Гай Хейли – Заблудшие и проклятые (страница 46)
– За Императора! – взревел он. – За Единство! За Империум!
Его скорость была столь велика, что Хан мог бы взмахнуть простой палкой, дабы разрубить врага на куски. Когда его талвар ударил по врагам, те взорвались дождем маслянистой кровью.
– Вперед, моя Орду! Вперед!
Десятки реактивных мотоциклов последовали за примархом, и установленные на их обтекателях болтеры плевались смертельными масс-реактивными болтами, обращая слуг противника в пыль и разорванные останки, что усеивали землю. Спидеры, нацелившись на огневые точки, пикировали вниз с ужасающей скоростью, превращая укрепления в шлак ревущими термоядерными лучами.
Пораженные этим кошмарным оружием, живые существа испарились. Те, кого они задели лишь вскользь, умирали ужасающей смертью, пока их кожа превращалась в пар, а органы разрывались прямо внутри тела.
– Смерть! Смерть предателям! – крикнул Джагатай. Его боевые кличи передавались по вокс-сети всего Легиона, а ответы ханов были полны громкого смеха и ликования. Слишком долго сыны Боевого Ястреба прятались за стенами. Ветер овладел ими, наполнив своей стремительной мощью, и поднял ввысь со всей своей силой.
Основная цель Легиона уже была в зоне видимости: один из восьми Ковчегов Механикум, что высадились на землях вокруг Дворца. Вокруг этих судов велись самые активные работы: слуги предателей собирали огромные машины, и хотя эти механизмы и покрывали брезент и бронированные листы, Хан без труда опознал ужасающие пушки с технологией варп-щитов, созданные для того, чтобы разрушить «Эгиду», а также другое оружие – огромные каркасы колоссальных размеров. Примарх нахмурился, не до конца веря увиденному, и приказал своим авгурам записывать все данные.
– Наша главная цель впереди! – прокричал Хан в вокс. Их время подходило к концу. Небольшой перерыв в бомбардировке прекратится, как только Гвардия Смерти высадится на планету. – Уничтожить и отступить! – отдал примарх приказ.
Пространство вокруг корабля-Ковчега расчистили специальные машины, и теперь его окружали энергетические экраны, защитные башни и земляные валы – Хан разглядел технологии, принадлежащие Темным Механикум. Вверх взметнулись дуги потрескивающих зарядов, и, переходя от одного Белого Шрама к другому, поражали сразу троих или четверых за раз. Воины заживо сгорали вместе со своей броней, а их боевые машины теряли питание и обрушивались на землю.
Сопровождаемые фонтанами грязи, с земли взлетали магнитные мины. Выстреливаемые мелкими реактивными двигателями, они рвались к своей жертве, а примагничиваясь к корпусам машин, вспыхивали алым пламенем. Воины падали с горящих реактивных мотоциклов слева и справа от Хана. Примарху едва удалось увернуться от обломков спидера, которые упали прямо перед ним.
Черное небо пронизывал огненно-энергетический свет поразительных цветов – синего, пурпурного, красного и золотого.
Корабль-Ковчег охранялся войсками Легио Кибернетика. Около него стояли осадные роботы – огромные существа, не уступающие в своих размерах Имперским Рыцарям. Они оставались неподвижными, в то время как их меньшие братья и сестры направили свои орудия вверх.
Мимо примарха с шипением пролетали радиевые пули, а воздух рассекали лучи волкитных разрядов, но Белые Шрамы продолжали наступать.
Люди Хана, не обращая внимания на роботов и киборгов, расширили свой строй. Разделившись на несколько ударных групп, они направились к генераторам щитов. С трудом обрушив щиты болтерным огнем, истребители Хана выпустили ракеты в сторону генераторов.
Сам Джагатай, держа талвар перед собой на манер кавалеристов Чогориса, разъяренно прорывался сквозь толпы врагов. На него неуклюже замахнулся боевой робот, но примарх одним ударом отделили его голову от туловища. Он нанес еще один удар, и очередной киборг упал на землю, рассеченный пополам. Вращающиеся пушки мотоцикла Хана стреляли до тех пор, пока их магазины не опустили. Фюзеляж машины примарха пронзили несколько свистящих пуль, и он рванул вперед, избежав встречи с окружающими его боевыми конструктами. Резко развернувшись, Хан бросил свой байк в крутую дугу, используя размеры реактивного мотоцикла, чтобы сбить трех роботов на землю, и, запустив двигатели, сжечь их потоками плазменного огня.
Устремившись вверх, примарх избежал ответных залпов киборгов.
Над его головой пролетали истребители, сбрасывающие ракеты и бомбы на осадный лагерь. Землю разорвала линия огня, и мощный взрыв сотряс воздух, когда пламя добралось до энергетических генераторов.
– Секция Дневного Пламени откроет нам тринадцатый и шестнадцатый сектора для отступления! – прокричал по воксу Джагатай-Хан, примарх и повелитель Орду. – Приготовиться по моей команде открыть огонь по данным координатам!
Он не стал дожидаться подтверждения и вновь закричал в вокс:
– Сыновья Чогориса! Прорываемся на свободу! Возвращаемся к Стенам!
Белые Шрамы отступили столь же внезапно, как и атаковали. Реактивных мотоциклы взмыли вверх, штопором проходя сквозь смертоносные лучи лазерного огня. У самой границы осадного лагеря приземлились «Громовые Ястребы», и, быстро загрузив в десантные отсеки воинов, потерявших свои машины, взмыли вверх. Отступая, легионеры с Чогориса продолжали вести огонь, остановившись лишь тогда, когда их орудия уже были направлены в сторону Дворца.
– Секции Стены с тринадцатой по шестнадцатую – немедленно открыть огонь!
Белые Шрамы прошли сквозь град снарядов, направляющихся к вражеским позициям. Сзади них прогремели взрывы, когда зенитные батареи уничтожили боеприпасы врага, выпущенные им вслед.
Джагатай-Хан нажал педаль в пол и помчался вперед, опережая ветер.
***
Истощенные солдаты внешних укреплений смотрели в небо. Несмотря на надвигающуюся опасность, их решимость была сильнее, чем за все последние недели. Впервые легионеры сражались вместе с ними. Силы Кровавых Ангелов были немногочисленными, но Сангвиний приказал космодесантникам спуститься с высоких стен. Примарх казался рассеянным – совсем не таким, каким представлял его Кацухиро.
Но это было мелочью. На их на позиции находился примарх – примарх! – и хотя он остался стоять на вершине 16-го Бастиона со своими ближайшими помощниками и великолепными телохранителями, призывники ощутили нарастающую в его присутствии решимость. Стоило им лишь поднять глаза вверх, и они видели сияние Ангела за крепостным валом.
Он был подобен яркому лучу во тьме, окутавшей Терру.
Сангвиний отправил своих легионеров на усиление обороны Бастиона-16. Даже уставшие и больные, призывники обрели новые силы, и теперь двигались с такой целеустремленностью, какой у них никогда раньше и не было. Впервые под сверкающими зелеными глазными линзами космодесантников Кацухиро почувствовал себя настоящим солдатом и отбросил мысли о собственной неполноценности, что преследовали его ранее.
Все бойцы вокруг чувствовали тоже самое. Все, кроме Ранникана. Маленький человек не отставал от Кацухиро ни на шаг, а его самоуверенность уступила место беспокойству.
– Не думаю, что он способен на что-то хорошее…
– О ком ты говоришь? – спросил Кацухиро, сосредоточенный на атаке Белых Шрамов, обрушившихся осадный лагерь. Как только бомбардировка прекратилась, он отчетливо слышал над пустошами выстрелы их орудий. – О Сангвинии?
Ранникан произнес имя, но его слова потонули в реве радостных возгласов, раздавшейся по всей линии, когда над далеким лагерем пронеслась серия взрывов, и стремительные машины космодесантников Хана устремились к приземлившемуся боевому кораблю.
– Кто именно? – еще раз спросил Кацухиро.
– Доромек! Доромек! Послушай меня! – глаза Ранникана выглядели безумными. – Все эти похождения по туннелям… Зачем? А откуда она взяла это оружие? – призывник покачал головой и пригнулся еще ниже. – Они знали друг друга и раньше, я чувствую это! Это правда!
– Она умеет сражаться… – в недоумении вставил Кацухиро, вспомнив, как Миз убила гигантского мутанта.
– Вот именно!
– Но это ни о чем не говорит. Она ничем не отличается от других солдат. Во Дворце есть люди, которые смогут убить нас миллионами разных способов…
– Да это верно, но они там, а не здесь! Нас направили сюда, потому что мы даже не солдаты, мы ничто! Неужели ты действительно думаешь, что кто-то вроде Доромека не сможет избежать призыва даже сейчас? И почему она скрывала, что владеет ключом? Она не должна быть здесь!
– Ты ошибаешься, – настаивал Кацухиро. – Кто-то обязательно сможет проскользнуть…
– Хорошо, – мрачно произнес Ранникан. – Но они проскользнули или прокрались?
– О чем ты вообще говоришь? – Кацухиро в ужасе обернулся.
– Предатели есть везде, мой друг… – Ранникан указал винтовкой в сторону осадного лагеря. – Например, там…
И снова его слова утонули в грохоте взрыва, но на этот раз гораздо более мощного. Истребители Белых Шрамов и их боевые корабли громили осадный лагерь. Щиты предателей замерцали, а потом и вовсе погасли. Пятый Легион тут же отступил, возвращаясь к Стенам в шквале белых бликов, а все новобранцы на оборонительных линиях приветствовали их радостными воплями.
По небу пробежал шквал хлопков – несущественный для призывников, но так хорошо знакомый космодесантникам…
– Будьте готовы, воины Империума! – прокричал один из Кровавых Ангелов. Он стоял в нескольких метрах от Кацухиро, но его усиленный воксом чистый, сильный и гордый голос гремел на многие метры вдаль. – Враг приближается!