Генрих Апи Баба – Нулевой протокол (страница 16)
— Бежим по двое, — подняла руку София.
— Это безумие.
— У тебя есть лучший вариант?
Первая пара охранников рванула через дорогу, низко пригнувшись — двадцать метров, пятьдесят, сто — ничего. Живыми достигли другой стороны.
— Следующие!
Клэр и один из сотрудников — снова ничего, только дождь. Маркус почувствовал нарастающее напряжение: слишком тихо, слишком спокойно. Снайпер вроде Вейна не станет тратить шанс попусту — если не стреляет, значит, ждёт или выбирает.
— Маркус. Теперь мы, — сказала София.
Они сорвались одновременно — бег, грязь, скользкая вода под ногами, сердце где-то в горле. Десять метров, тридцать, семьдесят — по-прежнему ничего. Маркус уже начал думать, что опасность позади, — и тогда прозвучал выстрел. Один, единственный, совершенный. Мир снова замедлился: рядом с ним дёрнулась София, будто кто-то толкнул её в плечо. Она потеряла равновесие, упала на колени, потом на бок — и осталась лежать неподвижно.
— СОФИЯ!
Маркус бросился к ней. Пуля пробила плечо навылет, кровь смешивалась с дождевой водой — но ранение оказалось тяжёлым, не смертельным. Для Лукаса Вейна это выглядело почти невозможным, и София, сквозь боль, тоже это понимала.
— Беги…
— Нет.
— Маркус…
— Нет.
Далеко на вершине холма мелькнула фигура с винтовкой — неподвижная, наблюдающая. Всего секунда, но этого хватило: Маркус выхватил телефон, максимально приблизил изображение, сделал снимок — размытый, зернистый, но первое доказательство того, что самый опасный охотник в их мире действительно существует. Фигура растворилась среди дождя, будто лес её проглотил.
Человек вне списка подбежал, посмотрел на рану Софии, потом туда, где только что стоял Вейн — и впервые его лицо стало по-настоящему мрачным.
— Он играет не по правилам.
— Что это значит? — поднял взгляд Маркус.
Мужчина помолчал, будто взвешивая каждое слово.
— Это был не промах. Лукас Вейн попадает в цель с полутора километров — в движущуюся цель, при ветре, ночью. И если София жива…
Он не договорил — не нужно было. Маркус сам закончил мысль:
— Значит, он хотел, чтобы она осталась жива.
Впервые рядом с Лукасом Вейном появилась ещё одна загадка. И она оказалась опаснее любой пули.
София сидела под деревом, прижимая ладонь к раненому плечу; Клэр уже наложила повязку — быстро, профессионально, без лишних слов. Но мысли всех занимал не Вейн и не рана, а сказанная фраза. Это был не промах. Маркус снова посмотрел на размытый снимок в телефоне — теперь он выглядел иначе: не как изображение убийцы, а как изображение человека, принявшего сознательное решение.
— Почему? — спросил он.
— Не знаю, — ответил Человек вне списка.
— Ты же сказал, что знаешь его.
— Знаю. Но не понимаю, зачем он оставил Софию в живых. Лукас никогда ничего не делает случайно. Вот это меня и пугает.
Ответ никому не понравился, особенно Софии. Она медленно поднялась, поморщилась от боли, но устояла.
— Нам нужно двигаться дальше.
— Ты ранена.
— Я жива. Пока.
— Спасибо за поддержку, — бросила она Маркусу.
— Всегда пожалуйста.
Клэр невольно усмехнулась — первый намёк на нормальность за весь день. Но продлился он недолго: Человек вне списка вдруг замер, абсолютно неподвижно, как хищник, почувствовавший опасность.
— Что?
Он только поднял руку. Тишина, ветер, дождь — и вдруг Маркус услышал далёкий гул, сначала один двигатель, потом второй, третий. Много двигателей.
— Нет, — побледнела София.
— Что это?
— Поисковая группа.
Звук становился громче, ближе.
— Нас нашли?
— Нас ищут. Это хуже.
Над тучами появились огни — минимум шесть вертолётов, двигавшихся широким фронтом, прочёсывая лес.
— Откуда столько ресурсов? — спросила Клэр.
— Потому что официально мы террористы.
— Уже начинаю привыкать, — мрачно усмехнулся Маркус.
— Не привыкай. Такие ярлыки обычно заканчиваются пулей.
Пешком уйти уже не получалось — тепловизоры нашли бы их за минуты. Человек вне списка резко повернулся к северу.
— Сюда. Там есть шанс.
Лес постепенно становился каменистым — склоны, овраги, старые валуны; двигаться стало сложнее, зато исчезла прямая видимость. Через двадцать минут напряжённого подъёма они достигли гряды скал, и там Маркус увидел старый деревянный дом — одинокий, полузаброшенный, посреди ничего.
— Это что ещё такое?
— Укрытие. Моё.
Клэр нервно рассмеялась.
— Конечно. Разумеется. Секретная база в монастыре, теперь личный дом в лесу. Что дальше, космический корабль?
— Не исключено, — спокойно ответил мужчина, и никто так и не понял, шутил он или нет.
Дом оказался куда больше, чем выглядел снаружи: камин, запасы еды, аппаратура связи, медицинское оборудование, компьютеры, оружейный шкаф. София осмотрела помещение.
— Ты явно готовился. К чему?
— К сегодняшнему дню.
— Что? — обернулся Маркус.
— Я ждал тебя.
Снова эта фраза, снова ощущение, что половина разговора идёт мимо него.
— Перестань говорить загадками.
— Я стараюсь говорить как можно меньше — потому что чем больше ты узнаешь сейчас, тем меньше у тебя шансов пережить следующие сутки.
В этот момент один из компьютеров включился сам — никто к нему не прикасался. По комнате прокатился тихий сигнал, и на экране появилось: «ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ: NULL», следом — «ВРЕМЯ ЗАКОНЧИЛОСЬ», а затем строка, оказавшаяся хуже первых двух: «РИД УЖЕ В ПУТИ».