Гай Хейли – Заблудшие и проклятые (страница 36)
– Сейчас я Доромек. Зови меня так, – рассудительно заметил Ашул, выглядывая за дверь.
– Скоро здесь появятся люди. Они вновь займут этот участок, когда силы Магистра Войны отойдут. Пора убираться. Если тебя обнаружат здесь, то возникнут вопросы. А если они обнаружат при тебе шифровальные ключи, то казнят…
– Я позабочусь об этом сама, – возразила она. – Это тебе пора убираться.
Снайпер покачал головой.
– Я нахожусь там, где и должен. Я действующий лейтенант и вызвался возглавить разведку в силу моих прежних навыков и опыта, – он улыбнулся без тени иронии. – Моя миссия – вернуть эту башню обратно. Думаю, можно считать ее выполненной.
Мизмандра нахмурилась.
– Ты привлекаешь к себе слишком много внимания. А еще ты сблизился с этим солдатом…
– Кацухиро? Он безобиден, но может нам пригодиться, как и остальные. Ты сказала, что мы должны использовать все наличные ресурсы, а сейчас их не так уж и много.
Она наградила его безрадостным взглядом.
– Может ты перестанешь играть в славного парня, и нам стоит накидать дальнейший план действий?
– Мне надоело бездействие, – заявил Ашул. – Кроме того, моя игра пошла нам руку. Мы облегчим свое положение, если у меня будет влияние – Джайнан прислушивается к моему мнению и нуждается во мне.
– Ты должен остановиться. Ты теряешь бдительность и привлекаешь к себе внимание.
Ашул пожал плечами.
– Иногда это работает.
– Будь осторожен.
– Все равно мы умрем.
Мизмандра ответила ему уверенным кивком.
– Но не напрасно.
ПЯТНАДЦАТЬ
Гнев и раздор
Первый Капитан
Правая рука
«Мстительный Дух», орбита Луны, 8-ое число, месяц Терция
– Дорн бросает нам вызов! Стены должны быть разрушены, а улицы залиты кровью. Атаковать, атаковать, мы должны атаковать! – рык Ангрона раздавался по всему двору Луперкаля. Комья слюны разлетались от его пасти, исчезая в никуда, как только оказывались вне области захвата изображения.
– Стены не перекричишь, – отозвался Пертурабо. Его голос звенел, словно свинцовый колокол. – Ты потерял терпение вместе со своим разумом.
– Он не сумасшедший, – возразил Фулгрим. – Правда, дорогой брат?
– Не позволяй этой змее обращаться ко мне! – заревел Ангрон.
– Прекрати свое тявканье, пес – произнес Пертурабо. – Это собрание разумных существ, а не животных.
– Скажи мне это в лицо и мы увидим, кто замолчит первым! – проревел Ангрон.
– Я побеждал тебя раньше и сделаю это вновь, – спокойно ответил Пертурабо.
Ангрон издал вопль возмущения, который сотряс воздух.
Аббадон взглянул на пустой трон своего генетического отца. Хорус опаздывал на встречу.
– Ради Магистра Войны, Иезекииль, – прошипел Кибре. – Сделай же что-нибудь!
– Кто-то должен, – поддержал Аксиманд, пока примархи вели перепалку друг с другом. Он сделал шаг вперед.
Аббадон схватил брата за руку, покачав головой. На его лице была маска предостережения. Аксиманд пожал плечами и отступил.
– Я сделаю это.
– Как пожелаешь, – согласился Аксиманд.
Аббадон молча вышел вперед. Он стоял посреди примархов и с презрением наблюдал за их препирательствами.
– Ох, Ангрон, мой дорогой брат, твой вой становится утомительным, – произнес Фулгрим. – Где Хорус? – обратился он к окружающим. – Если кто и может заставить успокоиться Ангрона, так это он.
Пожиратель Миров ухмыльнулся.
– Нет ничего важнее, чем…
– Замолчи, Ангрон, – прервал его Фулгрим, – будь так добр.
Мгновение Багряный Ангел пристально таращился вызывающим взглядом, а затем его лицо раздулось от апоплексии, и он в гневе закричал:
– Я не буду молчать! Я избранник Кхорна! Вы должны прислушаться ко мне. Вы должны…
– Я услышал достаточно. Отключите аудиосигнал трансляции лорда Ангрона.
Адепты Истинного Механикум повиновались. Красный Ангел остался в виде молчащего призрака, излучающего ярость.
– Посмотрите, сколь хрупки стали ваши узы, – с отвращением произнес Аббадон. – Лорд Пертурабо, вы сидите на самом краю системы, высказывая свои гениальные мысли, но в тоже время понимая, что вас никто не слушает.
– Не провоцируй меня, Первый Капитан…
– Помолчите минуту или окажетесь еще дальше, чем находитесь в данный момент, – прорычал Аббадон. – Ты, Фулгрим, и ты, Ангрон – вы отдали себя в использование богам варпа.
Ангрон бушевал в безмолвии, а Фулгрим по-девчачьи захихикал. Аббадон пристально посмотрел на него и в ответ Фениксиец скорчил непристойную гримасу.
– Где ваше величие, где ваша воля? Мы стоим на пороге победы, а вы создаете угрозу всему достигнутому своими препирательствами и склоками, – продолжил Аббадон. – Ты позер, и ты бесноватый, ставите под сомнение приказы вашего Магистра Войны. Это он привел вас сюда! Именно он сделал вас столь могущественными! Именно он сделал все случившееся возможным! Я видел, как невоспитанные дети декадентских вельмож ведут себя более прилично и рассудительно…
Фулгрим медленно похлопал в ладоши всеми четырьмя руками.
– Такой храбрый, такой благородный, – усмехнулся он. – И такой дерзкий. Сын затмевает отца… Он должен тобой гордиться, – Фулгрим наклонился ближе к объективу камеры, делая свое изображение устойчивым. – Но осторожнее, маленький Иезекииль, – угрожающе промурлыкал он. – Ты силен, но играешь при дворе богов. Ты не можешь убить нас так, как ты сделал это со своим родным отцом на Хтонии. Тебе не на кого поставить в этой игре. Отойди, маленький человечек, и мы можем позволить тебе жить.
– Думаешь, Хорус позволит тебе убить меня? – возразил Аббадон, шагая вдоль гололитических фантомов, расположенных по кругу. – Он может уничтожить вас всех полностью, любого из вас! Там, где вы не служите своим богам, вы служите в угоду своим страстям. Хорус выше вас и выше тех сущностей, которым вы поклоняетесь.
– Наш брат не поставил бы жизнь своего сына превыше жизни своих братьев, – произнес Пертурабо, – ты заходишь слишком далеко.
– Скажи это лорду Лоргару, – ответил Аббадон. – Изгнаннику повезло, что Хорус не разорвал его на куски. Будьте осторожнее, не испытывайте терпение моего отца – оно не неисчерпаемо.
– Хорошо сказано, – пробормотал себе под нос Аксиманд.
– Аббадон, никогда больше так со мной не разговаривай, – предупредил Пертурабо. – Я не столь снисходителен, как мой брат.
– Как и я, – добавил Фулгрим.
Отворилась дверь. В нее вошел Хорус, более живой и энергичный, чем казался ранее – так отметил про себя Аббадон.
– Капитан Аббадон прав, – произнес Хорус. – Вы позорите себя.
Все при дворе задрожали от его слов.
– Слушайте моего избранного сына также, как и меня, – примарх прошел к центру помещения и возложил на плечо Иезекииля один из своих гигантских когтей. – Ибо он моя правая рука.
– Что тебя задержало, брат? – спросил Фулгрим. – Почему ты вызываешь нас сюда и заставляешь ждать?
– Я общаюсь с силами, что направляют мою руку и стараюсь обеспечить нашу победу и в их реальности, и в этой. И они согласны с тем, что Аббадон прав! Вы черпаете силу в угоду себе, становясь жалкими от ее избытка. Прекратите споры или же понесете наказание перед лицом своих покровителей!