Гай Хейли – Заблудшие и проклятые (страница 8)

Малкадор приковал свой взгляд к Ангелу. Казалось, Регент внезапно вырос, подобно огню, вспыхнувшему от порыва ветра.

– Не думайте ни секунды, что ваши испытания были бы менее трудны, ведай вы обо всем заранее! Я знаю, что тебя пытались совратить, Сангвиний. В аду Богов есть места больше, чем для одного Красного Ангела.

Сангвиний побледнел, тем самым заставив Дорна немного встревожиться.

− Малкадор, − произнес Дорн спокойно. – Ты зашел слишком далеко.

Имперский Регент, громко вздохнув, погрузился обратно в себя.

− Мне жаль. Это времена испытаний, и даже у моих сил есть пределы. Все вы знаете, что вы мне как сыновья. Я лишь пытаюсь пояснить вам… − Сигиллит посмотрел на Сангвиния. − Прости меня.

− Я понимаю, − ответил Ангел. − Мир, дядя.

− Неважно, кому именно Император даровал знания. Даже сейчас лучше, чтобы вы ничего не ведали, − продолжил Малкадор. – Упоминать о силах Эмпирей означает обратить на себя их внимание. Само по себе знание этого развращает – и это все, что вам нужно знать сейчас, и гораздо больше, чем вам нужно было знать ранее.

− И все же я считаю, что информация принесла бы нам пользу. Я, например, никогда бы не распустил свой библиариум, если бы знал, с чем мы столкнулись, − возразил Дорн. − Я даже порицал Русса за его уклонение от Никейского Эдикта. Мы с Ханом также обменивались мнениями по этому вопросу в связи с его позицией…

− Отец не всегда прав, − спокойно произнес Хан.

– Это лишь твое личное мнение, Джагатай, − сказал Малкадор.

− Возможно, − ответил Ястреб. − Но, может, Ему следовало смотреть дальше – за пределы того, что он уготовил для нас, и доверять нам? Он не самый общительный родитель…

− И посмотри, чем Ему отплатили за Его привязанность, − Малкадор ударил своим золотым посохом по полу, и пламя, венчающее око на навершии, ярко вспыхнуло. − Судьба создается прямо в этот момент. Война в варпе, в Паутине, материальном мире – лишь грани более масштабной борьбы. Твой брат это понимает.

Мысленно Сангвиний вернулся на негостеприимный Давин и Сигнус, где Ангел столкнулся лицом к лицу с ужасающим Хаосом во всех его проявлениях.

− Да, − вздохнул Сангвиний. – Допустил отец просчет или же нет, но правда в том, что мы находимся в нужном месте и ведем войну не только в мире материального.

− Это единственный вид войны, в котором я умею сражаться, − возразил Дорн. – Эти существа извне, кошмары, которые обрушиваются на людей… Как мне все это учесть?

− Это невозможно – но война пуль и клинков важна не меньше, чем война духов и колдовства, − ответил Малкадор. – Ты должен выполнить свою часть… а я выполню свою, когда придет время.

Будучи одним из немногих людей, кто мог смотреть в глаза примарху без дрожи в теле, Малкадор поочередно встречал пристальные взгляды каждого из трех сыновей.

– Все вы должны сыграть свою роль в этой борьбе, – Регент печально улыбнулся Сангвинию, и Ангел отвернулся в сторону. – Это, не те роли, которые ваш отец написал для вас, но вы все равно подходите – Ангел, Преторианец и Боевой Ястреб. − Сигиллит наградил их взглядом, по-отечески полным чувства гордости. – Мы с Императором абсолютно уверены, что вы сможете одержать победу.

Примархи мгновение безмолвствовали.

− Веры недостаточно, − нарушил молчание Дорн. – Наши каналы вокс-связи ненадежны. Волнения в варпе препятствуют работе астропатов. Мы одни. Что бы не происходило за орбитой Луны, мы не в состоянии узнать это. Я предполагаю, что пограничные флоты могут продержаться еще несколько месяцев. Из последних сообщений до нас дошли доклады адмирала Су-Кассен – наши корабли сосредоточены в единый кулак, включая многие из флотилий Джагатая.

Хан склонил голову.

– Это могучая сила, но только не для Магистра Войны. Его пустотный флот в сравнении с нашим – великан против карлика. Мы должны были оставить здесь хотя бы «Фалангу», − вставил Сангвиний, говоря об огромном флагмане Дорна, направленного под командованием Су-Кассен для формирования ядра пограничного флота. – Даже она одна значительно усилила бы оборону. Мы могли бы нанести Хорусу весьма болезненный удар…

− И тогда мы бы потеряли и ее, и все прочие корабли, − парировал Дорн. − У нас недостаточно сил, чтобы противостоять армаде Магистра Войны, которую он собрал вокруг Терры. Вот почему я отослал наш оставшийся флот. «Фаланга» возглавит и прикроет его, пока не наступит подходящее время для контрудара.

− Ты не поэтому отослал флагман… − не согласился Сангвиний.

− Я принял решение, − твердо произнес Рогал Дорн, − И оно не изменится.

− Прекрасно, − сказал Ангел. − Но я не уверен, что стратегия спасения «Фаланги» в качестве средства эвакуации Императора увенчается успехом.

− Если Терра падет, Император должен выжить, − отрезал Преторианец. − Мы все согласны с тем, что Владыка Империума, а не Терра является целью Хоруса. «Фаланга» являет собой лучшую возможность для Его эвакуации. Только мой флагман может с боем войти и выйти из системы, чтобы вывезти Императора. Во всех иных вариантах развития событий корабли по периметру будут оставаться вне зоны поражения до тех пор, пока не подойдет Робаут. Су-Кассен отдала приказ расчистить проход для флотов, которые выйдут из варпа с восточного направления. Пертурабо со своими ублюдочными сыновьями пока не вошел во внутренние сферы системы. Если он потратит оставшееся время на перегруппировку, то его Легион будет укреплять внешние пределы, чтобы защититься от наступления Жиллимана. Мы не можем позволить, чтобы железное кольцо, которое он развернет, задержало наших спасителей, но Су-Кассен разобьет Владыку Железа.

− Каковы силы Жиллимана? У нас есть вести об успехах его дальнейшего продвижения? – поинтересовался Хан.

− Нет, – ответил Дорн. – Мы должны верить, что Робаут продолжает пробиваться вперед и что он не истощит свои силы на пути к Терре. Железные Воины забили контактными минами самые короткие проходы в пустоте. Преодолев эти препятствия, Робаут в любом случае будет прорываться через арьергарды Хоруса, оставленные на Бета-Гармоне. И только после этого перед ним откроется путь к Солнечной системе.

− Жиллиман сделает это, − уверенно сказал Сангвиний. − Хорус привел сюда большую часть своей армады, но и силы Робаута крайне внушительны. Когда я покидал его, он готовил к рассылке приказы о начале мобилизации Ультрамара и всего Сегментума Ультима. Множество сил присоединяются к нему по пути, включая силы Вулкана и Коракса – Легионы, которые мы считали погибшими. Когда Робаут придет, его мощь будет сопоставима по размеру с армадой Магистра Войны.

− Сбор на Калте многое отнял Тринадцатого, − сказал Дорн. – Жиллиман не досчитался многих… как и мы.

− Это не похоже на тебя… сожаление? − заметил Сангвиний.

− Не сожаление, − ответил Дорн, − Факт. Если я и сожалею, то лишь о том, что коллизии этой войны заставили нас принять столько горьких и тяжелых решений. Великий Сбор обошелся нам дорого, но это было необходимо.

− Я сделал на Бета-Гармоне все, что мог, − печально произнес Сангвиний. Небольшое напряжение в голосе стало его отличительной чертой в последнее время.

− Не оправдывайся, брат. Я не хотел тебя оскорбить, − ответил Дорн. – Ты задержал Магистра Войны и обескровил его – это все, о чем я просил тебя. Ты сделал, что смог. Ныне перед нами стоит лишь одна задача – остановить Хоруса.

− А что остальные? Есть что-нибудь от Волка, или от Ворона? – спросил Джагатай. − Русс и Коракс живы?

Губы Дорна скривились при упоминании Лемана Русса − примарха Космических Волков, что заставило Сангвиния ответить раньше седовласого брата.

− Ничего. Последний раз я слышал о Лемане во время кампании на Бета-Гармоне, − ответил Сангвиний. − Бесчестные сыновья Альфария и воины Аббадона взяли его в тиски на Яранте.

− Они схватили его, или же Русс ускользнул из их сетей? – спросил Хан, − Ворон выжил?

− Нельзя сказать точно, но я не верю, что наши братья мертвы, − ответил Ангел. – И думаю, что прав в этом. В последнее время мои ощущения стали… более чуткими.

− Для нас это прекрасные новости – они живы! – воскликнул Хан.

− Живые или мертвые – они ничего не смогут сделать для нас здесь, как я и сказал Руссу перед его отбытием, − произнес Дорн. − И Лев тоже не может.

Устало вздохнув, Малкадор поднялся со своего стула. Свет от его посоха танцевал по всей комнате.

– Лев делает все, что в его силах.

− Терзание родных миров предателей – преждевременная месть, − возразил Дорн. − Ему следовало бы быть здесь.

− Ты не видел того, что видел я, − не согласился Сангвиний. – Я знаю, что ты сражался с демонами на борту «Фаланги» не столь давно, и твои стены и орудия отлично ограждают вас от ужасов, что крадутся меж звезд. Но то, чему ты был свидетелем – лишь маленькая толика темного колдовства, которое невозможно понять разумом. Мы сражаемся с колдунами и псайкерами точно так же, как сражались во времена Великого Крестового Похода, и каждый мир предателей, очищенный Темными Ангелами – удар по планам наших врагов.

− Это лишь символизм! − прорычал Дорн.

− Но и символизм обладает силой, – возразил Малкадор. − Видишь, как ты заблуждаешься, Рогал?

− И где сейчас Лев? – спросил Преторианец. − С тех пор, как он уничтожил Барбарус, от него не было слышно ни слова…