Гатина Зарина – Раунд навылет (страница 7)
Отряд собрался в зоне отдыха. Я вгляделся в лица ребят, с которыми проведу смену. Факт обо мне: я никогда не забываю лица. Моя память хранила тысячи черт, и если я хотя бы раз видел человека, то я его обязательно запоминал.
Следующий факт: я никогда не запоминал имена. Даже если их повторяли по несколько раз, я забывал их через минуту. Отсюда ребята делали вывод, что я высокомерный тип и не утруждаюсь при знакомстве. Но как сказать, что их лица мне важнее, чем буквы?
В последнюю смену я обещал себе не думать ни о чем. Потусить. Расслабиться. Отпустить контроль.
Весь год я жил на быстрых скоростях. Школа, обед по пути, подготовительные курсы, вечером — к репетитору. Шесть дней в неделю я готовился к экзаменам, один оставшийся то спал, то выпускал пар в зале. И так на повторе.
На кону стояло будущее, в котором я не имел права зависеть от отца и его денег. Мама работала преподавателем в университете и никогда бы не осилила оплату обучения в питерском вузе, поэтому у меня было два варианта: бюджет или армия. Надеюсь, следующий год проведу в своих рубашках, а не камуфляже. Но даже камуфляж лучше, чем жить на подачки изменщика.
Ринат уже пристроился на барском зелёном пуфике, оставив мне место рядом на стуле. В нашем дуэте он создает приключения и проблемы, а я сохраняю нас живыми.
Так, ладно. Потерпеть час знакомства — и дальше пойти на любимое поле и погонять мяч, как в старые добрые.
— Ну что, полувзрослые? Нам с Гузой наконец-то дали самый старший отряд, похлопаем этому! — с улыбкой во все тридцать два сказал Тимур. Нам повезло с вожатыми, потому что по отдельности эти двое — звезды, а вместе — метеорит.
Комната взорвалась смехом и аплодисментами, и Тим продолжил вводную речь:
— Большинство из вас уже не в первый раз в этом лагере, но я всё равно хочу повторить некоторые принципы «Ильхама».
— Отдыхать, тусить и по возможности не размножаться, — добавил Ринат и вызвал новый раскат смеха. Друг жил на топливе внимания, но эту шутку отправил в правый угол комнаты, где сидели покрасневшая Алёна, Альбина, которая почти валялась на полу от смеха, и…
Аня Жданова. Она сидела на краю кровати, как будто боялась занять больше места, чем нужно, и мяла пальцами край футболки. По лицу было неясно, что она сделает через секунду: обнимет или плюнет в рожу. Хотя со мной она всегда выбирала второе.
У нас были странные отношения: мы уже пятый год проводим в одном лагере, но ни разу не попадали в один отряд. С первой смены у неё на меня аллергия, и Аня всем видом показывает, что я последний человек, с которым она захочет иметь дело. Если бы мы остались вдвоём выживать на необитаемом острове, она бы скорее выпила мою кровь, чем согласилась на сотрудничество.
Хотя нет, вру. Нам всё-таки приходилось сосуществовать в одной команде «Что? Где? Когда?». Нас каждый год отбирали на соревнование, перекидывая между нами звание капитана. У Ани мозг был размером с Сатурн: в нем хранилась информация из всех школьных предметов, энциклопедий, фильмов, сериалов. А еще она гениально брала вопросы про музыку и знала наизусть весь советский рок и его производные.
Во время тренировок мы были как кошка с собакой: спорили, бодались, бросались колкими фразами. Но как только начиналась игра, мы забывали о всех разногласиях и отбивали версии друг друга, как Месси и Суарес. Она слово, я второе, она версию, я добиваю — химия между нами работала только в рамках игры. Как только мы делали шаг из зала, химия испарялась и на место возвращалось взаимное раздражение.
Взаимное ли? Я защищался. Она за нас двоих решила, что мы друг другу не нравимся, и мне не надо было даже подыгрывать — она построила забор и посадила перед входом злую собаку. И научила её лаять каждый раз, когда я подходил ближе, чем на два метра.
А я всё равно подходил. Во-первых, мне весело подливать масло в огонь. Во-вторых, мы достались друг другу по наследству: она дружила с Алёной, от которой Ринат не отлипал. В-третьих, что-то в её присутствии вызывало в моем теле сиюминутную реакцию действовать. Как будто в её зрачки были вкручены лампочки, а я как мотылек отвлекался от всех дел и направлялся к этому свету.
Она нахмурила брови, как только поймала мой взгляд, и тут же показательно повернулась в противоположный угол комнаты, где сидели вожатые. Я еле сдержал улыбку, потому что с недовольным лицом в комплекте шел средний палец.
— Ринат, тебя в частности прошу не размножаться, одного и так достаточно, — с усмешкой ответил Рыжий и продолжил речь: — Вернемся к принципам. Наш лагерь держится на трёх китах — ТСП. Старички, что означают эти три буквы?
— Творчество, сосуществование, поддержка! — резво ответила Альбина.
— Именно! В «Ильхаме» все наши решения и действия мы пропускаем через три фильтра. Творчество — пробовать все, на что страшно было осмелиться за пределами лагеря. Сосуществование — принимать разность друг друга и уважать границы тех, с кем вы находитесь рядом. Поддержка — не бояться просить помощи и участия и не стесняться оказывать их.
— Да, дорогие, — обняв Тимура за плечо, Гуза привстала со стула и начала раздавать каждому небольшие листочки бумаги, — мы с Рыжим хотим, чтобы ваше путешествие на смене было памятным и чтобы в поворотный момент вы услышали нужные слова, ощутили близость каждого, кто по какой-то волшебной случайности оказался с вами в одном отряде. Мы думали, как бы соединить все три принципа в одной активности, и пришли к идее. Сразу предупреждаю, что критику и возражения не принимаем, мы уже за вас решили, что идея гениальная. Мы будем писать... письма!
— Любовные?
— Какие хочешь, Ринат, можешь любовное. Только знай, что оно может попасться твоему Мише.
— Он и так знает, у нас с ним все взаимно, мы не играем в кошки и мышки. — Сказав это, друг вытянул пухлые губы уточкой и направил их на мой лоб. Я быстро отреагировал и вместо лба подставил свой сладкий кулак. Выкуси, обезьяна. Но он не растерялся и принялся, как собака, его облизывать, прекрасно зная, как я ненавижу слюни и все, что с ними связано.
— Прерву ваши брачные танцы, дорогие, получите — распишитесь, — заявила Гуза.
В руке у меня оказались ручка и пожелтевший лист бумаги.
— Все получили раздачу? А теперь слушаем внимательно. Мы дадим вам время, чтобы вы написали послание. Но не себе, а другому человеку — вы не будете знать, кому, пока не вытащите карточку с именем из коробки. Ваша задача — написать то, что вы бы сами хотели услышать в свой адрес. Возьмите свое сердце в руки, потрясите, как копилку, и вытряхните золото, скопившееся там за год. Соберите его и обратите в слова, чтобы в неожиданный момент озолотить сердце другому.
Комната зашуршала, ребята начали устраиваться удобнее, а я смотрел на пустой лист и слышал, как в голове гремит пустота. Буквально.
Я бы сам хотел услышать только пять слов:
Я лучше отрежу себе руку и скормлю её собакам, чем буду зависеть от настолько лицемерного человека. Чему он может меня научить, если сам не научился даже держать себя в своих же штанах?
Чистый лист продолжал смотреть на меня в упор. Ребята вокруг уже погрузились в процесс, Ринат переглядывался с Алёной и отправлял ей воздушные поцелуи, пока никто не видит, а та ловила их, ела и нарочито выплевывала. Рядом с ней, погружённая в задачу, Аня явно строчила пятый том «Войны и мира». У неё была очень милая привычка высовывать кончик языка, когда нужно сосредоточиться. Впервые я заметил это на игре два года назад в момент, когда зачитывали вопросы. Теперь я не могу это развидеть.
Так, вернемся к письму. Что бы я хотел передать любому человеку из тех, что здесь собрались? И что бы предпочел услышать сам?
«Мир очень рад, что ты существуешь. Тебе очень к лицу жизнь, продолжай. Без тебя было бы не так интересно, даже если ты думаешь иначе. Если тебе когда-нибудь будет плохо, напиши мне на эту почту. Я обещаю тебе ответить».
Поставив точку и свернув лист в ровный квадрат, я направился к коробке с конвертами. С закрытыми глазами опустил руку, чтобы священный рандом подкинул мне приятного человека. Помешал листы и выбрал самый крайний, на дне правого угла.
Перевернул, чтобы увидеть, кому отправится мое нищее послание. Альбина Халилова. Отлично.
Мы не были близко знакомы и мало где пересекались. Все, что я знал про неё — это то, что она дочка начальника лагеря. Однако каждый раз, когда мы оказывались в одной компании, Альбина улыбалась. Про таких людей говорят, что они излучают солнечный свет.
— Все получили конверт с именем? — спросил Тимур, оглядывая комнату.
— А теперь спрячьте это письмо и забудьте про него до середины смены. Наблюдайте за человеком, чье имя попалось в конверте, узнайте его ближе — и в момент, когда ему нужны будут рука помощи, поддержка или тёплые слова, подарите послание.
***
Я снова пытался поймать сигнал в надежде, что появятся списки. Не появились. Знаю, это нездоро́во — проверять каждые два часа сайты университетов, но я не мог сдержаться. Эта привычка прилипла ко мне сразу же после подачи заявок: я стал как лудоман, который заложил квартиру, поставив на красные, и теперь жадно смотрит на рулетку в надежде, что та вытащит из задницы.