Геннадий Демчев – Престол и кровь (страница 2)

Князь с силой держал копьё, не давая медведю переломить или соскочить с него.

Хищник в очередной раз нанёс удар лапами и едва не достал до головы Изяслава – тот в последний момент успел увернуться. Когтистая лапа лишь слегка зацепила шапку охотника: она сдвинулась набекрень, но, к счастью, не закрыла глаза. Изяслав левой рукой крепко сжимал древко копья, а правой выхватил висевший на поясе большой острый нож. С силой он несколько раз ударил хищника в левый бок – снизу вверх, под основание левой лапы. Вероятно, один из ударов достиг сердца. Косолапый напрягся, громко рыкнул и стал оседать на землю, заваливаясь на правый бок. На земле он пару раз дёрнулся – и затих.

Изяслав с большим усилием выдернул рогатину из поверженного хищника: она вошла по самую перекладину. Из предосторожности он несколько раз толкнул остриём копья лежащего медведя. Убедившись, что зверь мёртв, князь дал об этом знак своему сопровождению.

Наконец он мог расслабиться – и только теперь понял, насколько устал от сильного напряжения мышц и воли. По телу пробежала дрожь, руки и ноги стали вялыми. В центр поляны, к месту схватки, где лежала туша убитого медведя, всё ещё с осторожностью подошли люди князя. Все стали его поздравлять, а личный чашник Доброжир преподнёс князю серебряный кубок с холодным и крепким медовым напитком.

Изяслав тут же взял кубок, не отрываясь, выпил содержимое до дна, вытер губы белоснежным полотенцем, поданным чашником, отдал кубок Доброжиру и, посмотрев на тушу медведя, подозвал к себе старшего охотничьего гридня и сказал:

– Велизар, разделайте тушу на части и сразу же доставьте в поварню. А к обеду завтра чтобы был накрыт стол в гриднице – будем пировать!

Велизар, перед тем как приняться со своими помощниками за исполнение приказа князя, с нескрываемым восторгом оглядел тушу огромного медведя и произнёс:

– Сегодня в лесу урожайный год на ягоды, фрукты, да и мёда у пчёл полно. Самое правильное питание для медведей – это по лоснящейся шерсти видно. Так что мясо будет невероятно вкусным.

Изяслав не стал наблюдать, как разделывают медведя, а отыскал взглядом собак, которые, разделяя радость охотников, весело резвились среди толпы людей в ожидании заслуженного лакомства. Князь любил собак, ценил их смелость и помощь на охоте: не раз они выгоняли из лесной чащи на него медведя.

Он направился к ним, погладил по спине каждую собаку, благодаря тем самым за работу, и распорядился накормить. Все собаки были в порядке, только у той, которую косолапый ударил лапой, был ободран бок. Она лежала на земле, положив морду на лапы, и виновато смотрела на князя, будто извиняясь за свою оплошность.

Изяслав подошёл к ней, осмотрел рану: она ещё кровоточила, но была неглубокой.

Успокоившись, князь благодарно погладил её по спине, по холке и весело произнёс:

– Ты молодец, Шалый! Рана твоя пустяшная, её подлечат, и мы ещё не одного косолапого возьмём!

Затем спросил у стоящего рядом чашника Доброжира:

– Стол накрыт? А то я что-то сильно проголодался.

Чашник расплылся в любезной улыбке и добродушно ответил:

– Стол накрыт, и угощения ждут.

После этих слов князь, не оглядываясь, пошёл в лагерь, расположенный на красивой поляне недалеко от места охоты. Многие знатные бояре, дружинники и тысяцкий Мирорад с сыном Изяслава Святополком последовали за ним.

Во время поединка с косолапым Изяслав потратил много энергии, а от выпитого крепкого хмельного напитка и от нахождения на свежем воздухе сильно разыгрался аппетит. Насытившись едой, он выпил ещё медового хмельного напитка, после чего ощутил прилив сил. Поездка на охоту, опасный поединок с медведем, пребывание в лесу среди девственной природы отвлекли князя от горьких и тяжёлых дум о положении его княжения и пребывании на киевском престоле. Вскоре к Святополку подбежал один из бояр, что-то стал негромко говорить, при этом показывая рукой в правую сторону поляны. Святополк выслушал его, кивнул головой в знак того, что всё ему понятно, поднялся и, подойдя к отцу, сказал:

– Недалеко отсюда, у лесного озера, гридни обнаружили следы нескольких волков. Не желает ли князь принять участие в охоте на серых хищников?

На что Изяслав, поставив уже пустой серебряный кубок на столик, ответил:

– На сегодня с меня достаточно. Я сейчас же отправляюсь в дорогу: желаю к вечеру быть в Киеве, а с утра заняться неотложными делами.

Сын видел, что отца что-то тревожит, поэтому он торопится домой, но расспрашивать не стал. Обычно князь после удачной охоты и обильного застолья любил заночевать в лесу.

– Впрочем, если у кого из бояр есть желание, пусть отправляются погоняться за волками, – и, повернувшись к Мирораду, добавил: – Вы со Святополком поедете со мной. Завтра с утра нам необходимо принять важные решения.

Изяслав посмотрел вслед сыну, идущему собираться в дорогу, вспомнил второго сына, Мстислава, и про себя подумал:

– Мои сыновья внешне похожи друг на друга, а по характеру совсем разные. Мстислав немного выше Святополка, по характеру более вспыльчивый и решительный, способен на большие и рискованные поступки. Святополк – более спокойный, плечистый, осмотрительный. Хотя оба в погоне за властью и богатством способны на необдуманные поступки.

Изяслав вспомнил, как весной 1069 года вернулся из Польши и повторно взошёл на киевское княжение после неудавшейся попытки убийства своего брата Всеволода. К концу лета этого же года, в союзе с дружиной Святослава, он изгнал Всеслава из Полоцка.

В Полоцке Изяслав посадил княжить сына Мстислава, но только местные бояре не приняли нового князя и, возможно, отравили его. Осенью 1069 года Мстислав умер, и смерть его так и осталась тайной.

Садясь на коня, Изяслав вздохнул и горестно произнёс:

– Как мне тебя, Мстислав, в трудную минуту не хватает!

Князь со своей дружиной выехал из леса, называемого Дебрями. Проехали по Крещатой долине, миновали монастырь Святого Николая, разбросанные различные постройки Киево-Печерской лавры. Вскоре потянулись огороды простых горожан Киева, на которых работали люди.

Всю дорогу Изяслав ехал и размышлял о непростой ситуации, сложившейся в последнее время в его отношениях со своими братьями – князем переяславским Всеволодом и Святославом, князем черниговским.

Изяслав уже давно стал подозревать братьев в притязаниях на его место, особенно после возвращения из Польши и восхождения во второй раз на киевский престол. Он тогда посчитал, что большую опасность в соперничестве за его место представляет Всеволод, и решил его устранить. Для этого он решил воспользоваться колдовским зельем, изготовленным языческим кудесником Велибором взамен на благосклонное отношение к его роду.

Зелье незаметно хотели подлить в кубок с напитком: князь вскоре должен был заболеть, а через некоторое время умереть. Всё должно было выглядеть как естественная смерть от тяжёлой болезни, но покушение не удалось. Всеволод выжил с помощью языческого кудесника Богуслава, который его вылечил и вызволил буквально с того света. Теперь Всеволод, скорее всего, знает или догадывается, кто его хотел отравить.

Лишь спустя несколько лет Изяслав понял, как глубоко ошибся, и теперь очень сожалел, что не с того брата начал. После всего случившегося он осознал, что у Всеволода особых намерений насчёт киевского престола не было: не зря его стали называть Всеволод Миролюбивый. А вот Святослав имел такие намерения – об этом нетрудно было догадаться по его поступкам.

В то время как Всеволод не притязал на земли за пределами переяславского княжества и вёл себя миролюбиво, Святослав, наоборот, с каждым годом присоединял к своему княжеству всё больше новых земель, а его дружина разрасталась – князь становился всё более могущественным.

Пока Изяслав был в изгнании, Святослав посадил на новгородский престол своего старшего сына Глеба. Хотя Новгород по праву всегда должен был принадлежать старшему сыну правящего киевского князя – то есть Мстиславу.

Святослав обещал вернуть престол Мстиславу после возвращения Изяслава на киевский престол, но так и не сдержал своего обещания, откладывая выполнение обещанного под различными предлогами.

Изяслав понимал, что ему одному, со своей дружиной, не справиться с войском Святослава – нужны были союзники. Он хотел бы иметь союз с братом Всеволодом: тогда можно было одержать победу над Святославом. Но в то же время князь осознавал, что на такой союз Всеволод не пойдёт. Зная это, он всё же делал попытки – посылал в Переяславль послов с письмами к брату, с предложением примирения, но всегда получал отказ. Изяслав с дружиной проследовали мимо монастыря Святой Ирины и уже были возле Золотых ворот, собирались въехать в город, как размышления князя прервали выкрики и ругань его гридников. До него донеслись слова:

– Убирайся, смерд поганый, с пути дружины князя, иначе мы тебя засечём плётками или затопчем конями!

В ответ он услышал:

– Можете меня засечь или затоптать, но я не уйду с дороги, пока не переговорю с князем!

Изяслав из любопытства проехал вперёд посмотреть, что случилось. Посреди дороги, в окружении дружинников, стоял незрячий человек в обтрёпанной одежде, с деревянным посохом в руках.

У князя в голове пронеслось:

– Уж не языческий ли это колдун, подосланный его врагами?