Гай Хейли – Заблудшие и проклятые (страница 31)

Поверхность «Эгиды» буквально набросилась на нее. Верхний щит восстановил мощность лишь для того, чтобы его перегружали до отключения снова и снова. Постоянно обстреливаемые нижние слои пока что держались, находясь на грани, и позволяли пройти ее кораблю. Никто не мог сказать, сработает ли этот маневр – «Эгида» не делала различий между своими и чужими – ее работа была основана исключительно на эзотерических расчетах, вычислениях векторов скорости и пространственного взаимодействия.

Аиша бросила взгляд на фотографию своего мужа.

– Ты всегда говорил мне, что я безрассудна, – произнесла она. – Думаю, ты был прав.

«Лазурная Дымка» устремилась в «Эгиду». Штурвал дрожал в руках летчика, когда три слоя пустотных щитов пытались вышвырнуть ее тело в варп, но они были слишком слабы. Аиша все-таки прошла на другую сторону.

Поверхность Терры была пугающе близка.

– Поднимаемся! – закричала Аиша.

Сила тяжести вновь грозила сдавить ее тело до потери сознания. Имплантаты в грудной полости впрыснули химикаты в кровь, и чернота перед глазами рассеялась.

Вражеских самолетов было гораздо больше, чем она ожидала. Они не теряли времени даром, опустошая запасы своих ракет в защитные башни и верхние части стен, однако их основными целями были сплющенные сферы излучателей пустотных щитов и крупные противокорабельные орудия.

Взрывы расцветали огненными цепями вдоль всей Стены Дневного Света.

– Произвольный выбор целей, – передала она по воксу. – Разделиться. Положим этому конец, пока все не вышло из-под контроля!

Ее авиакрыло мгновенно разделилось. Каждая «Пантера» взяла собственную цель. Аиша увеличила тягу двигателя и выстрелила вслед паре ударных кораблей типа «Жнец». Израсходовав свои ракеты, они разворачивались назад, нанося удары неуправляемыми бомбами по дорогам и сортировочным станциям за стеной.

Аиша использовала одну из своих драгоценных ракет класса «воздух-воздух», чтобы сбить первого «Жнеца». Другой неуклюже уклонился в сторону, когда его незадачливый спутник упал, врезавшись в шпиль улья. Летчик навелась на него, выстрелив из лазпушек, но пилот предвидел этот маневр. Он резко увернулся, и ее выстрелы пронеслись мимо, опалив землю.

– Проклятье! Проклятье! Проклятье! – выругалась она, ускоряясь вслед за врагом. Бомбардировщик летел медленно, но пилот был хорош. Он повел «Жнеца» вниз, снизившись практически до уровня земли, и использовал путаницу шпилей и каньоны улиц, чтобы держаться как можно дальше от линии ее огня. Давейнпор пыталась найти свободное пространство наверху, но там не хватало места, чтобы суметь подобраться и сесть на хвост своей цели, одновременно не войдя в зону бомбардировки.

В столь стесненных условиях ее скорость была бесполезна.

Аиша погналась за «Жнецом» вниз по одному из огромных проходов Дворца, отчаянно маневрируя, чтобы избежать огня его хвостовых орудий. Ее собственные залпы проходили мимо цели из-за постоянных маневров, но, в конце концов, удача отвернулась от пилота бомбардировщика. Аиша нырнула следом за ним, пройдя так близко к поверхности, что реактивные двигатели ее истребителя выбивали стекла, и открыла огонь чуть ниже вектора полёта своей добычи. Вражеский пилот, пытаясь от нее уйти, прижал бомбардировщик еще ниже – это и решило его судьбу. Корабль с ревом рухнул с неба, а затем сдетонировал при ударе о землю.

Ее ликование было недолгим. Давейнпор боялась предположить, сколько людей погибло, когда «Жнец» рухнул вниз.

Не было времени оплакивать друзей, не говоря уже о людях, которых она никогда не встречала. Сбросив тягу «Лазурной Дымки», Аиша развернулась, направив самолет обратно к стене. Со скоростью истребителя этот полет занимал лишь пару мгновений, но этого времени хватило, чтобы разглядеть три ужасных момента.

Первый был самолетом Янси, что разорвали на части три вражеских истребителя.

Вторым – дюжины вражеских бомбардировщиков, что проходили сквозь ослабленные щиты.

Но хуже всего были бомбы. Бесчисленные бомбы, беспрепятственно падающие там, где пустотные щиты более не работали. Опустошительные удары наносились по оборонительным сооружениям со всей яростью Армагеддона.

– Всех дел в доме не переделаешь… – пробормотала Аиша, направляя «Лазурную Дымку» в новый бой.

ТРИНАДЦАТЬ

Три линии

Нелюди

Порождение Хаоса

Внешние оборонительные сооружения Дворца, 16-ая секция Стены Дневного Света, 25-ое число, месяц Секундус

– Они идут! Они идут!

Именно это вопили солдаты, пробегающие мимо позиций Кацухиро. Его подразделение находилось на внешней стороне крепостного вала, прямо на виду у врага – ранее, впрочем, казалось, никто об этом не знал и даже не беспокоился, но крики отступавших до смерти напугали людей. Щиты на периферии Дворца поддавались напору, позволяя противнику бомбардировать поверхность планеты, в то время как атакующие корабли неприятеля обстреливали подступы к крепостным стенам.

Подбитые вражеские десантные транспортники, казалось, находились на грани полного уничтожения – они входили в штопор или кружили над грязной землей, но все еще представляли большую опасность для защитников. Вскоре их многочисленные туши исторгли на равнину нескончаемые потоки вопящих от ненависти созданий. Артиллерийский огонь со стен уничтожал их тысячами, но пехота врага продолжала неумолимо наступать, пополняя свои ряды уцелевшими среди обломков ранее сбитых судов. От каски Кацухиро постоянно отскакивал многочисленный мусор, перемешанный с градом песка и металлических осколков, некоторые из которых были достаточно большими, чтобы убить человека.

Чья-то рука схватила его за рукав, отталкивая от края парапета.

– Держать линию! – прокричал вцепившийся в него ветеран в полной боевой выкладке. Он развернул Кацухиро лицом к себе, продолжая отдавать приказы. – Туда! Туда!

Он указывал рукой куда-то в сторону, веско подкрепив свои слова сильным ударом. Впрочем, глаза на его грязном лице казались огромными блюдцами и были полны страха.

– Три линии! Выстроиться в три линии! – закричал Джайнан. Он собрал вокруг себя немногочисленных ветеранов, которые пинали, бранились и пихали новобранцев, пытаясь выстроить их в нестройные шеренги, которые протянулись между второй и третьей линиями вала.

Кацухиро больше не мог смотреть вперед. Его голова словно сама собой повернулась, чтобы оглядеть равнину, будто какую-то извращенную часть его разума опьяняло творимое вокруг разрушение и она желала увидеть большего. Именно в этот момент орудия шестнадцатого бастиона разворачивались, нацеливаясь прямиком на ряды атакующих…

– Три линии! Выстроиться в три линии! – кричал Джайнан. – Три линии, проклятье! Приготовить оружие к бою!

Жалобно визжали свистки, не в силах перекричать грохот орудий. Между вторым и третьим кольцом оборонительных линий несколько рекрутов мчались прямиком через поле. Они буквально врезались в отряд Кацухиро, проталкиваясь сквозь толпу и сея панику. Кого-то из них удалось поймать – ударами по лицу их приводили в чувство и принуждали встать в строй, но большинство продолжали в панике убегать. Один из них врезался в ветерана, сбив того с ног, быстро вскочил и ринулся дальше.

– Стой! Стой! – закричал старый солдат, но дезертир уже мчался куда-то вдаль.

Кацухиро услышал скрежет кожаной кобуры о металл лазерного пистолета. Ветеран достал оружие и без лишней спешки вытянул руку, прицеливаясь.

Затем раздался выстрел. Солдат упал.

– Если кто-нибудь из вас, трусов, надумает сбежать, как он, то вы тоже умрете! А теперь встать в три линии! – проревел ветеран.

К позициям подошла еще одна рота. Они вели себя более дисциплинированно, чем подразделение Кацухиро, а следом за ней маршировало и другое подразделение. Они заняли позиции, заполняя пространство между двумя крайними оборонительными сооружениями, в то время как их офицеры ревели, свистели и орали в вокс-передатчики.

Поток дезертиров иссяк. Солдаты второй линии открыли огонь по врагу, который уже подавил оборонительные сооружения третьей и теперь продвигался через разрыв между ними – то была равнина смерти, что лежала перед шестнадцатым бастионом, которую заливал перекрестный огонь. Кацухиро прищурился, пытаясь рассмотреть темную массу врагов, что двигались к ним, но он никак не мог понять, из кого именно она состояла…

– Враг, враг приближается! – завопил мужчина справа от него.

– О нет, о нет, о нет… – пролепетал кто-то слева.

– Ну и беспорядок, – прошептал позади него Доромек. За ним стояла та самая женщина с суровым видом. Они одарила их обоих мрачным взглядом, который никогда не покидал ее лица.

Темная масса пехотинцев противника становилась все более отчетливой – вот уже были видны отдельные силуэты людей и группы бойцов, но в точности их рассмотреть не получалось из-за вспышек бесчисленных залпов и осветительных ракет. Тысячи побледневших от страха призывников вглядывались в темноту.

Джайнан протолкнулся сквозь их ряды, чтобы встать лицом к своим подчиненным.

– Смотрите! – прокричал капитан, указывая на бегущую массу врагов. – Они идут за нами, потому что такие, как вы, потеряли самообладание и покинули свои позиции! Наши лорды, наши командиры там, на стенах – они организовывают обстрел плацдармов, занятых врагом, но если вы не сдержите нападающих, если вы дрогнете и не убьете их, то умрете! И если эти монстры и не разорвут вас, то это сделают пушки бастионов Дворца. А я не хочу умереть здесь и сегодня! – проревел Джайнан. – Вы меня не подведете! Вы будете держать свои три проклятые линии! Первая будет вести огонь лежа, вторая – с колена, а третья – стоя. Вы не сдвинетесь с места! Вы не побежите! Вы будете давить пальцами на спусковые крючки до тех пор, пока они не начнут кровоточить! Вы будете стрелять, пока ваши блоки питания не опустеют, но вы удержите эту землю! Если вы этого не сделаете, то мы все умрем! Погибнем не завтра, а сейчас, прямо сейчас!