Гатина Зарина – Раунд навылет (страница 10)

— Во-первых, влияет география. Таиланд — важный логистический хаб в Юго-Восточной Азии со сравнительно дешевой рабочей силой, которая отличается неплохим уровнем квалификации.

Никита Валерьевич одобрительно кивнул.

— Есть возражения? — обратился он к залу, сканируя увлечённые лица слушателей. — Анна Жданова, что скажете? Даю вам шанс забыть про семейные обстоятельства и отличиться. Вы согласны с Михаилом?

Биение сердца отзывалось даже в лопатках. Я медленно встала, пытаясь вернуть опору под ногами и очнуться, чтобы снова не ударить в грязь лицом и не опозориться перед преподавателем… и не только.

— Ответ, — пауза, — студента отчасти верный. Однако в последнее десятилетие стоимость рабочей силы существенно уступает ближайшим соседям, например, Вьетнаму или Камбодже, поэтому мы не можем считать это преимуществом — это некорректно.

Сказав это, я впервые осмелилась повернуть голову в его сторону. Нестеров, откинувшись на спинку стула, постукивал по парте карандашом. Я ожидала увидеть на его лице все, что угодно, только не это.

Улыбка.

Он улыбался.

Радость на его лице не разбавляли раздражение, презрение или хотя бы усмешка. Это была радость человека, который впервые увидел северное сияние или купил билеты в Диснейленд и уже стоит в очереди на первый аттракцион.

Его реакция меня обезоружила. Неужели он забыл наш последний разговор, в котором мы обменялись ядовитыми фразами и сожгли те зачатки дружбы, которые начали появляться на последней смене? Неужели я настолько незначительна в его жизни, что эти два года он ни разу не думал о том, что мы окажемся в одном городе, и не прокручивал в голове, как заевшую пленку, тот разговор, который распилил мою самооценку на части?

Я отвела взгляд. У меня не было желания заново вступать с ним в какие-либо отношения — особенно учитывая, что прошлая попытка увенчалась страшным провалом и вылилась в целую реку ночных рыданий.

Так, стоп, туда мыслями не идем, Ань.

— Но я ведь отметил, что в Таиланде рабочий труд отличается квалификацией, — уверенно парировал Нестеров.

Видимо, его не устроило мое безразличие, и он решил сделать то, что делал на протяжении всех пяти лет нашего общего времяпровождения в детстве. Поставил на стол тарелку своего высокомерия. Ну, получи порцию в ответ, Нестеров.

— Ну, вообще-то, — окрепшим от злости голосом продолжала я, — согласно последним данным, даже в том же Вьетнаме количество выпускников университетов растет стремительнее, в то время как огромный процент квалифицированных студентов Таиланда вынуждены реализовываться в туристической сфере.

Выкуси, Нестеров, меня тоже не пальцем делали.

Никита Валерьевич с азартом наблюдал за нашим обменом репликами — такой поединок на интеллектуальном ринге явно доставлял ему удовольствие. В вузе о нем ходила слава преподавателя, который любит строптивых студентов со своим мнением и даже ожидает, что среди покорных кивков увидит несогласных.

— Занятно, дорогие, очень занятно… А не сделать ли нам на следующей паре дебаты, чтобы в честной дискуссии понять, у кого из вас сильнее аргументы? Что думаете? Хорошая идея?

«Прекрасная», — с сарказмом прошипела я в мыслях, растягивая губы в осторожной улыбке. Еще вчера я была уверена, что никогда вновь не увижу его надменную рожу, сухие длинные пальцы, каждый раз пробивающие чечетку по поверхности в моменты, когда он думает, и складку на лбу, которая делала его чуть старше своих лет.

Хотя я уже не понаслышке знала, как один день может превратить комедийный фильм в хоррор без хеппи-энда.

Жизнь испытывала меня на прочность, тыкала палками в оба бока, протаскивала через мясорубку — и вот только я думала, что все позади, как она наносила новый удар.

Сразу по косточкам. Без предупреждения.

***

— Тебе на обычном взять или на миндальном? — прокричала Лиза на весь холл из очереди за нашими ритуальными утренними чашками кофе.

— Без молока мне возьми, пожалуйста, — крикнула в ответ я, занося американо в приложение по учету калорий.

Студентки вокруг обсуждали предстоящие контрольные и экзамены — я же пыталась прийти в себя после стрессовой пары.

Я надеялась, что следующее занятие у Нестерова будет на другом этаже или даже в соседнем корпусе и мы больше не пересечемся, как минимум, неделю. Все мои органы чувств были на стреме — в любую секунду я ожидала услышать его голос или даже хуже — услышать свое имя, произнесенное его низким тембром.

— Ань, алло? — Оказалось, Лизон уже вернулась, села напротив меня и теперь держала у моего лица кружку горячего чёрного кофе. Тёплый ароматный пар приятно овеял лицо и дал хотя бы на секунду отвлечься от фоновой тревоги.

— Да, я в мыслях потерялась просто, — ответила я, делая первый глоток.

Лиза попутешествовала взглядом по моему лицу в надежде пробраться через мою броню и вытащить на свет настоящие чувства, а не дежурные ответы. Как бы дать ей понять, чтобы даже не пыталась расчищать авгиевы конюшни моей головы?.. Я сама затерялась, где реальность и искренность, а где симуляция, в которой прошлой недели просто не существовало.

— Ты же знаешь, что я рядом и приеду к тебе в первую же секунду, когда тебе нужно будет? — сказала подруга. Конечно, я верила каждому её слову.

Отодвинув кофе в сторону, Лизон взяла мои ладони и прижала их в своим щекам. К моим глазам подступили слезы от осознания, что она ничего не требует от меня взамен и просто находится рядом, подставляя плечо для поддержки — и дожидаясь, когда я выйду из темноты и снова начну нуждаться в подруге.

— Я помешаю?

О нет. Стоило меня потерять бдительность и перестать поглядывать по сторонам, как призрак прошлого бесшумно подлетел к нашему столику у окна и навис над нами, своим почти двухметровым ростом создавая тень.

Глаза Лизы сверкнули. Она тут же вскинула подбородок, чтобы использовать свое фирменное орудие — пристальный взгляд жертвам в глаза до тех пор, пока они не упадут на колени перед ней и не начнут целовать кончики пальцев.

— Конечно нет, — кокетливо поправляя волосы, она кивнула в сторону свободного стула, который стоял между нами, как будто ждал посетителя. — Как к тебе обращаться, красавчик?

Я наблюдала за ними обоими, стараясь скрыть адский дискомфорт от ситуации. Неприятно было все: и то, что Нестеров сидит на расстоянии вытянутой руки от меня, и то, что Лиза не скрывает свои охотничьи планы и уже целится в его сердце луком амазонки… И то, что я не понимаю, как себя вести: продолжать делать вид, что мы не знакомы, или, наоборот, четко дать понять, что я прекрасно помню, на какой ноте закончилась наша песня.

— Миша Нестеров, — улыбнулся ей в ответ, — а твое имя будет…

— Лиза, приятно познакомиться, — подруга перевела взгляд на меня, — а это Аня, она у меня всегда не очень дружелюбна с новыми людьми, не принимай на свой счёт.

— Я знаю, мы с Аней уже семь лет знакомы.

Из-за бледной кожи румянец на щеках было невозможно скрыть, но после ответа Нестерова у меня покраснели даже уши. Игривость Лизы сменилась на недоумение: конечно, ведь в нашей дружбе мы не врали и ничего не замалчивали, а я сделала и то, и другое. Скрыла от неё факт, что прекрасно знаю «красавчика», ради которого она готова была пожертвовать десятилетним отказом от мяса.

— Рад тебя снова увидеть, Ань, — Нестеров повернулся в мою сторону и протянул руку, чтобы подкрепить слова действиями.

Но я-то прекрасно знаю, как его слова могут расходиться с тем, что он чувствует и делает. Я не куплюсь на это во второй раз. Сердце, которое тогда разлетелось на части, я собирала весь первый курс, так что его руку в ответ мне хотелось не просто пожать, а сжать так, чтобы сломать пару пальцев.

Я кивнула, даже не пытаясь выдавить из себя улыбку.

— Вы знакомы? Ань, алло, а чего ты не сказала?

— Забылась, — ответила я в надежде, что разговор утонет и Лиза перестанет допытываться, почему я умолчала о совместном прошлом с новым однокурсником.

— А я думал, у тебя феноменальная память, Ань. Во всяком случае, ты отличалась этим на смене, — он усмехнулся, покачал головой и перевел внимание на мою подругу, — но я все помню и могу пересказать. Мы с Аней несколько лет ездили в один лагерь под Казанью, играли в одной команде «Ч. Г. К.», даже в одном отряде были.

Его слова подняли со дна воспоминания, которые я специально собрала метлой в одну кучу, засунула в коробку и спрятала на чердак до момента, пока не будет так ядовито больно.

— Ты что тут делаешь? — бесцеремонно спросила я.

— Учусь, а ты? — отбив мой вопрос вопросом, он прищуренно посмотрел на меня.

— Я серьёзно спрашиваю. Ни разу не видела тебя в университете и на студенческих мероприятиях.

— У меня нет на них времени, да и пары по моей образовательной программе проходят в новом корпусе на Ваське.

Значит, твоя мечта сбылась.

Однако за два года высокомерия в нем не стало меньше. Все тот же Нестеров, у которого нет временина дела простых смертных.

— Ну тогда не будем тратить твое время и сейчас, — ответила я, подхватывая со стола телефон, ключи и чашку кофе. — Пойдем, Лиз?

Её взгляд забегал между нами. Подруга пребывала в растерянности — и из-за моей резкой реакции, и из-за нашего с Нестеровым диалога, за любезностью которого скрывалось желание расцарапать друг другу лица. С моей стороны — уж точно.