Галина Маркус – Цвета индиго (страница 23)

– Ты очень хорошо освоила илинит и, наверное, другие языки тоже. Но это говорит о твоих врожденных способностях слышать древний голос народов, а не об учености. Тебе дано видеть, откуда их корни, по сокам их дерева, но в тебе нет склонности к кропотливому ежедневному труду. Силы щедро одарили тебя интуицией, и этого оказалось достаточно.

Приятно, как говорится, слышать, но что-то это не слишком походит на комплимент. То есть весь ее труд, все научные разработки – все насмарку? Возможно, что-то и давалось ей быстрее и легче, чем многим… но это не значит, что она бездельница!

– Ты считаешь, что я не трудилась? Но это неправда, – как можно сдержаннее возразила она.

– Ты трудилась, развивая свой дар. Но такой труд недостаточен для ученого. Ты могла бы спросить о настоящем труде у дора Кетлерена. К своему Дару он прибавил столько труда, что само Знание преумножилось его усилиями. Он – вершина горы, что касается неба, а мы лишь ее подножия, но для части не обидно быть меньше целого. Снизу мы видим, как гора и небо встречаются.

– Но даже вершина никогда не достанет до неба, – вежливо поклонился Кетл в ответ на его слова.

Пока проходил этот обмен любезностями, Патрисия сообразила, что слово «дор» означает, скорее всего, что-то типа «профессор» или «мастер». «Дор – это ученый?» – спросила она у Кетла. «Да», – после небольшой паузы как-то неохотно ответил тот.

– Кого ты представляешь и кого здесь ищешь? Кого ты знала там, и о ком знаешь здесь? – последовал тем временем новый вопрос.

Патрисия снова сосредоточилась.

– Я представляю илле по имени Стар. Ему четырнадцать с половиной, хотя нет, конечно, уже шестнадцать лет, он сын Кеунвена, его мать оставила его у себя в Ауиятале, когда другие ушли в горы. Полтора светила назад его поймали красные люди и тайком отвезли на Землю, чтобы он добровольно поделился силой с одним из них – с кем, я не знаю. Он жил у меня, и я переводила ему их требования. Стар отказался поделиться знаниями с красными людьми и объяснил мне, почему. Мы разговаривали с ним прямо. Он попросил меня помочь, и мы устроили ему побег. Я надеюсь, хотя не могу знать точно, что он сейчас на Оксандре. По крайней мере, таков был наш план. Он попросил меня также найти его мать и невесту. И привезти их к нему.

Она помолчала.

– Мне это не удалось. Его невеста нашла себе другого жениха… землянина. А его мать… – она прервалась, как только поняла, что именно должна сейчас сообщить, и продолжила медленно:

– Здесь я ищу илле по имени Кеунвен, чтобы рассказать ему о судьбе сына. И сказать, если он не знает… что его жена умерла. Это случилось, когда Стара забрали с Илии. Мне очень жаль.

– Ты умеешь говорить прямо. Скажи Кеунвену об этом сама, – тихо произнес красно-золотой. – Передай ему эти слова еще раз – от твоей души к его.

Патрисия растерянно смотрела в толпу на переливающиеся перед ней силуэты. Как она должна найти тут отца Стара? Она помнила, что Кеунвен тоже индиго, но все еще плохо представляла, как на самом деле выглядит этот цвет. Она еще раньше прочитала все, что знала об этом, но все примеры противоречили друг другу. Кто-то изображал ярко-фиолетовый, а кто-то темно-синий. Углубившись в историю названия, Пат, помнится, удивилась, узнав, что оно указывает на одно из земных растений – откуда могли знать это слово иляне? Но, даже если это растение имеет внеземное происхождение, оставалось полной загадкой, почему его имя звучит одинаково на илините и на земных языках? Контакты между Солнечной системой и планетами группы Тезурии начались не так уж давно.

Ну и как ей искать? Она ждала подсказки от Кетла, но тот, видимо, не считал это проблемой. И тут она «увидела»: чуть левее возле скалы на той стороне поляны – ошибиться невозможно! Это было нечто особенное и уникально-красивое. В самом центре других оттенков синего она увидела изысканный микс насыщенного, почти фиолетового, но все еще синего спектра. Патрисия повернулась туда и мысленно произнесла только для Кеунвена – она откуда-то знала, что никто больше, даже Кетл, ее не услышит:

«Мое небо затянуто черными тучами при мыслях о том, что твоя жена ушла в иные миры, и ты не смог попрощаться с ней. Но твой сын, я надеюсь, жив. Я пришла сюда, чтобы помочь ему. Чтобы вы узнали о нем. Стар много открыл мне, он достойный сын Илии, он устремлен к истинному Знанию. Он был готов умереть ради того, во что верил, чтобы не принести вреда ни Земле, ни илянам».

Ответом ей было тихое: «Я прожил восемь оборотов Фатаза, не зная, что с моим сыном. И ты открыла мне, что моя жена ушла и надо просить Силы о ней. Спасибо тебе. Благодаря тебе илле узнали, что Земля может рожать индиго, а значит, у нее есть шанс повзрослеть».

На это Пат не сразу нашлась, что ответить. Скромничать и объяснять, что, если у Земли и есть такой шанс, то вовсе не благодаря ей, казалось занудным.

– На Земле множество достойных людей разных цветов, просто завоевывать вашу планету пришли не они, – ответила она и только тут поняла, что сказала это вслух.

– Однако когда те пришли убивать илле, твоя планета не отреклась от них, – произнес вдруг некто оливково-зеленый.

Он стоял правее от Теаюрига, ближе к скале. В его цветах замерцал коралловый.

– Этот разговор мы продолжим позднее, – снова вступил красно-золотой. – Продолжай. Ты упомянула землянина, нового жениха невесты Стара. Ты его знаешь?

«Когда ты говорила о землянине, твои цвета изменились, – пояснил в ее голове Кетл. – Ты по-прежнему не скрываешь своих чувств».

– Знаю. Но я не хочу говорить здесь о нем, – резко ответила Пат.

«Ответь ему», – услышала она новый совет Кетла, но продолжала упорно молчать.

– Кого еще называл тебе Стар, когда рассказывал об Илии? – наконец, нарушил молчание Теаюриг.

– Он… он говорил только о своей матери, Яли Нел и о Лайдере, который уважает его отца.

Она не сразу поняла, что случилось, услышав доносящийся со всех сторон звук, прямо-таки громогласное «фи-фью» – над ней, несомненно, смеялись.

«Лайдер – это древнее собрание нашего народа», – сообщил ей тем временем Кетл. Он, похоже, даже не улыбнулся. Серьезный тип.

– Ладно, я поняла, – досадливо сказала она. – Лайдер – это вы все вместе.

– Прости нас, – произнес красно-золотой, и веселье тотчас же прекратилось. – Не совсем так. Но Лайдер действительно представляет народ илле. А я говорю от его имени в этом круге светила. В следующем круге изберут другого. В зависимости от тех вопросов, что мы решаем, собирается Большой, Малый Лайдер или Девятка. Сейчас ты говоришь с Малым Лайдером. Но ты права, называя Кеунвена уважаемым. Давай вернемся к твоему рассказу. Что ты знаешь о похитителях Стара?

Патрисия как можно короче и как можно понятнее поведала им о заговорщиках и о том, что за ней тут следили.

– Как ты поняла, что тебя преследуют?

– Меня предупредили. Женщина-креза по имени Зов и новый жених невесты Стара… его зовут Артур, – Пат надоело повторять эту чушь про «нового жениха невесты».

– Кто за тобой следил?

– Не знаю… Но мне кажется, что это не те, кто похитил Стара. Один из них, кажется, мертв, другие, возможно, сбежали, но на Земле они меня вроде не заподозрили. А если это земные власти, тогда почему меня не допросили? Я думаю… это мог быть тот, ради кого выкрали Стара.

Она остановилась, ожидая новых вопросов. Но Глава Лайдера поменял тему.

– Кто тот разумный, который проводил тебя к проходу? – спросил Теаюриг. – Дор Кетлерен сообщил, что видел еще один куори.

– Это обычный человек, я купила у него селиплан… то есть куори, и заплатила, чтобы он показал мне проход. Он не служит властям и ничего не знает о том, кто я и для чего здесь.

«Этого ты знать не можешь», – заметил Кетл.

– Точнее, я думаю, что он ничего не знает, – поправилась она.

– Сколько светил ты прожила? – последовал неожиданный вопрос. – Мы не можем определить количество светил, глядя на тебя. Наши женщины выглядят по-другому, и мы не понимаем, юна ты или твой возраст огня подходит к концу.

Патрисия могла бы спросить, зачем это им, но решила ответить.

– Двадцать девять, – строго сказала она.

– Ты имеешь мужа и уже родила?

Пат опешила.

– Нет, я не замужем.

– Ты старая дева и уже не родишь?

Оказывается, это оскорбительное слово отлично переводится на илинит! Пат окончательно возмутилась.

– Это не имеет никакого отношения к делу, – отчеканила она. – Твои реки текут в несвойственном жизни направлению, – добавила она, вспомнив фразу Стара и решив, что сейчас она будет уместна.

– Это твои воды уходят сейчас в песок. Мы не понимаем, почему ты злишься.

«Ответь ему», – тут же последовал настойчивый совет от Кетла. Несколько секунд она упрямо молчала. Но и весь Лайдер тоже замолк в ожидании. Это становилось смешным.

– Раз уж вы спрашиваете… – она решила, что, может, и правда, лучше расставить все по местам. – Во-первых, у меня нет мужа, а во-вторых, на Земле мой возраст считается еще молодым, и я могу выйти замуж когда угодно и завести детей, будь мне хоть все тридцать пять, а то и больше, это у вас тут в тринадцать уже отцами становятся… а у нас возраст Стара – это возраст ребенка. А в-третьих, я не понимаю, каким образом все это касается…

– Останови поток своих мыслей, – потребовал Теаюриг. – Ты прибыла к нам незваной, и мы задаем тебе вопросы, корней которых ты знать не можешь. В другой разговор будешь спрашивать ты. Но только после того, как Лайдер решит, как нам поступить.