Гай Хейли – Заблудшие и проклятые (страница 9)

− Кто знает?.. Но если не знаем мы, то и враг не ведает этого, − вставил Хан. − В словах Сангвиния есть смысл. Я и сам сталкивался с Нерожденными, и ты знаешь, что они не подчиняются законам нашего мира. Они безумны. Флот Мортариона все еще не прибыл, и, возможно, это результат действий Льва. Если нам повезет, Гвардия Смерти может и вовсе не появиться…

− Возможно, Мортарион изменил свою точку зрения? – задумчиво произнес Сангвиний. − Я уверен, что немногие из наших братьев предполагали, что окажутся в союзе с демонами, и меньше всего этого ожидал Мортарион – а вы знаете, как сильно он ненавидит варп.

Глаза Дорна сузились. Он подумал на мгновение об Альфарии. Когда Двадцатый примарх проник в Солнечную систему, у них был краткий разговор, и услышанное можно было бы принять за раскаяние. Дорн не стал слушать брата и убил Альфария на Плутоне – то был факт, который он все еще скрывал от своих братьев.

− Никто из них не изменится, − возразил Дорн. – Они все развращены и обмануты… все они. Мы не можем спасти их – и они не заслуживают спасения.

− Я говорил с Мортарионом на руинах Просперо, − добавил Хан. – Его ненависть к Императору слишком глубока. Он одержим смертью нашего отца, и он придет…

− Пусть так, − произнес Сангвиний. – Где же остальные наши падшие братья?

− Я провел ночь, изучая диспозицию флота Хоруса, − продолжил Дорн. Никто из них не спал долгое время – примархи вообще редко спали, но сейчас каждый был слишком измучен своим бременем. Свет гололита делал впадины под глазами Дорна ещё темнее. − Мы знаем, что Пертурабо здесь, − начал Дорн. Карта была увеличена, чтобы охватить всю систему Сол. Дорн обозначил место световой точкой. – Его последняя подтвержденная позиция – битве при Уране. Нет никаких признаков того, что он вышел за пределы Первой Сферы. Если Пертурабо будет следовать своей обычной манере, Железные Воины укрепят Элизианские и Хтонические Врата – гордость не позволит дать сделать это кому-то другому, но ненависть Владыки Железа ко мне такова, что он в конце концов прибудет на Терру, дабы посмотреть, как рушатся стены, которые я возвел, и назвать себя лучшим.

На мгновение воцарилась пауза.

− Флагман Ангрона здесь, − указал Рогал, и его палец прошёл по миллиардам километров пустоты. − Рядом с «Мстительным Духом», на дальней стороне Луны, где ожидает половина флота предателей. Мы должны полагать, что там, где «Завоеватель», там и Ангрон. У нас противоречивые доклады относительно Детей Императора, но их достаточно много, чтобы можно было ожидать в предстоящей битве присутствие Фулгрима. Подозреваю, что он с Хорусом. Альфария мы не учитываем.

Совет лояльных примархов

Дорн проигнорировал взгляд Малкадора, пока говорил. Для примарха было очевидно, что старик знал судьбу властелина Альфа-Легиона – от Регента Терры невозможно было скрыть ни одного секрета.

− Возможно, Магнус мертв, − продолжил Преторианец. − Хотя появление внутрисистемного разлома имеет все отличительные признаки его колдовства.

− Магнус не умер, − произнес Сигиллит.

− И как ты в этом можешь быть уверен? − спросил Дорн.

− Его душа слишком ярка, чтобы полностью скрыться. Императору известно, что сущность Алого Короля сохранилась, потому это знаю и я, − ответил Малкадор. – Уверен, Магнус Красный вступил в битву подле Магистра Войны.

− Это плохая новость, − отозвался Сангвиний. – Я надеялся, что если он выжил, то останется в стороне от конфликта.

− Он скверно воспринял свое порицание, − произнес Малкадор.

− Как минимум мы можем вычеркнуть Керза, − сказал Хан. – Ведь ты швырнул его в пустоту, Сангвиний.

− Есть подтверждение о присутствии Повелителей Ночи, и, возможно, около дюжины их кораблей капитального класса, − сказал Дорн. – Его сыновья здесь.

− Что насчет Лоргара? – спросил Хан, – Его Легион велик, но текущее количество кораблей Семнадцатого в армаде Магистра Войны говорит о том, что здесь только часть сил Аврелиана.

− Он тоже отсутствует? – удивился Сангвиний.

− То, что неизвестно, не может быть учтено, − проговорил Дорн. – Если Лоргара еще нет, это не значит, что он не появится позже, или что он не готовит удар против Жиллимана. Мы должны быть готовы к прибытию Несущих Слово, а также Мортариона. Но в данный момент мы можем лишь радоваться тому, что их здесь нет.

− Но остальные заявляют о себе, − сказал Хан. – Они открыто бросают вызов. Ангрон скачет по корпусу своего корабля, а вызов Фулгрима очевиден в его «застенчивости». Если Магнус бы не желал, чтобы мы знали о том, что он здесь – мы бы и не знали.

− Алый Король скрывает себя… Но не настолько, чтобы мы его не заметили, − сказал Малкадор. – Его психическая сила осталась непоколебимой.

− Фулгрим, Пертурабо, Ангрон, Магнус… И не забудем, конечно, о наиболее вероломном из всех наших дорогих братьев – о Хорусе. О Магистре Войны, − Дорн прошипел по слогам. − О Ар-хи-пре-да-те-ле. Пять примархов, некоторые из которых превратились в чудовищ, и шестой, который, по-видимому, находится в пути.

− Шесть против трех, − резюмировал Сангвиний. – Где остальные братья, верные Трону?

− Местоположение Льва, как всегда, неизвестно, − ответил Дорн, − Робаут Жиллиман в пути. Коракс – потерян. Своевольный глупый Леман Русс – потерян. Феррус Манус – мертв. Вулкан – мертв. Мы нуждаемся в союзниках.

− И так… шесть против трех, − повторил Сангвиний. – Еще два на подходе.

− Хорус всегда был самым харизматичным из нас, − сухо констатировал Хан.

− Вас больше, чем вы думаете, − сказал Малкадор.

Вальдор, который до этого момента держал свое мнение при себе, резко взглянул на Регента.

На лице Малкадора застыл хитрый взгляд.

− Вулкан жив, − заявил Сигиллит.

Выражение потрясения на лицах Сангвиния, Дорна и Хана доставило удовольствие Регенту, и он улыбнулся, словно иллюзионист, довольный результатом своего фокуса.

− Прости?.. – сказал Дорн.

− Что ты имеешь в виду, Малкадор? – спросил Сангвиний. – Я видел его мертвым на Макрейдже! Я видел, как тело Дракона несли его сыновья!

− Тело Вулкана не такое, как у остальных. Саламандры действительно забрали его на Ноктюрн, где успешно возродили своего отца к жизни. У Вулкана есть… определенные способности, как и у всех вас, − пояснил Малкадор. – У тебя есть крылья и способность к предвидению, Сангвиний. У Хана – недоверчивый характер и острый ум. У Дорна – прямота и талант строителя.

− Вулкан был кузнецом, − возразил Джагатай.

− Его другой дар – специфическая жизнестойкость, − ответил Малкадор.

− Дракон не умер?.. – потрясенно произнес Сангвиний. Во взгляде примарха появилось что-то необычное и ангельское, что было в нем в предшествующие годы – не печаль, спутник настоящего, а искреннее удивление.

Хан засмеялся:

– Это отлично!

− В таком случае, где Вулкан? – требовательно спросил Дорн. – Он прибудет сюда?

Вальдор и Малкадор переглянулись.

− Он уже здесь, − не спеша начал говорить Вальдор. – Вулкан явился через Паутину перед возвращением лорда Сангвиния, и теперь стоит на ее страже.

− Что?! – не веря процедил Дорн.

− Это было месяцы назад, − произнес Сангвиний. − И ты только теперь говоришь нам это?..

− Что?! − вновь прорычал Дорн.

− С тех пор он на страже Паутины. Да он жив, − повторил Вальдор.

− Почему он не явился к нам? – спросил Хан. Он один из трех братьев выглядел удивленным, а не рассерженным на скрытность Малкадора.

− Как и у тебя, Джагатай, у Вулкана есть своя роль, − Сигиллит обхватил руками черное железо рукояти своего посоха. Венчавший его венец психического пламени замерцал, а лицо словно стало моложе. Регент Терры жил самими интригами.

– Скажите мне, − спросил Малкадор всех троих. − Как много вы знаете о проекте отца в Императорском Подземелье?

Желая показать, что он знает хоть что-то, Дорн заговорил первым. Его стремление вернуть честь, пусть даже в собственных глазах, заставило Хана широко ухмыльнуться.

− Наш отец покинул Великий Крестовый Поход, чтобы вернуться во Дворец, − Дорн не столько говорил, сколько пересказывал известную всем информацию. – Он намеревался создать мост из Терры в Паутину – сеть, созданную древними эльдарами. Поскольку Паутина находится вне материального и нематериального миров, то она не подвержена влиянию ни того, ни другого. Поручив Хорусу завершить Великий Крестовый Поход, наш отец вернулся сюда, чтобы закончить работу. Успех освободил бы Империум от зависимости использования варпа для путешествий и коммуникаций, – Преторианец остановился. – Когда Он впервые сообщил мне это, чтобы я мог охранять Его во время работы, то я подумал, что это вопрос повышения эффективности работы наших коммуникаций. Но принимая во внимание то, что я теперь знаю… – Рогал посмотрел на своих братьев.

− Это бы оградило нас от сил, которые сейчас атакуют Империум, – сказал Сангвиний. − Увы, я мало знал об этом.

− А я – еще меньше, − поддержал Хан. Они оба смотрели на Дорна, который смотрел прямо вперед.

– Я – Преторианец Императора. Я должен быть в курсе всех угроз, чтобы защитить нашего отца.

− Браво, Рогал, − ехидно сказал Малкадор, – Ты слушал Его. Хотя если судить по отдельным признакам, Паутина гораздо древнее эльдар. Они были последними, кто занял ее до своего падения. Судьба, к повторению которой мы опасно близки…

− Почему я не могу увидеть Вулкана? – спросил Сангвиний. − Я должен был ощутить его присутствие или почувствовать…