Гарник Симонян – Манук (страница 7)
Преисполненный мыслей, направленных на выполнение задания руководителя Главного управления, Али приказал подчиненным ему полицейским подготовить необходимые материалы по работе на канале противодействия армянским радикалам.
По возвращении из Константинополя Карапет полностью погрузился в работу. Количество заказов на изготавливаемую продукцию увеличилось; приходилось работать с удвоенной силой. Производственных мощностей в Сивасе уже не хватало, и Карапет планировал их увеличить за счет приобретения партии швейных машин «Singer Manufacturing Company», о чем еще в Константинополе договорился с Жаном.
Расширение производства требовало также пересмотра объема поставок необходимых видов сырья. Для этого Карапет решил встретиться с поставщиками продукции. В один из дней у него состоялась встреча с армянскими купцами, среди которых присутствовал и Ованес. После обсуждения вопросов о сверхнормативных поставках сырья и сбыта готовой продукции, Ованес подошел к Карапету и попросил о встрече, необходимой для обсуждения вопроса, не связанного с работой. Карапету импонировал этот корректный молодой человек, умеющий держать слово. Понимая, что Ованес просто так просить о встрече не будет, Карапет ответил согласием. Встреча была назначена на послезавтра в обеденное время в небольшой кофейне на площади у мечети Улун.
В назначенный день Карапет пришел на встречу чуть раньше оговоренного срока. Тихое, уютное помещение с большими окнами, выходящими на площадь, казалось, было создано для деловых встреч. Расположившись за столиком у окна, Карапет подозвал юного официанта и заказал кофе. Ровно в означенное время пришел Ованес.
После непродолжительной беседы на бытовые темы Ованес перешел к обсуждению внутриполитических вопросов, связанных с положением армян в Османской империи. С его слов, пару недель назад в Сасуне вооруженная толпа мусульман при поддержке регулярных войск ворвалась в село Улун и учинила расправу над армянами, требуя покинуть земли.
– В последние годы власти все активнее стали использовать курдов против армян, – пояснял Ованес. – Под покровительством правительства, курды, живущие за счет тотального грабежа, заселяются на территориях, граничащих с армянскими селениями. Не выдерживая такого соседства, безоружные и пораженные в правах армяне рано или поздно съезжают со своих земель, а кочевые курды, стимулируемые османскими властями, продвигаются вглубь армянских территорий. Земли освобождаемые от армян, а впоследствии и от самих кочующих курдов, заселяются турками, которым власти выдают льготные кредиты для закрепления на этих территориях.
Со слов Ованеса, эта тактика в настоящее время применяется османами против жителей и других армянских селений.
– Вина наших сасунских братьев лишь в том, – возмущался Ованес, – что они хотят жить на землях своих предков.
Поразмыслив немного, он добавил:
– Армянские предприниматели вилайета собирают средства для оказания необходимой помощи нашим братьям. Ты тоже можешь присоединиться.
Разве мог Карапет оставаться в стороне от проблем своего народа?
– Я готов ежемесячно передавать средства для всяческой поддержки наших братьев, – проговорил Карапет, смотря в глаза Ованесу.
Обговорив еще ряд вопросов, собеседники разошлись.
* * * * *
Карапет в раздумьях шел домой; сегодня исполнилось сорок дней как родился племянник, и семья Карапета намеревалась пойти домой к брату, где им предстояло впервые увидеть маленького Манука.
Дома Карапета уже с нетерпением ожидали домочадцы, одетые в парадные наряды. Сын Акоп торжественно держал в руках фотоаппарат Eastman Kodak Co, ведь ему предстояло сделать шесть незабываемых кадров в доме дяди.
Быстро приведя себя в порядок, Карапет взял заранее приготовленный подарок – ковер из верблюжьей шерсти, и вся семья выдвинулась в гости к Мовсесу.
С того момента, как заместитель начальника тайной полиции вилайета Али в феврале 1904 года ознакомился в кабинете своего руководителя с секретным указанием Константинополя, предписывающим усилить агентурно-оперативную работу по армянам, его не отпускала мысль, что наконец-то он сможет проявить себя перед руководством тайной полиции империи и его могут повысить в должности. Возможно, и сбудется его мечта стать начальником тайной полиции Сивасского вилайета, тем более, что нынешний начальник, Мустафа, был старым человеком и ему пора было уйти в отставку. Чтобы осуществить свою мечту, Али готов был вырезать хоть все армянское население вилайета.
В 1894-96гг по империи прокатилась волна армянских погромов. Али, будучи младшим офицером тайной полиции, накануне погромов выезжал в командировку в Трабзон, где участвовал в специальной операции. Конфиденциально были подготовлены и разбросаны от имени армян провокационные антиправительственные листовки, что для властей явилось основанием начать репрессии против армян. Действуя по заранее отработанной схеме, Али с сослуживцами арестовал и уничтожил много армян Трабзона.23
Вернувшись в Сивас, Али продолжил репрессии. Именно тогда молодой офицер-Mülâzım проявил себя в глазах сивасского и константинопольского руководства. Несмотря на свой грозный вид и внешнюю неуклюжесть, Али оказался сильным оперативным работником, сумевшим создать посредством подкупа, шантажа и угроз, разветвленную сеть хафий в армянской и околоармянской среде, бесперебойно обеспечивавшей полицию столь необходимой информацией. Среди его хафий были люди различных социальных слоев, возрастов и профессий, что позволяло полицейскому иметь полную информацию об интересующих процессах. Представляемые агентами данные тщательно перепроверялись опытным Али, хорошо ориентировавшимся в оперативной обстановке на вверенном ему участке. Если агент пытался обмануть полицейского, предоставляя ему искаженную информацию, Али мог убить его прямо во время конфиденциальной встречи. Зная о нраве полицейского, никто не смел искушать судьбу.
Еще одна значимая для карьеры Али командировка состоялась в 1903 году в Трабзон. В тот год недалеко от Трабзона был ограблен почтовый экипаж, в котором кроме денег перевозились секретные письма и распоряжения, следовавшие из столицы в вилайеты. Среди почтовых отправлений оказались приказы султана Абдул Гамида II губернатору Вана Бахри-паше о необходимости организации армянских погромов. Эти документы попали в руки армянских активистов, которые передали их в английское консульство в надежде на соответствующую реакцию европейских стран. 24
* * * * *
В последние годы в рамках реализуемого плана имперских властей по заселению христианских регионов мусульманами, в Сивас было переселено много курдов, боснийских мусульман, а также представителей Северного Кавказа. Но, несмотря на большой приток мусульман, количество христиан вилайета по-прежнему оставалось внушительным.
После событий 1896 года Али повысили в должности до заместителя начальника тайной полиции вилайета, и он получил допуск к списку большинства информаторов, состоявших на связи у всех оперативных сотрудников тайной полиции региона. За хорошо осведомленным о положении дел в армянской среде Али закрепили всю работу по этому направлению. К нему стала стекаться вся информация, собираемая по армянам региона.
Внутреннее чутье Али подсказывало, что предписание об усилении работы по армянам является предтечей каких-то больших событий, предстоящих в империи. Размышляя об этом, Али приступил к подготовке аналитического документа, который в последующем должен был лечь в основу необходимого плана работы. В первую очередь он еще раз пересмотрел список хафий, задействованных в оперативной работе по армянской линии. Перечень получился внушительным - в него входили не только армяне, но и турки, курды, черкесы, имевшие возможность получать оперативную информацию об армянах. Несмотря на большой список агентов, Али остался недоволен его качеством. Многие хафии утратили возможность добывать информацию, способную заинтересовать тайную полицию. Но самое главное, в агентурном аппарате тайной полиции вилайета, по мнению Али, катастрофически не хватало агентов влияния, способных каким-либо образом оказывать необходимое воздействие на саму оперативную среду. Проанализировав обстановку по линии работы, Али подготовил соответствующий документ, который доложил своему руководителю и предложил собрать оперативных сотрудников на совещание.
Мустафа внимательно и неторопливо изучил аналитический документ заместителя. Справка начиналась с описания оперативной обстановки:
«Вилайет Сивас, с одноименным административным центром в г. Сивас, один из густонаселенных регионов страны в Малой Азии. Вилайет включает девять казы – Сивас, Тенусь, Хафинь, Даренде, Азизи, Кочгери, Ильдыз, которые в свою очередь делятся на тридцать девять сельских поселений-нахии.25 Количество населения приближается к миллиону человек, из которых порядка 350 тысяч составляют армяне. Многие из них сосредоточены в городах и занимаются ремеслами. Армянское сельское население проживает в 240 деревнях. В самом Сивасе 5800 армянских домов, в которых по данным на 1904 год проживает 36800 человек. Духовная и образовательная жизнь армян сосредоточена в 198 церквях, 21 монастыре и 204 школах».26