Гай Хейли – Заблудшие и проклятые (страница 35)

– Он лгал? – спросила Мизмандра, но саму ее это почему-то не удивило.

– Возможно, он имел на то веские причины, – ответил Альфарий, пожимая плечами. – Его замысел – сохранить человечество в безопасности. Примархи, Единство, Империум… Но Он не добьется успеха. Он попытается сопротивляться, но лишь усугубит проблему до апокалиптических масштабов.

– Если ты знаешь это сейчас, почему бы тебе не остановить Хоруса? Почему не предупредить Императора?

– События нельзя остановить. Даже если и так, то результат все равно останется неизменным. Тогда это произойдет спустя несколько тысяч лет… конец Вселенной. Проще говоря, так.

Она качнула пистолетом в сторону собеседника.

– Какое это имеет отношение ко мне?

– Нам нужны люди. Я хочу, чтобы ты помогла мне.

– Замечательно. Предположим, что сказанной тобой – правда. Зачем ты мне это рассказываешь? Откуда мне знать, что ты не лжешь?

Альфарий сдвинулся. Нелепо маленький стул угрожающе заскрипел под его весом.

– Большинство людей, с которыми я говорю, не слышат истины. Некоторые из них считают, что мы действуем против Императора, будто мы желаем восстания и ненавидим Его. Они слышат то, что желают слышать, и с радостью сами присоединяются к нам. К каждому можно найти подход: для большинства достаточно денег и власти, или же и того, и другого. Эти люди примитивны, но есть и такие, как ты. У тебя было все, о чем многие могут только мечтать, но ты отринула это – для тебя имеет значение только истина. Ты отчаянно жаждешь быть нужной, Лидия Мизмандра, и я предлагаю тебе шанс посвятить свою жизнь самому достойному делу из всех – стремлению встать на защиту… – он сделал паузу, и улыбнулся ей словно это была шутка. – … всего, – заключил он.

Она ничего не ответила – лишь рассмеялась.

– Позволь мне сказать иначе, Мизмандра. Ты одинока, обездолена и находишься в опасности. Сейчас ты далеко, очень далеко от своего дома. Семья, отношения… Это все не для таких людей, как ты. Подобные тебе могут лишь смотреть на общество со стороны, но не стать его частью. Вы чувствуете себя в нем неловко, потому что видите, как глупы остальные, как легко и с охотой они верят в ложь чужих убеждений, используя самообман, чтобы обитать в комфортной для себя реальности. Инстинктивно ты знаешь, как сильно они переоценивают свое понимание мира. Ты смеешься над их оптимизмом, потому что видишь в нем безнадежность. Ты смеешься над их проблемами – ведь они столь малы и ничтожны в сравнении с неумолимым течением времени… Ты осуждаешь их за дружбу, потому что видишь предательство в каждой улыбке, – он наклонился вперед, – но действительно ранит тебя то, как сильно ты желаешь быть вместе с ними. Ты знаешь, что ты ничем не лучше других. Твой интеллект превосходен, но в конечном итоге столь же ограничен. Ты знаешь достаточно, чтобы понять, что не знаешь вообще ничего. Ты тоскуешь по обществу, его заблуждениям и невежеству. Мучаешься – ведь ты понимаешь так много, но осмысливаешь совсем мало.

– Загадки и ложь, – вздохнула она, усмехнувшись.

– Император нам тоже лжет. Расчетливо… хоть это и прискорбно.

Он был прав. Она презирала все человечество. Наверное, он ожидал, как она побледнеет, ее руки затрясутся, и она станет все отрицать или злиться – когда-то она именно так бы и поступила, но сейчас Мизмандра была слишком утомлена и измучена. Через некоторое время после их встречи Лидия поняла, что поведи она себя тогда подобным образом, то умерла бы прямо за этим столом.

– К чему все это? – спросила Мизмандра, вынимая свободной рукой занозу. Даже в этой дыре ее острые ногти имели идеальный маникюр. – Я не первая женщина, которая ненавидит обезьяньи стаи, гордо именующие себя человечеством, и которая презирает их за то, кто они есть. Или же приходит в бешенство от мысли о том, что сама является человеком. Я давно с этим смирилась.

Незнакомец окинул взглядом ее лачугу.

– Похоже, что так. У тебя это отлично вышло, – произнес он, саркастично улыбаясь.

– Какое тебе вообще дело до этого? – спросила она. – Легионеры известны не за свою психологическую проницательность.

– Вопреки распространенному мнению, нас всех создавали разными, – ответил собеседник, и его улыбка стала чуть шире. – Наш Легион ищет людей с особыми качествами. У тебя же их в изобилии.

Мизмандра удивленно вскинула брови.

– Вопреки распространенному мнению, – повторил незнакомец, словно это была запись, – Легионы имеют разное предназначение и должны играть разные роли. Наше – разведка и контрразведка. Проникновение, подрывная деятельность, пропаганда – все это грязные и темные стороны человеческого бытия. Другие Легионы нажимают на курок, мы – на слабости. Иллюзии… – насмешливо произнес он, водя пальцами перед лицом

– Дезориентация…

Альфарий посмотрел вниз и ее пристальный взгляд бессознательно направился следом.

На столе между ними появился пистолет: небольшой для примарха, но требующий двуручного хвата для ее рук. Это был не грубый массивный и изрыгающий смерть болтер Легионес Астартес, но неброское элегантное оружие инопланетного происхождения.

Появление пистолета не имело никакого значения. Сколь смертоносным бы он ни был, его обладатель в оружии не нуждался – попробуй Мизмандра сбежать, ее не спасет ни ловкость, ни скорость. Незнакомец успеет сломать ей шею до того, как она сделает хоть шаг из этой комнаты. Лидия невольно задалась вопросом – а опечалит ли примарха ее смерть или же разочарует? Или, быть может, он использует ее убийство в назидание другим?

– И так, – начала она, – если я правильно поняла, самый верный сын Императора собирается восстать, став марионеткой неких богов, которых, как нас учили, не существует, а вы хотите помочь ему победить, чтобы эти сущности не получили шанса поработить материальный мир?

– Опуская многие нюансы… да. Ты все поняла верно.

– Но в таком случае человечество будет истреблено?

– Печально, но да.

– А если я буду действовать от вашего имени, то погибну, – заключила она.

– … а если ты решишь не делать этого, то умрешь в ближайшие пару минут. Конечно, присоединившись к нам ты тоже умрешь, но я обещаю, что не напрасно.

– Вы мятежники? – недоверчиво спросила Мизмандра.

– Нет, – решительно ответил примарх. – Я бы хотел, чтобы у нас был другой путь, но человечество либо умрет сейчас, и вселенная будет спасена, либо умрет позже, и все живые, дышащие и мыслящие существа, находящиеся в этой реальности, погибнут в муках.

– Но зачем это тебе? – с неподдельным любопытством спросила Мизмандра. Смерть могла настигнуть ее в считанные секунды, но это никак не умаляло ее интереса.

– Существуют и другие силы… кроме богов. Они не очень доброжелательны, но и не злы, – уклончиво ответил примарх.

– Нет, – возразила Мизмандра. – Зачем это делаешь именно ты?

– За Императора.

Этот разговор был самым долгим из всех, что она вела с кем-либо из Двадцатого Легиона…

***

Мизмандра подняла свой взгляд с октета, вырезанного на прикладе винтовки. Над тучами сгущались сумерки, но тьму под ними рассеивала бомбардировка. Мир казался оранжевым из-за обстрела разрушенного сектора внешних укреплений. «Эгида» сияла зловещим пурпурным цветом. Вжимаясь в тени, Мизмандра направилась к цели – та находилась на самом краю зоны, по которой велась стрельба со стен.

Там была полукилометровая башня, миниатюрная копия бастионов внешних укреплений, что сами по себе были уменьшенными дубликатами башен Дворца. Укрепления Дорна имели сложную и фрактальную структуру: каждая их часть представляла собой малую копию более крупных узлов обороны, и все они были взаимосвязаны, прикрывали и поддерживали друг друга. В кажущейся простоте конструкций рождалась сложнейшая система обороны.

В командном центре башни находилось четверо погибших офицеров. Комплекты их прочного оборудования находились в рабочем состоянии, но были отключены, а экраны когитаторов сияли голубым светом. Мизмандра умела пользоваться подобными устройствами и вскоре заставила их плясать под свою дудку. Она копалась в информационном журнале, когда снаружи, у двери, напротив которой стояла, раздался шум. В ее руке мгновенно оказался лазерный пистолет, подобранный по пути сюда.

– Так и думал, что найду тебя здесь, – усмехнулся Ашул. Он шагнул в дверь, держа винтовку на изгибе руки. Он носил оружие так, словно провел с ним всю жизнь, начиная с детства. – Ты нашла что-нибудь полезное?

Она кивнула, выключила когитатор и несколько раз выстрелила по нему.

– Я нашла тоннели под бастионами. Они предоставляют нам новые возможности.

– Возможности, за которые стоит умереть? Тебе повезло, что ты дошла до башни, учитывая, как Дорн утюжит местность бомбардировками.

– Мы должны использовать все ресурсы. Оно того стоило, – она тряхнула своей головой. – Вся эта осторожность и внимание Преторианца испарились. У этих идиотов были все необходимые мне данные, и они скопированы на узловой когитатор.

Мизмандра начала обшаривать тела, проверяя их на наличие ключей шифрования и идентификаторов сигнатур.

– Их мог обнаружить любой…

– Кто угодно, – отозвался Ашул. – Я думал мы закончили с этим, – добавил он после паузы, – после Плутона. Когда нас отправили обратно. И что им еще от требуется?..

– Этому нет конца, Ашул, – ответила Мизмандра, пряча в карман богато украшенный перстень и носитель информации. – Не с Легионом.