Гэбриэл М. Нокс – Орден Юналии (страница 13)

– Он выведет к заброшенной ривенской заставе, а оттуда к городу Вахи рукой подать. Только не заходите в руины Саго – гиблое место. Там обитает некромант-отшельник.

Хани не успела спросить, что это за Саго такое, мальчик сунул ей в руки небольшой мешок, потом подтолкнул к подземному лазу и, когда их с Аином головы скрылись в темноте, быстро опустил крышку.

В тесноте и духоте Хани и Аин пробирались по единственному лазу. Магический огонь жечь не стали, опасаясь слежки. Хани даже пришлось снять маскирующие чары, и она лишь радовалась, что идёт в кромешной тьме.

– Это же были они, да? – спросила она после получасовой ходьбы.

– Они, а кто же ещё ходит в таких необъятных балахонах, – отозвался Аин.

– Как думаешь, почему на нас напали люди императора?

– Может, Академия что-то не поделила с дворцом или Советом Магов… не знаю.

– Но мы же ни при чём.

Аин не стал отвечать.

В момент, когда обоим уже казалось, что они никогда не выберутся из крохотного коридора с холодными песчаными стенами и неровным полом, откуда-то потянуло приятной ночной прохладой.

– Кажется, здесь. – Аин вытянул руку вверх, долго шарил ею по потолку, а затем приподнял деревянную крышку. Та с глухим стуком откинулась на траву прямо посреди заросшей поляны.

В лунном свете блестели камни двух разбитых снарядами башен. Недалеко от них притаилась небольшая сторожка с обвалившейся стеной. Ривенскую постройку отличала грандиозность. Даже разбитые башни выглядели величественно. На уцелевших участках проглядывалась лепнина в форме диковинных птиц и животных, окна сторожки украшали витиеватые вензеля.

– Да, эти ребята знали толк в архитектуре, – проследил Аин за взглядом Хани.

– Здесь было сражение… с магами.

– Да, и маги воспользовались довольно подлым приёмом, если помнишь.

Они обошли заставу, убедившись, что остались одни. На севере стеной стоял чёрный лес, на западе плотным рядом каменных зубов возвышался каньон Бохта, на юге горели огни переполошённой и покинутой деревеньки, а на востоке тянулась лента большака. Согласно легендам, широкая дорога вела к Пустоши, скрытой туманом. А на месте Пустоши раньше стоял Ривенон. После уничтожения его обитателей и бегства выживших эти земли попали под воздействие сильной магии. Но не сразу, а после того как маги Академии имени Караса Галиана убили вождя Иринарха и заявили о правах на Ривенон. Просто одним днём Ривенон затянуло непроглядной серой мглой, да так, что любой входящий назад не возвращался.

А вот про руины Саго Хани действительно ничего не знала, они даже на карте не значились.

– Как думаешь, не опасно переночевать здесь? – с надеждой спросила Хани.

– Зависит от того, насколько хорошо «балахонщики» знают местность.

– Ясно, значит, идём дальше, – уныло констатировала Хани и опустила голову, только сейчас понимая, как сильно хочет спать и какого труда стоит передвигать ноги. В противовес ей, Аин, казалось, чувствовал себя отлично. Но всё-таки одну странность она у него заметила: глаза молодого человека в темноте будто бы отражали свет и едва заметно светились. Сначала Хани подумала о магии, но потом вспомнила, как ревностно спутник относится к обнаружению.

Они побрели по узкой неровной тропе в сторону леса, надеясь укрыться там. Хани вдруг заметила, что спутник силится плотнее укутаться в плащ и, несмотря на бодрый настрой, дрожит от холода. Она же ощущала во всём теле тепло. Точно, шерсть, та самая, которую девушка постоянно скрывала и которой стыдилась, сейчас грела её получше любой верхней одежды.

– Возьми мой, – Хани скинула с плеч плащ и протянула Аину.

– Ещё чего. Чтобы девушка давала мне свою одежду. Да я со стыда сгорю!

– Аин, я не какая-то девушка, а твоя соратница. В компании замёрзшего спутника шибко не повоюешь. Ты у нас с мечом, а не я.

– Я же сказал…

– Да не глупи. Ты же видишь меня? Значит, должен понимать, почему я не мёрзну.

Аин замешкался, остановился, выдерживая долгий взгляд Хани, и всё-таки принял плащ.

– Спасибо, – едва слышно буркнул он. – Никогда бы не подумал, что окажусь в такой ситуации.

– Да уж, я тоже о шерсти на лице не мечтала.

Аин покачал головой: хотел, похоже, промолчать, но потом спросил:

– А она… откуда у тебя? Ты не знаешь?

– Нет. Думала, что болею. Ну, знаешь, у каких-то женщин усы растут, а у меня… шерсть. – Хани осеклась, поджала губы и замолчала.

– Должно быть, неприятно…

Хани и Аин продолжили идти, но уже не так отстранённо, словно пара слов о тайне и один добрый жест сблизили их.

– Я думала, ты знаешь о моей… особенности, – Хани украдкой взглянула на Аина.

– Нет. Откуда? – удивился тот.

– Но ты тогда в зале сожжения сказал: «не притворяйся». Думала, ты говорил об этом.

Аин на секунду погрузился в размышления, вспоминая минувшие дни:

– Я говорил о другом.

– О чём же тогда?

– А ты уже не помнишь?

– Не совсем понимаю…

– Да неважно. Какое теперь дело до всего этого?

– Аин…

– Забудь, – отрезал тот. – Лучше спрячемся за вот этим холмом и поспим в какой-нибудь канавке.

Недосказанность, словно неудобная обувь, давила и натирала. Хани хотелось потребовать ответов, расспросить спутника, но она боялась нарушить ту хрупкую связь, возникшую между ними на мгновение.

Отыскать сухую канавку было несложно. Спутники легли там, где помягче и поровнее. Аин насыпал в отдалении сухих веток и листвы, надеясь, что так они услышат о приближении кого бы то ни было. Однако утром их разбудил не шорох, а голоса.

***

Хани проснулась оттого, что Аин, навалившись на неё и зажав ей рот ладонью, смотрел на холм. Солнце уже взошло, его первые лучи коснулись верхушек деревьев. Потихоньку умолкали ночные твари, им на смену возродились тоненькие голоса утренних пташек.

– Убери руку, – прошипела Хани еле слышно.

И тут на всхолмье появилась четвёрка оборванцев во главе с прилично одетым высоким проводником. Он был в чёрном плаще с капюшоном, на плече болтались кожаный рюкзак и ножны с необычно изогнутым мечом.

– Ты уверен, что Тадан нас примет? – услышала Хани голос одного из оборванцев.

– В нашей армии найдётся место для любого, кто познал несправедливость властителей Карраабин. Но сначала вы пройдёте проверку. Шпионов сейчас развелось достаточно, нужно быть начеку.

– Наш шанс, – шепнул Аин Хани прямо на ухо. – Они идут к Тадану. Найдём его – найдём убийцу.

– И что дальше? Ты слышал? У него целая армия.

– Плевать. Мы проследим и узнаем, где они расположились. Ценнейшая информация, скажу я тебе. А потом подумаем, кому её выложить и за сколько.

– Аин, ты же не…

– Давай, только тихо.

Голоса стали глуше: пятёрка повернула на восток. Аин и Хани взобрались на холм, задержались ненадолго.

– Они идут к каким-то руинам, – заметил Аин.

– Это Саго. Тама говорил, нам не следует туда заходить.

– Тама лишь деревенский мальчишка. Если уж голодранцы не боятся идти туда, то чего нам переживать.

– Как минимум в одном Тама был прав. Забыл?

– Вселенная, Оришан, да что ты за трусиха такая. Идём.

И Хани последовала за спутником, ругая себя за неумение убеждать. Ей никогда не удавалось отыскать правильных слов в нужный момент, оттого в спорах она часто оставалась в проигрыше.