Галина Салийчук – Тропы Междумирья (страница 2)

Я аккуратно поднялась, стараясь не потревожить новую спутницу, и двинулась по проходу. Крыса держалась крепко, будто приросла. Кажется, ей нравилась роль шарфа-охранника.

Когда мы вышли в коридор кинотеатра, прохладный воздух ударил в лицо. На секунду я остановилась – что-то не так. Обычно, когда делаешь подобную работу – забираешь лярву, перенаправляешь, очищаешь пространство – наступает чувство лёгкого щелчка внутри. Как будто мир подтверждает: «Готово».

Но сейчас…

Было ощущение, что щелчок не случился.

Или что он был, но странный, прерывистый.

– Ты же не просто так ко мне, да? – спросила я тихо.

Крыса чуть повернула голову. Почти кивнула.

Ну прекрасно. Прелестно.

Сегодня – день сюрпризов.

Я направилась к выходу, но крыса вдруг дёрнулась, вцепилась коготками в мою кофту и тихо пискнула – коротко, тревожно.

– Что? – остановилась я.

Крыса снова пискнула, на этот раз протяжнее.

И тут я почувствовала: позади меня по коридору что-то скользит.

Тихо. Нехотя. Как тень, которой не хватило наглости появиться на свету.

Я медленно обернулась.

Коридор был пуст.

Но… воздух дрожал.

Будто только что кто-то прошёл – очень невидимый и очень нежелательный.

– Этого мне только не хватало, – пробормотала я.

Крыса вновь шевельнулась и вжалась в мою шею.

Она ЗНАЛА, что это.

Знала лучше меня.

И тут я поняла:

Лярва – была только разминкой.

Кто-то наблюдал.

Кто-то проверял.

И это «кто-то» сейчас был рядом – но оставался в тени.

– Понятно, – сказала я, уже чуть громче. – Значит, мы не закончили.

Крыса тихо чиркнула лапкой по моему плечу, как будто подтверждая.

Я поставила ноги твёрже.

Если кто-то решил проверить меня на прочность – у него очень удачный день.

Я сегодня как раз в настроении кого-нибудь проучить.

– Ну что, – сказала я в пустоту. – Выходи. Я уже всё равно тебя чувствую.

Ответа не последовало.

Но тень в коридоре стала плотнее, чернее.

И где-то в глубине пространства раздался тихий… шорох.

Словно кто-то ногтями провёл по коже мира.

– Отлично, – усмехнулась я. – Будем играть?

Крыса поднялась на задние лапки, вытянулась, и её глаза блеснули неестественно ярко.

Она была не просто крысой.

Совсем не просто.

И, кажется…

я только что ввязалась в историю, из которой не выйдешь, отделавшись одним крысенком.

Тень в коридоре дрожала уже не как тень – как нечто, застрявшее между состояниями. Будто пытается стать телом, но мир не хочет принимать её. Воздух вокруг сжался ледяным кольцом, и по коже побежали мелкие мурашки – не от страха, а от того странного ощущения, когда присутствие чувствуется раньше, чем форма.

Крыса на моём плече тихо фыркнула, затем прижалась ко мне, взгляд её стал острым, внимательным – она знала, что сейчас появится то, чему лучше бы не появляться.

– Показался бы уже, – сказала я. – У меня нет времени смотреть на твои спецэффекты «туман из пластика».

Тень не обиделась – тени вообще обидчивы редко.

Она… распахнулась.

Не поднялась, не вытянулась – а именно распахнулась, как чёрная дверь, за которой кто-то стоял и ждал.

А затем шагнула наружу.

И передо мной медленно проявился фантом ведьмака.

Его фигура плыла, будто собрана из ночного дыма. Черты лица то собирались, то снова растворялись, словно он не мог выбрать, какую маску надеть. Лишь глаза оставались неизменными – две холодные, неподвижные льдинки, в которых отражалось раздражение, не хуже чем в глазах бухгалтера в сезон отчётности.

Он смотрел на меня так, будто я наступила на его любимый магический ковер.

– Так вот кто это сделал, – произнёс он, и голос его звучал не изо рта, а как будто из самого воздуха. – Какая… бездарность.

– Это ты мне? – уточнила я.

– А кому же ещё? – фантом скривил то, что у него вместо губ. – Я работаю. Я выполняю сложный, тонкий, дорого оплаченный заказ. А ты… ты просто взяла и разрушила мою конструкцию. Как ребёнок, строящий башенки из кубиков, а потом топчущий чужие.

– Во-первых, твоя «конструкция» присосалась к девушке, у которой мозги и так были на уровне поливки комнатных растений, – сказала я. – Во-вторых, убийства через лярв – это низко. Даже для такого… дымового кулибина, как ты.

Фантом фыркнул. И это фырканье было настолько живым, что на секунду я подумала, что он материализуется полностью.

– Убийство… – протянул он. – Вы, ведьмы, любите громкие слова. Я лишь выполнял просьбу. За хорошую цену. Мне не важно, кто кого там любит или ненавидит – мне важна работа.

– Работа у тебя так себе, – улыбнулась я. – Развалилась в руках.

Тень вокруг него вздрогнула. Он тоже – но едва-едва, будто ветер прошёл сквозь него.

– Ты… ведьма, – произнёс он наконец. – Настоящая. Я чувствую твою руку. И твой след.

– А я чувствую твой запах, – ответила я. – Гнилые травы, подвал, и обида подростка, которому запретили колдовать после десяти вечера.

Крыса на моём плече выгнулась дугой и тихо зашипела – да, именно зашипела, хотя крысы так не делают.

Фантом резко повернул голову, словно его внимание схватили силой.