Генрих Мамоев – Круги на воде (страница 6)
Кивнув, Марат взял со стола непочатую бутылку минералки, отметив, как подобрели взгляды девушек после узнавания.
– Это девочки! – Разгонов провел в воздухе волнистую линию, – Вика, Ника и…, – остановившись на той, с которой пытался заигрывать мужик в сбившемся галстуке, Разгонов сделал умильное лицо, – прости, милая, забыл, как тебя…
– Мика! – Кокетливо ответила девушка.
– Точно! – Разгонов хлопнул себя по лбу, – А это, – его палец указывал на Марата, – это мой… лучший кент! Его…
Вторая попытка подняться оказалась удачней, но все едва не закончилась перевернутым столом.
– …зовут Марат Борисович! Любить, как меня… почти!
Разгонов присел на столик напротив Марата и, ткнув пальцем в воздух, пьяно рассмеялся.
– Это ведь ты… правда?!
– Нет, призрак тещи убиенной! – усмехнулся Марат.
Разгонов икнул и громко заржал, активно хлопая себя по ляжкам.
– Братан, хочу… познакомить вас с Лехой, – обернувшись, он посмотрел на мужчину в галстуке, продолжавшего титанические попытки добраться до девичьего уха, – Леха, отстань от… прости, милая, забыл, как тебя… мама называет?!
– Мика! – сердито ответила девица и отвернулась.
– Да, блин! – Разгонов потянулся к Лехе в галстуке, – Леха… отстань от Мики! Сюда смотри! На меня… на меня смотри!
Сделав неимоверное усилие, мужчина медленно повернул голову и посмотрел на Разгонова, чей палец указывал на Марата. Проследив за пальцем, Лехин взгляд уперся в футболку с надписью «Все будет хорошо. Но это неточно». Сделав попытку улыбнуться, он протер левый глаз, уставившись им на Марата, в то время как правый безостановочно совершал странные осевые движения.
– Ты знаешь… кто он?! Чемпион, на хрен! Тот самый! Хочешь… ип, он всех тут… в фонтан окунет?!
– Жень, – Марат поморщился, – расслабься.
– Я—а?! – пьяно протянул Разгонов, – Да я… всегда расслаблен! Познакомься с Лехой! Он тоже… чемпион, но в другом виде… как его… спорта! Госперевороты под ключ! Будьте любезны!
Леха пьяно качнулся, изображая полупоклон с левым уклоном градусов в тридцать.
– О-о! – многозначительно пропела Мика, позволяя Лехе дотянуться, наконец, до своего ушка.
Переглянувшись, девушки привычно засмеялись.
– Я, между прочим, тоже чемпион! – продолжал Разгонов, – Три «Т» называется!
– Что за спорт? Никогда не слышала, – молвила одна девица.
– И как расшифровывается? – спросила другая.
– А-аа, – протянул Разгонов, – очень просто – тачки, телки, тапки!
Ржание над собственной шуткой длилось недолго. Сообразив по недоумевающим выражениям на лицах, что сморозил что—то не то, пару секунд Разгонов пытался понять, в каком из трех «Т» он ошибся.
– А… не – тачки, тряпки, тапки!
Удивление на девичьих лицах возросло. Марат уже не раз слышал дежурную шутку Разгонова, поэтому меланхолично отпил минералки, разглядывая суетливую веселость посетителей клуба.
– Чё-т не то…
Пока Разгонов пытался разгадать собственный бином, Марат кивнул чемпиону в другом виде спорта, тот ответил двумя тщетными попытками подмигнуть вращающимся правым глазом, после чего вновь потянулся к уху Мики.
– Плевать, – бросил Разгонов, забыв про неудавшуюся шутку, – Марат, дружище, мы… тут… выпиваем, давай с нами! Девчонки! – повернув голову, он ткнул пальцем в сторону одной из двух девушек, с интересом смотревших на Марата, попросил, – милая…, ип…, налей моему братану вискарика!
Девушка потянулась к бутылке.
– Гулять, так гулять! – Разгонов махнул рукой, проводя невидимую диагональ, – А может, сначала коксику?! Леха привез такой… м—мм, – собрав щепоть, Разгонов поднес ее к губам, мечтательно прикрыв глаза, – пальчики оближешь! Правда…, девчонки?!
Девчонки деликатно заржали, с надеждой глядя на припавшего к девичьему ушку специалиста по госпереворотам.
– Леха, не тормози! Дай… свою волшебную… бутылочку! – Разгонов протянул руку.
Недюжинным усилием воли оторвавшись от Мики, Леха достал из кармана небольшой, наполовину заполненный белым порошком пузырек и передал его Разгонову. Тот потряс кулаком с зажатой в ней баночкой.
– Чистейший, мать его! Из самой… где ты был, Лех?!
– Я бывал в разных горячих точках! – голос Лехи внезапно обрел торжественность, – Африка, Америка…
– Кривой Рог, – закончил за него Разгонов.
– И там тоже, но этот из Колумбии.
Разгонов многозначительно поднял вверх указательный палец:
– Слыхал?! Тебе… как спортсмену сколько? Две… или лучше три дорожки?!
– Жень, ты знаешь, я такое не употребляю, – Марат говорил спокойно, – лучше, выпью.
– От эт… по-нашему!
Икнув в очередной раз, Разгонов поднес пробирку к ноздре и вдавил пальцем небольшой клапан, одновременно втягивая носом. Его лицо сморщилось, губы и нос сжались в несколько глубоких складок, делая похожим на молодого старика. Оторвавшись, он охнул, крякнул, прочистил горло и передал пробирку девушке с губами размера 3XL. Девушка повторила маневр Разгонова, правда, в ее исполнении все выглядело куда элегантнее и не так жутко.
– Едрен батон! – прохрипел Разгонов, судорожно потряс головой и, взглянув на Марата, удовлетворенно поднял вверх большой палец, – Забористо, мать его! Ты знаешь… где эта Колумбия?! Это ж… далеко!
– Я знаю! – молвила третья девица, – это в Южной Америке! Там круто!
– О, усами младенца…! – Разгонов загоготал, прерываясь лишь на короткое икание.
Марат покачал головой – таким он его еще не видел. Взяв протянутый улыбающейся девушкой бокал, глотнул темной жидкости, чувствуя, как отступает напряжение, не проходившее с момента очередного появления призраков. Виски был на удивление хорош. Марат протянул пустой бокал девушке.
– Еще? – спросила, сверкая белыми зубами.
– Если не жалко, – улыбнулся Марат.
– С чего бы? Он платит, – подкупая откровенностью, усмехнулась девушка, бровями указывая на раскрасневшегося Разгонова.
Еле слышимый в царящем гаме звонок прервал Лехины атаки на женское ухо. Достав мобильник, он удивленно посмотрел на экран, оглянулся, высматривая кого-то в толпе гостей. Сидячее положение не давало обзора. Леха встал и двинулся в обход фонтана. Марат видел, как он подошел к стоящему спиной человеку, чей бугристый затылок заметно выделялся в толпе молодежи, после чего оба скрылись из виду.
– По-моему он просто барыга! – усмехнулся Марат, заметив, как Разгонов оглядывается в поисках пропавшего Лехи.
– Одно другому не мешает, – возразил Разгонов, – ты видел… куда он делся?!
– Наверно волшебный пузырек пошел наполнять, – пожал плечами Марат.
– Разве это… не прекрасно? – с воодушевлением выдал Разгонов.
Ответа не последовало. Не считая дежурного девичьего смеха…
Вечер плавно перешел в ночь, а та лениво перетекла в утро, когда и кошки обретают пусть и серый, но все же цвет. Бросив Леху на попечение искусанной Мики и уделанных кокаином девиц, Марат потащил не вяжущего лыка Разгонова к выходу, где их уже поджидал Петр, с облегчением скинул его в крепкие шоферские руки и поплелся на улицу, с удивлением спрашивая себя, зачем он так напился. Ответ был, Марат чувствовал, он как истина, где—то совсем рядом, но мысль ускользала, словно намыленная. Махнув рукой, он посмотрел на подъехавшего таксиста и, стараясь говорить по возможности четко, спросил, глядя на веселого таксиста в кепке:
– Москву… хоть знаешь?
– А то ж! – улыбаясь, ответил таксист.
– Тада… едем! – буркнул Марат, открывая заднюю дверцу…
Квартира встретила подозрительной тишиной. С трудом обнаружив выключатель, Марат еще какое—то время провозился в прихожей, скидывая туфли и пытаясь понять, чем это пахнет таким вкусным. Запах был знакомым, трудность заключалась в словарном запасе, в результате посиделок, уменьшившемся до бессмысленных междометий.
– М-мм, – промычал Марат, пытаясь вспомнить название блюда, но уже в следующее мгновение это стало неважным.
Вспыхнувшие искры озарили коридор, освещая перебиравшую лапами в воздухе собаку. Не особо разбираясь в породах, Марат опешил, чувствуя, как из всех его пор улетучивается дорогой заграничный хмель.
– Брысь! – сдавленно прохрипел Марат, на секунду зажмурив глаза.