушку, уже обнадёживало. Рисованный господин в красном цилиндре, называемый червонным валетом, изменил ситуацию в пользу Марии. Только на долго или нет, она пока не знала.
Глава 3 Московское тюремное правление
Изъ «Сборніка узаконѣній, циркулярныхъ распоряжѣнiй и разъяснѣній по тюрѣмно-арѣстантской и арѣстантско-пѣрѣсыльной части, относящихся къ вѣдѣнiю полиціи». Изданiя 1883 годъ.
«…По имѣющимся въ Главномъ Тюрѣмномъ Управлѣніи за настоящій годъ свѣдѣніямъ, общея число побѣговъ изъ мѣстъ заключенія арѣстантовъ составляетъ пятьсотъ восѣмьдѣсятъ восѣмь. Законъ о частыхъ осмотрахъ арѣстантовъ и тюрѣмныхъ помѣщеній не только не исполняется, но совѣршенно забытъ; были дажѣ случаи, что въ тюрѣмныхъ учрѣждѣніяхъ прi арѣстантахъ имѣлись всякаго рода собствѣнныя ихъ вѣщи, какъ-то: одѣжда, шубъ, пуховики, чашки, чайнiки и дажѣ запѣртыя на ключъ шкатулки и сундуки. Вслѣдствіе таго же отсутствія простаго мѣханiческаго надзора бываютъ въ мѣстахъ заключенія случаи, что арѣстантъ напиваются пьянъ, наносятъ другъ другу ранъ имѣющимися прi нiхъ ножами, иногда же доходитъ и до убійствъ. Прi этомъ нѣльзя не обратить внiманія на то, что всѣ эти нѣустройства происходятъ прѣимуществѣнно въ губѣрнскихъ тюрѣмныхъ учрѣждѣнiяхъ, въ которыхъ надзоръ, прi всѣмъ своемъ нѣсовѣршенствѣ, находится, всѣ-таки, въ нѣсколько лучшемъ положѣніи, нѣжѣли въ уѣздныхъ мѣстахъ заключенія. О всѣхъ подобныхъ прiскорбныхъ случыяхъ губѣрнскія начальства производятъ каждый разъ расслѣдованія, составляютъ, на законномъ основаніи, опрѣдѣлѣнія и увѣдомляютъ о нiхъ Главное Тюрѣмное Управлѣніе, но вслѣдъ за тѣмъ изъ той же губѣрніи получаются новыя сообщенія о новыхъ побѣгахъ, совѣршенныхъ прi тѣхъ же условіяхъ, и начинаются новыя исслѣдованія и розыски, а сущность дѣла остается всѣ въ томъ же положѣніи…»
Долгое время в Российской империи не имелось единого органа управления губернскими, городскими и уездными тюрьмами, арестантскими ротами, смирительными домами, тюремными больницами, централами, каторгами и прочими местами лишения свободы. Военное ведомство, министерства государственных имуществ, юстиции и путей сообщения, управления губернаторов и уездных начальников так или иначе, каждое по-своему, руководили проживанием и перевоспитанием осуждённых преступников.
Всё изменилось в 1879 году, когда высочайшим указом было образовано Главное тюремное управление в составе Министерства внутренних дел Российской империи, имевшее в своём составе подобные структуры при губернаторах.
Путь Евграфа Михайловича как раз и лежал в Столешников переулок, где располагались канцелярии обер-полицмейстера и губернское тюремное управление Москвы. Он намеревался навестить помощника начальника губернского тюремного инспектора и уточнить ряд вопросов. Договорённости о встрече сыщик не имел, но надеялся на свой статус чиновника по особым поручениям при Московском уголовном сыске.
Войдя в здание канцелярии, Евграф Михайлович представил дежурному удостоверяющий документ и направился на поиски нужного кабинета. Он разыскивал табличку с указанием фамилии того самого господина, что направил ему ответ на недавний запрос относительно содержания каторжника Орского.
Следуя властными коридорами, сыщик случайно встретился с некоторыми знакомыми чиновниками и попутно, сам того не желая, собрал коридорные сплетни и новости ведомства. За свою службу в сыскной части Тулин в этом здании бывал неоднократно, однако знакомства с Коломенским не имел. Ранее его место занимал другой чиновник. Некоторые знающие люди в канцелярии, с которыми сыщику удалось переговорить относительно личности Коломенского, рассказали, что сей господин назначен совсем недавно и прибыл из Екатеринбурга.
Другие сведущие личности, напротив, утверждали, что тот приехал из Санкт-Петербурга, где занимал высокое положение в Главной тюремной инспекции. Но в одном прогнозе все чиновники были едины. Якобы в этой должности он пробудет совсем недолго и вскоре перейдёт в помощники городского обер-полицмейстера или даже станет его заместителем.